Страница 26 из 42
Их сон. Их личный маленький Эдем, посреди Ада. Лишь бы всё не обернулось прахом.
Утро. Изабель всегда искренне ненавидела утро. Так не хотелось открывать глаза. А вдруг она ушла? Вдруг решила, что произошедшее ничего не значит? Или же осталась. И что, в таком случае, можно подумать?
Поняв, что игнорировать рассвет вечность не получится, Бель разлепила полусонные глаза, оглядываясь вокруг. Вторая половина постели пуста. Вздох. Короткий, но довольно весомый. Смятые простыни лишний раз напоминали о случившемся. Нет, она не могла уйти. Только не в этот раз. Только не после такого.
Дверь в спальню чуть приоткрыта. Неужели всё-таки ушла?
Приближающиеся шаги в коридоре. Пара секунд, и в комнату заходит Лилит. В тех же самой юбке и блузке, в которых пришла вчера ночью в покои леди. Заметив, что Изабель уже проснулась, девушка подходит к окну, ничего не говоря. Молчание. Опять.
– Доброе утро, Лилит, – довольно произносит Бель, радуясь тому, что ведьма сейчас тут. Пусть по-прежнему холодна, закрыта, не дружелюбна, но, тем не менее, она сейчас здесь.
– Доброе, Изабель.
– Куда выходила? – потягиваясь, интересуется кареглазая.
– Астарот звал, – пожала плечами брюнетка, не отрываясь смотря в окно.
Бель встаёт с кровати, подходя к столику с украшениями.
– Почему ты осталась? Я думала – уйдёшь.
– Я тоже так думала.
– Забери его себе, ладно? – леди подходит к Лилит со спины, легонько касаясь её плеча. Зеленоглазая оборачивается, удивлённо глядя на собеседницу. Бель протягивает ей кольцо. То самое, что когда-то красовалось на пальце ведьмы и стало негласным символом воспоминаний. – Оно твоё.
– Я без него, как без рук, – улыбнулась брюнетка, надевая украшение. – Спасибо.
– Не надо было его возвращать.
– Я думала, что…
– Я знаю, – Изабель понимала, что Лилит сложно говорить о подобных вещах, лишний раз показывая свои эмоции. А тем более ревность. – Мы можем забыть об этом. Будто ничего не происходило.
– Да, наверное, так будет лучше, – ведьма вновь отвернулась к окну.
– Что-то не так, Лилит? – Бель чувствовала – девушка сама не своя, будто волнуется или переживает. Неужели, что-то произошло? Неужели эта сказка обречена на печальный финал?
– Пока не знаю, Изабель, но мне не спокойно. Что-то грядёт, что-то нехорошее.
– Нет, я не допущу, только не сейчас, – леди обняла Лилит, сомкнув руки на её животе и тут же почувствовала, как ладони брюнетки коснулись тыльной стороны её кистей.
– Боюсь, это не от тебя зависит, солнце. И даже не от меня, – ведьма замолчала, явно думая о чём-то. – Астарот просил прекратить на время походы в лес и не проводить никаких ритуалов. Знаешь, почему он об этом заговорил?
Изабель отстранилась. Лилит повернулась к ней лицом, пытаясь изобразить непринуждённость, но было видно – девушка нервничает.
– Я не совсем понимаю, к чему ты клонишь.
– Инквизиция. Астарот сказал, что вся деревня на ушах – церковь снова взялась за старое. Надо быть осторожнее. Особенно нам.
– А почему "особенно нам"? Тебя уже подозревали?
– Ты что, ничего не знаешь? – Лилит удивлённо взглянула на собеседницу. Что, ещё какие-то тайны? Впрочем, ничего удивительного. Тяжело вздохнув, Бель требует объяснений. Она боится их получить, но, в то же время, она в них нуждается. – Ты никогда не интересовалась, чем занимается твой дядя? Помимо заключения договоров с хозяевами соседних поместий и проведения шикарных балов.
– Нет, не интересовалась… – кареглазая постепенно начала понимать, что хочет сказать ей ведьма.
– А зря. У него есть свои люди в церкви. Я лично видела их на балу, – Лилит отошла от окна. Сделав небольшой круг по комнате она присела на кровать, устремив взгляд на зеркало. – Ещё вспомнить никак не могла откуда их знаю. А потом поняла – они приходили в соседнюю с нашей деревню, когда я была ребёнком. До пожара. Хорошо, что детских воспоминаний у меня почти не осталось. Много женщин погибло в тот день на костре, я только рада забыть этот ад.
– Но почему тётушка взяла тебя к себе, зная, что её новый муж имеет отношение к церкви? – Изабель присела рядом с брюнеткой, сосредоточенно глядя ей в глаза. С минуту она молчала, а потом продолжила:
– Когда я появилась в замке, Эмма ещё не встречалась с ним. Она попросила меня сделать её… Более привлекательной в его глазах...
– Приворот?
– Грубо говоря – да, – усмехнулась темноволосая, не отводя взгляд от зеркальной поверхности. Это успокаивало. – И уж конечно она не знала, что этот мужчина близкий друг священника из церкви неподалёку, который за годы своей работы отправил на костёр десятки женщин и девушек, которые, между прочим, были невиновны. Большинство из них. Меня Эмма представила, как дочку погибшей подруги, которую любезно согласилась взять на воспитание.
– И что теперь будет?
– С тобой – ничего. Это точно. Эмма, ни за что не позволит церковным шакалам причинить тебе вред, даже если лично застанет тебя за колдовством.
– А как же ты? – голос леди немного дрогнул, однако, она довольно быстро взяла себя в руки.
– А я… А мне давно пора на костёр. Я смирилась с этим неизбежным фактом. Вопрос лишь в том, как скоро это произойдёт.
– Нет, Лилит, этого не случится. Я не…
– Ты сама же поднесёшь факел, милая, – ведьма, наконец, перевела взгляд на Изабель. Этот печальный взгляд… Она словно увидела в этом старом зеркале всё, что её ожидает, вплоть до мельчайших подробностей.
– Ты шутишь, правда ведь?
– Если бы, – усмехнулась Лилит, проведя рукой по шее кареглазой. Та вздрогнула от неожиданного прикосновения. Услышанное всё ещё не укладывалось в голове. И главное – неужели она, Бель, на самом деле способна позволить дяде расправиться с этой зеленоглазой колдуньей, показавшей ей целый волшебный мир и подарившей любовь. Своеобразную, но всё же это была любовь. Любовь, которую не смог дать никто, на такие чувства была способна только она.
– Нет, я не верю. Я не смогу этого сделать.
– Мне жаль, что я втянула тебя в это, – брюнетка, казалось, совершенно не слышала слов леди.
– Брось, не жалей, я только рада этому. И прекрати говорить так, словно прощаешься. Мы переживём это. Переживём вместе. Однажды у тебя это уже получилось, получится и во второй раз, – Бель поднялась с постели, подходя к шкафу. – Скоро завтрак, потом прогулка. Не хочешь переодеться?
– Нет, прости, нету настроения, – теперь, когда между ними что-то изменилось, Лилит была более открыта, что несказанно радовало Изабель.
– Перестань, Лилит. Всё будет хорошо.
– Ты, видимо, плохо представляешь себе, что такое инквизиция. Ты пойми, я не за себя беспокоюсь, а за Мэри. Вдруг они заподозрят что-то неладное?
– Мэри умная девочка, она знает, как себя защитить. Я говорю это не для того, чтобы ты перестала грустить, это ведь действительно так. Разве я не права?
– Права, – вздохнула Лилит, поднимаясь с кровати. – Я к себе пойду, пожалуй. С минуты на минуту придёт Матильда, зачем нам лишние разговоры. Да и… Не знаю. Поговорить нужно кое с кем.
– С кем? – Изабель моментально поняла, какого рода беседу ведьма имеет в виду и тут же запротестовала. – Нет, давай без этого. Никаких ритуалов, помнишь?
– Мне можно, – махнула рукой Лилит, оказавшись уже у самой двери. – Мне костёр обеспечен. Давно.
– Хватит уже! – почти выкрикнула леди, сделав пару шагов к нарушительнице своего душевного спокойствия. – Ты не умрёшь, поняла? – ещё пара шагов. – А если вдруг что-то произойдёт, – и ещё. – я сдамся церкви и отправлюсь на казнь вместе с тобой, – лицом к лицу. Две ведьмы. Два сгустка чувств и накалённых до предела эмоций. – Обещаю.
– Никогда не обещай того, чего не можешь гарантировать. Это тебе так, урок на будущее.
– Ну я серьёзно, хватит о таком думать. Неужели нет чего-то более приятного в твоей жизни?
Лилит усмехнулась.
– В жизни-то, может, и есть. А вот в будущем – едва ли. Ладно, я и правда пойду. Спасибо за кольцо. За то, что вернула его мне, хотя могла этого и не делать.
– Не стоит благодарности.
Ведьма медленно покинула покои Бель. Мысли путались между собой. Нет, она, конечно, знала, что рано или поздно может произойти нечто подобное, но не рассчитывала, что это случится так скоро. После прошлой ночи казалось, что теперь-то всё точно будет хорошо. Брюнетка покачала головой – как она наивна.
В спальне было пусто, шторы задёрнуты – всё точно так, как и вчера. Интересно, Маргарет уже заходила?
Тишина. Лилит села перед зеркалом, коснувшись пальцами его холодной ровной поверхности.
– Даже не вздумай, – низкий, чуть строгий голос за спиной ведьмы заставил её невольно вздрогнуть. Повернувшись, девушка увидела стоящего в дверях рыцаря. – Или ты плохо меня поняла - на счёт ритуалов?
– Что ты вообще тут делаешь? – зеленоглазая вновь повернулась спиной к мужчине.
– Слежу за тобой и, как я вижу, не зря.
– Ты знаешь – я не могу без колдовства. Это часть меня, часть моей жизни, в конце концов!
– Если не прекратишь – станешь частью пепла на костре в центре какой-нибудь деревни. Оно тебе надо?
– Я всё равно не смогу долго скрывать это, Астарот. Винсент и без того уже косо на меня поглядывает.
– Вот и не давай, ему, дополнительных поводов тебя подозревать.
Лилит разглядывала отражение демона в зеркале. За столько лет она изучила его целиком, но иногда всё равно не могла понять его мотивов.
– Ты меня вообще слушаешь?
– Да, конечно, – отмахнулась брюнетка, переведя взгляд на окно. – Никаких ритуалов, магии и тому подобного.
– И в лес не ходи. И Изабель предупреди. Ты ведь и её втянула в историю.
– Спасибо, что напоминаешь, – фыркнула Лилит. – А то я вечно забываю о том, что виновата.
– Не язви. Просто делай, как я скажу. Церковь угомониться через пару-тройку недель, ты же знаешь. Священники как занозы в заднице, однако, их пыл довольно быстро остывает. На пару месяцев точно, а то и больше. Тебе это и без меня прекрасно известно.
– Ты был в деревне? – брюнетка села на кровать, взглянув на рыцаря. – Как там Мэри?
– Да, был прошлой ночью. Она в порядке, скучает по тебе, просила передать, что не злится и, как только всё закончится, ждёт тебя в гости.
– Хорошо, что с ней ничего не случилось. А остальное не имеет значения.
– Сейчас всё имеет значение, девочка. Просто не делай глупостей, – закончив фразу, Астарот удалился, прикрыв дверь. В коридорах какое-то время ещё слышался грохот его доспехов, а после всё стихло.
Не делай глупостей. Да вся жизнь Лилит была одной сплошной глупостью, одной огромной ошибкой, одной нелепой случайностью.
Тихий стук в дверь. На пороге – Маргарет. Улыбается, опустив глаза, что-то шепчет себе под нос, смущённая и запуганная. Никогда не знаешь, что ждать от ведьмы – поцелуй или пощёчину.
Брюнетка не особо вникала в то, что говорила ей служанка, просто кивала и со всем соглашалась. Из всего монолога она уловила лишь то, что сегодня состоится общий завтрак в зале, так как Винсент хочет о чём-то сообщить. Выбора не было – придётся спуститься.
Особо прихорашиваться настроения не было, и девушка, лишь слегка причесав спутанные за ночь тёмные кудри, поспешила вниз. По мере приближения к самым первым ступенькам лестницы, сердце начинало болеть всё больше и больше. Обычно это было не очень хорошим знаком. Быть может, в этот раз всё обойдётся?
Вся семья уже была в сборе, не хватало лишь Лилит. Пожелав всем доброго утра, брюнетка заняла своё привычное место за столом. Еду подали быстро, однако, приступать к трапезе никто не спешил – все ждали, что же такого хотел сказать супруг хозяйки. Ведьма же догадывалась, о чём пойдёт речь. Это напрягало.
Наконец, Винсент заговорил. Лилит заметила, как напряглась Изабель. Лишь бы этого не заметил её дядя…
Однако, речь была скучной и нудной. Мужчина рассказывал о каких-то торговых путях в соседнее имение, о крестьянских бунтах и о других совершенно бесполезных для колдуньи вещах. Девушка расслабилась, ожидая окончания беседы. И всё было бы неплохо, если бы напоследок Винсент и не обмолвился о том, что к обеду в замок прибудет его давний друг-священник со своим внуком.
– Священник? – нервно переспросила Бель. – Что-то случилось?
Мужчина успешно уклонился от ответа, явно не собираясь что-либо рассказывать любопытной девчонке.
В остальном же завтрак прошёл вполне спокойно. Как только с пищей было покончено, Эмма поднялась наверх, в свои покои, а Винсент вернулся в свои. Несмотря на то, что они были женаты, свободное время предпочитали проводить по отдельности. Что ж, у каждого есть странности.
Лилит же вышла во двор. Коль нельзя в лес, придётся целыми днями находиться тут – пребывания в замке она бы просто не вынесла.
Погода стояла относительно хорошая. Небо было затянуто светло-серыми лёгкими облаками, сквозь которые проглядывало солнце, казавшееся сейчас мутным. Периодически поднимался небольшой ветерок, однако, под деревьями в саду он почти не ощущался. Скучно. Невероятно скучно. Интересно, что сейчас делает Мэри? Сбежать бы. Плюнуть на все опасения и сбежать. Куда-нибудь подальше, чтобы никто и никогда не нашёл.
– Тоже тоскливо? – знакомый голос. Даже не поворачиваясь в сторону говорящего Лилит знает, кто стоит за её спиной.
– Ещё как, – девушка присаживается на землю, взглянув, наконец, на собеседницу. Она была права.
– И долго нам теперь так жить?
– Ты всю жизнь проводила именно так. Почему же теперь это вызывает такие трудности?
– Потому и вызывает. Я не знала, как можно жить. Думала, что там, во Франции, я была самым счастливым человеком на свете. Как же я ошибалась…
– Надеюсь, это ненадолго. Я уже скучаю по лесу.
– Как думаешь, зачем дядя пригласил этого своего друга?
– Всякое может быть, – Лилит пожала плечами. – Он сказал, что приедет ещё и внук этого мужчины. Так что вполне возможно, что это очередной потенциальный жених для тебя. Либо он всё знает обо мне и…
– Нет, оба варианта мне не нравятся, – поморщилась кареглазая, присаживаясь рядом с ведьмой.
– Третьего не дано. Так уж вышло.
– Тебе страшно? – Изабель слегка коснулась ладони ведьмы тонкими пальцами. Так ей удавалось лучше почувствовать чужие эмоции.
– Практикуешь на мне свою эмпатию? – усмехнулась Лилит.
– Разве что чуть-чуть, – улыбнулась в ответ леди. – А ты против?
– Совсем нет, но в таком случае я могу не отвечать.
– Значит, я предпочту услышать это от тебя.
– Я не боюсь. Просто нервничаю. Переживаю за Мэри. И за тебя, – брюнетка взглянула на небо. – Это не страх, а нервы.
– А за себя? Волнуешься за всех, кроме себя, – уточнила Изабель, столкнувшись с непонимающим взглядом ведьмы.
– Моя история мне известна, стараниями Мэри и её карт.
– Опять ты… – горько вздохнула леди, играя завязками на юбке Лилит. Иногда она напоминала зеленоглазой котёнка.
– Просто смирись. Я умру – это факт. И ты ничего не можешь с этим поделать.
– Я должна хотя бы попытаться...
Лилит покачала головой – Бель не исправима.
Спустя мгновение девушка уже лежала на коленях брюнетки, напевая какую-то тихую мелодию. Что-то печальное, но одновременно успокаивающее. В воздухе витал аромат цветов, разносимый ветром по всему садику. Сказка, не иначе. И очень тяжело было поверить в то, что однажды запах цветов сменится запахом собственной тлеющей плоти и горящей древесины, что преследуют Лилит уже очень долгие годы в кошмарных снах. Нет, она действительно не боялась умирать, просто этот факт её не очень радовал, особенно теперь, когда Бель рядом, хотя чем ближе была она, тем ближе становился и тот, роковой, день, описанный однажды Мэри.
– Ты снова о чём-то задумалась?
– Нет, нет, Изабель. Всё в порядке, – ведьма погладила леди по голове, иногда как бы случайно дотрагиваясь до её щеки.