Страница 16 из 28
– Ногу дай.
К моему удивлению, он очухался. Вздрогнул, поднял ногу. Я подхватила его под колено, потом под второе. За шею он мне держался, но держался слабо. Я наклонилась, чтобы он не висел, а лежал у меня на спине, засеменила мелкими шагами, дыша через раз. Ростом с меня, а тяжелый, с-собака... ничего, ничего, только не сдавайся. Еще недалеко, вот уже почти все...
– Книгу...
– Да возьму, возьму я твою книгу, – просипела я напряженно.
– Оставь. Иначе не выйдешь... отсюда...
Да сколько угодно, так еще и легче. Я сжала зубы, пыхтя от напряжения, поперла сквозь кусты. Чуть не свалилась в овражек, едва устояла. Присела, осторожно уложила нелюдя на краю, шлепнулась рядом сама, потрясла руками. Сказала строго:
– Никуда не уходи, – и полезла назад в кусты: там остался мешок и, что самое главное, топорик. Не выбираясь из веток совсем, я подхватила их, утянула за собою. Выдохнула с облегчением, потому что меня не завернуло на прогалину, а все-таки отпустило. Я повторила:
– Никуда не уходи, – и скатилась в овраг. Взлетела по склону как могла быстро, нырнула под ветку.
Я почти бежала, когда дорогу мне заступил конь. Я шарахнулась, согнулась, пытаясь отдышаться. В боку кололо и болела спина.
– Куда вы пропали, леди, мы потеряли... – начал сэр Эвин недовольно, но я издала полувздох-полукрик, чтобы он помолчал, махнула рукой. Выдавила:
– Там... едва живой...
Тут сэр Эвин отодвинул меня в сторонку, обнажил меч и попер вперед, и за ним, как атомоход сквозь моря, двинулся конь. Я утерла лоб, с радостью отдала Полле мешок и потащилась следом.
Когда выбралась, наконец, из овражка (хватит с меня этих упражнений!), сэр Эвин стоял над бывшим мертвецом с обнаженным мечом. Острие его смотрело нелюдю в лицо. Нелюдь опирался на локоть и держал пламя на открытой ладони.
Это что получается, я зря его таскала на закорках? Если сейчас зарежут.
– Это не смешно, – сказал любитель чтения, сжал кулак, рухнул на спину со стоном.
Сэр Эвин коснулся мечом его горла. Королева, до того молчавшая, сказала:
– Эвин, оставьте. Приветствую, Мастер.
– Мое почтение, Ваше Величество, – прохрипел бывший (и потенциальный) труп, не открывая глаз. – Я уповаю на вашу милость.
Поднял руку, коснулся ладонью меча. Сэр Эвин нахмурился, но, кажется, расслабился, сменил стойку.
– Вы ее получите, – сказала королева, подняла на секунду юбки, вскочила в седло. Конь, как внедорожник, преодолел овражек с грацией. Полла уже хлопотала, доставала тряпицы и бутыль. Сэр Эвин сжал зубы так, что челюсть стала еще квадратнее. Пихнул меч в ножны, сказал, чтобы я шла готовить место для привала. Я ретировалась быстро, как могла, чтобы не заставили таскать небольшое, но увесистое тело снова.
Мастер. Мастер чего? Что-то мне подсказывает, что не мастер-наладчик станков с ЧПУ.
Полянка, где остановились на ночь, была совсем маленькая, со всех сторон нас обступали деревья, лезли в костер ветки кустов. Ручей нашелся далеко, я замучилась таскать воду. Найденыш пил горячее, постанывая, глотал размятую Поллой рыбу и ягоды и отвечал на вопросы. Я сидела, тоже пила, бросала рыбьи косточки в огонь и слушала.
– Как вам удалось покинуть дворец?
– Так же, как и вам, я полагаю. Тайными ходами.
– Что сталось с Мастером-распорядителем?
– То же, что с Его Величеством и всеми, кого поймали.
– Что вы делаете в лесу?
– Спасаюсь от преследования, моя госпожа. Тут небезопасно, но лучше, чем на дорогах.
– Кто это с вами сотворил?
Мастер (к сожалению, и не веб-мастер тоже, и не мастер отделочных работ) подобрал ноги, спрятал под плащ. Перевязывать не дал, сам промокнул полотном с пахучим составом, над которым предварительно пошептал. Еще один умный, в отличие от сэра Эвина, не стал прижигать, хотя мог бы проделывать это голыми руками. Сам себе горелка, неплохо.
– Я сам, – сказал Мастер. Зашуршал плащом, достал ножик, маленький, похожий на перочинный.
– Что за причуда? – подняла брови королева.
Причуда, да. Я поежилась. Ненормальный какой-то мужик, и то, что уши у него острые – еще не самое ненормальное.
– Необходимость, моя госпожа. Лес не желал, чтобы гримуар покидал место, где его оставили, а знания в нем слишком ценны. Я начертал, что мог, а что мог – запомнил.
– Вы должны были уничтожить гримуар. Орки его найдут.
Мастер склонил голову. Я успела заметить, как зло он обнажает зубы, отвечая:
– Тайное искусство не принадлежит нациям и королям. Знания – это больше, чем средства в войне, они должны жить. А не быть уничтожены из страха.
Королева поднялась. Мастер, шатнувшись, поднялся тоже, склонил голову ниже, капюшон сполз, обнажая волосы и шею. Сейчас по этой шее ка-ак...
– Тогда пусть ваше искусство послужит мне как следует, – сказала королева, подала знак Полле. Та вскочила с ночной рубашкой наготове.
– В гримуаре не было ничего, чтобы остановить... – Мастер оглянулся на меня. Я спохватилась, прекратила пялиться, спрятала лицо в миску. – Его. Там совсем другие секреты. Ценные, но не для войны.
– Так приспособьте их – для войны, – сказала королева. – У нас нет выбора.
Мастер поклонился, потом следил через упавшие на глаза волосы, как королева с Поллой удаляются в заросли – готовиться ко сну. Сэр Эвин сел на траву поодаль и стал показательно полировать меч. Мастер опустился обратно между корней дерева, вытянул ноги. Откинулся назад с тихим стоном. Скосил глаза.
– Вам что-то любопытно, леди?