Страница 25 из 42
– Ты это серьёзно? Или это очередная твоя игра?
– Ты же меня чувствуешь, вот ты и скажи, потому что я сама не до конца понимаю, зачем это сделала.
– Ты не будешь жалеть?
– Сто раз уже жалела и, стоя на костре, наверняка пожалею ещё сильнее, но что сказано, то сказано, не так ли?
Леди кивнула. Повисло неловкое молчание.
– Дождь закончился, – улыбнулась Лилит. – Может вернёмся в замок?
– Ты сказала правду на счёт Маргарет? – Бель снова вернулась к тому, что ведьма выпалила во время дискуссии. Это не давало девушке покоя, как-то странно давило в груди.
– Да, – спокойно ответила брюнетка. – Тебя это обижает?
И что ответить? Странная ситуация – какое Бель дело до личной, тем более интимной, жизни Лилит?
– Это вышло случайно, мне нужно было куда-то выплеснуть свой гнев. Согласись, это лучше, чем бегать по деревне и устраивать пожары.
– Интересные у тебя способы справляться с эмоциями, – фыркнула Изабель, стараясь скрыть недовольство.
– И главное – эффективные. Ну так что, идём или нет?
– Ты хочешь что-нибудь у меня узнать?
– В смысле? – удивилась ведьма.
– Да брось, я же знаю, что тебе интересно, как я провела ту ночь с Алексом. Тебя просто разрывает злость изнутри. Ты ревнуешь?
– Не говори ерунды, – махнула рукой Лилит, однако, было видно, что она несколько напряжена.
– Это не ерунда, я чувствую, что ты злишься. И злишься именно из-за Алекса.
– Чувствует она… Тоже мне, Мэри.
– Просто признайся, – не унималась Бель.
– Не в чем мне признаваться, – Лилит отошла от дерева и направилась к кустам, очевидно, решив всё же вернуться в замок.
– Есть, ещё как есть, – недовольно проворчала леди. – Но ты опять врёшь. А вот Алекс…
– Ну, что Алекс? – ведьма резко развернулась, буквально прижав Изабель к тому же самому дереву, возле которого стояла мгновение назад. Сейчас Бель не боялась.
– Он другой. Он открытый и честный, не такой, как ты.
– Тогда почему ты сейчас здесь? – усмехнулась брюнетка, чуть отстранившись. – С такой плохой мной, когда твой распрекрасный кавалер звал на ужин. Почему ты бродила по лесу, вместо того, чтобы сидеть за шикарным столом и пить дорогое вино в прекрасном обществе, с парнем, который так хорош?
Изабель молчала. Что тут скажешь?
– Видишь, ты тоже отвечаешь не на все вопросы, – пожала плечами девушка, увеличив дистанцию между телом Бель и своим.
Небо окончательно разгулялось. Взору предстал орнамент из прекрасных, сияющих звёзд. Вкупе с тишиной и мрачной темнотой леса всё это складывалось в нечто фантастическо-волшебное, и Изабель ничуть не жалела, что пожертвовала вечером в замке ради этого великолепия.
– Ладно, давай больше не будем спорить, Лилит. Я понимаю, мы не на столько близки, чтобы ты полностью доверилась мне, больше никаких вопросов. Просто давай немного побудем тут, хорошо? Я и не думала, что ночь может быть такой…
– Магической? – чуть улыбнулась ведьма.
Кареглазая кивнула. Да, это самое подходящее слово. Эта ночь, и это место были невероятными. И неважно, что именно создавало подобный эффект: тёмно-синее, почти чёрное небо; тишина, абсолютная, не рушимая ничем, кроме голосов девушек; мрак леса, осознание того, что где-то в его глубинах расположилась самое настоящее ведьмовское поселение или вообще, всему виной – самоуверенная и гордая женщина, с волосами, цвета этой самой ночи. Не важно. Это была настоящая магия.
– Хорошо, давай останемся, я никуда не спешу, – Лилит присела на траву, прикрыв глаза.
Да, это определённо магия. Изабель последовала примеру спутницы, удобно устроившись на грязной и влажной от дождя земле. Ещё одно платье безнадёжно испорчено, но это пустяки. Теперь леди была твёрдо уверена – магия, она в мелочах. Это не всегда тёмные заклятия, страшные ритуалы и заговоры. Не свечи, горящие во тьме или демоны, пришедшие за твоей душой. И даже не карты, в умелых руках способные показать твою судьбу на годы вперёд. Природа – вот она, истинная магия. Сейчас она словно наполняла девушку изнутри. Бель ощущала невероятный прилив сил и энергии.
– Ты думаешь, как настоящая викканка, – усмехнулась Лилит, явно уловив поток её размышлений. – Приходи сюда почаще. Лес тебя явно принял.
– Принял? Что это значит?
– Астарот потом расскажет тебе, если захочешь. А сейчас, просто расслабься.
Дельный совет. Однако, оставалась одна вещь, которую Бель хотела узнать. Попытка не пытка.
– Лилит, то, что ты сказала мне пару дней назад, что жалеешь, что спасла меня от графа. Ты это серьёзно?
– Мы же договорились – никаких вопросов, – голос ведьмы звучал не так грубо и категорично, так что леди продолжила.
– Да, да, я знаю. Это последний. Ответь, это важно.
Лилит открыла глаза, устремив взгляд на девушку. Встав на колени, она чуть приблизилась к ней, оказавшись прямо напротив её лица, затем снова присела на землю.
– Послушай, я иногда говорю не подумав. Я ни о чём не жалею и, если бы можно было отмотать время назад, сделала бы всё точно так же. Прости, я знаю, что мои слова тебя сильно задели, но иногда я теряю контроль над тем, что говорю и делаю.
– Спасибо. Мне нужно было это услышать.
– А мне нужно было это сказать, – Лилит провела ладонью по щеке кареглазой. – Если бы ты не подняла эту тему, я бы никогда не…
– Я знаю, Лилит. Давай просто забудем, начнём сначала.
– Помнишь, я говорила, что нельзя забывать? Опыт учит. Помогает не совершать больше тех же ошибок.
– Думаешь, не совершим? – усмехнулась Изабель, пытаясь разглядеть в непроглядной тьме лицо собеседницы.
– Не знаю. Может, когда-то в другой жизни…
– Я больше не хочу ошибаться, Лилит. Пусть это будет последним моим неверным шагом.
Брюнетка удивлённо взглянула на Бель, не успев задать уточняющий вопрос – тёплые губы леди робко накрыли её собственные. Ступор. Ведьма впервые не знала, как себя повести в подобной ситуации. Будь на месте Изабель Маргарет Лилит не раздумывая отымела бы её прямо на этой грязной и мокрой земле, совершенно ни о чём не сожалея. Но это была не та забитая служаночка, готовая исполнять любую прихоть хозяйки, боясь жестокого наказания. Бель – совсем другая, не похожая ни на кого из тех, кого Лилит встречала прежде, и это ставило брюнетку в тупик. Она неподвижно сидела, чувствуя, как мягкие губы леди ласкают её в надежде хоть на какую-то реакцию. Наконец кареглазая отстраняется, отведя взгляд.
– Извини, наверное, это и правда было лишним, – вздохнула она, касаясь пальцами губ. – Я тоже иногда делаю что-то, не подумав. Не бери в голову.
– Зачем? – всего одно слово. На большее Лилит не хватило. Она редко ощущала в поцелуях то, что смогла почувствовать сейчас – любовь. Все, с кем она спала, ничего к ней не испытывали, да и это было взаимно. Просто секс, не обременённый какими-то обязательствами. И то, что случилось минуту, назад здорово озадачило ведьму. Внутри что-то дрогнуло, словно просыпаясь. Странное ощущение. Не менее странное чувство. Лёгкое, почти невесомое и так хорошо скрываемое. Нет, Изабель никогда не узнает, что испытывает её зеленоглазая спутница.
– Не знаю... Оно само, – диалог складывался довольно странно и со стороны, наверное, казался каким-то детским бредом, но никак не разговором двух взрослых ведьм. – Ты хотела вернуться в замок, – Изабель старалась перевести тему, в воздухе витала неловкость. Создавалось впечатление, что это был первый поцелуй в их жизни.
– Само? – усмехнулась брюнетка, явно проигнорировав вторую часть вопроса. Она изо всех сил старалась отогнать ненужные мысли, погасить ту искру, что зажглась внутри. Похоже, поздно. – Но почему ты тогда думала о…
– Не важно. Я совершила ошибку. Ты что, действительно хочешь об этом поговорить?
– Такой уж сегодня вечер, – пожала плечами Лилит, поудобнее усевшись на траву, тем самым демонстрируя, что никуда не намерена идти.
– Я сделала то, что сделала. Но ты, видимо, ничего не чувствуешь, Лилит. Или я совершенно никудышный эмпат, или это ты абсолютно бесчувственная. Третьего нет и быть не может.
– А ты? Что чувствуешь ты? – бесчувственная? Ах, если бы, принцесса. Если бы это было так.
– А разве поцелуй не был ответом на твой вопрос?
– Пожалуй, был, – кивнула ведьма, рассматривая тёмное пространство где-то за спиной Бель.
– Вот видишь.
Молчание. Лилит не знала, что ответить. Она никогда никого не любила, и никто не любил её. По крайней мере так было раньше. Ведьму боялись, уважали, просили о помощи, ненавидели, хотели, но любовь… Нет, она не создана для подобного. Наверное. Хотя, кто сказал? Как разобраться до конца в том, что происходит в твоей голове? Поворотный момент. Решающая ночь. Полный ступор.
Изабель уже пожалела, что поступила столь необдуманно, поддалась минутному порыву и этой чёртовой "магической" ночи. Она знала – эта милая брюнетка вовсе не та, кто способен на большие искренние чувства, ведь ей это просто не надо. В её жизни есть вещи и поважнее. Девушка столько раз твердила ей, что в магии нет места эмоциям, иначе очень легко сойти с ума. И вот сейчас она перед ней – сидит, разглядывая немигающим взглядом деревья и кусты, думая о чём-то совершенно отстранённом. О чём?
– Не надо, не мучай себя, – Лилит перевела взгляд на Бель. – Иногда я завидую тем, кто умеет чувствовать, тем, кто этого не боится. Ты думаешь о любви, а я даже плохо представляю, что это такое. Я знаю, что такое ненависть, что такое страх, грусть, отчаяние, боль, вожделение. Но любовь... – брюнетка замолчала. Она бы рада, но это выше её сил. Она снова делала это — врала. – Ты права, нам нужно возвращаться, скоро рассвет, а мы даже глаз не сомкнули, – произнесла девушка, поднимаясь с земли.
– Хорошо, – Бель лишь робко кивнула в ответ.
В замок шли в тишине. Обе хотели завершить эту ночь откровений на хорошей ноте, что-то решить, оставить позади ругань и склоки, поговорить по душам. И в какой-то момент казалось, что так и произойдет. Но что случилось, того не изменить.
– И как ты в одиночку нашла сюда дорогу? – Лилит решила немного разрядить обстановку.
– У меня была очень внушительная цель.
– Планируешь ещё встречаться с Алексом?
– Не знаю. Всё может быть.
Возможно, Бель была чуточку резка. Ничего, Лилит переживёт. Ей, скорее всего, вообще наплевать. Ну почему она, Изабель, просто не ушла, как и хотела? Глупая, глупая девочка.
Из леса они выбрались довольно быстро, оказывается, Бель зашла не так уж и далеко, как ей показалось на первый взгляд. У ворот, как обычно, Лилит переглянулась с Астаротом. Тот был явно в курсе того, что случилось, однако, никак не отреагировал.
В замке не горел свет, все окна были тёмными и какими-то отталкивающими, печальными. Изабель поморщилась – в чаще было приятнее.
Все жители поместья уже спали, лишь слуги по-прежнему сновали туда-сюда, стремясь завершить свою дневную работу. Всё так же молча девушки поднялись на второй этаж и разошлись по комнатам.
Лилит, плюхнувшись в постель, долго не могла привести мысли хотя бы в какое-то более менее адекватное состояние. Из головы не лезли образы произошедшего и то, что она ощущала в этот момент. Это сложно описать. Будто что-то внутри сломалось. Лёд. Это – напоминало тонкую корку льда на реке ранней зимой. Когда на него наступаешь, надеясь, что он уже окреп, но проваливаешься в холодную воду, ругая сам себя. Да, Лилит чувствовала себя именно так. Она надеялась, что в тот вечер в лесу, решив отпустить Изабель, она стёрла воспоминания о чувствах к ней из памяти, как этому учил Астарот, но, видимо, не до конца, и сейчас они снова высвободились из-под слоя мнимого хладнокровия. Это совершенно не радовало брюнетку.
Ведьма фыркает от собственной беспомощности, расстёгивая туго затянутый корсет. Вскоре в комнату стучат, и после разрешения в неё заходит Маргарет.
– Вам что-нибудь нужно, леди Лилит?
– Вообще-то да, Маргарет, – брюнетка приподнимается на локтях, взглянув на служанку. – Скажи, ты знаешь, что такое любовь?
– Знаю, леди Лилит, – робко кивнула девушка, стараясь понять, к чему клонит хозяйка.
– Отлично. Тогда объясни мне, девочка. Объясни, что это за чувство, – Лилит снова откинулась на спину, теребя в руках ленточки от юбки.
– Я не смогу объяснить вам, леди. Это нужно почувствовать.
– А ты попытайся, – уже строже произнесла брюнетка. В этой коротенькой фразе затаилась угроза, и Маргарет это заметила.
– Когда ты любишь человека, совсем не важно, какой он. Не играет роль его внешность, статус, привычки. Ты просто любишь за то, что он есть. Хочешь проводить с ним каждую секунду своей жизни, оберегать, охранять, заботится, ничего не прося взамен, даже если знаешь, что ничего не сложится.
– А забыть? О любви можно забыть, Маргарет?
Служанка отрицательно покачала головой.
– Что вы, леди Лилит. О таком просто нельзя забыть. Память может подводить, но сердце – никогда.
– Вот оно как… – задумчиво произнесла ведьма. Последняя застежка на корсете была расстёгнута, и он был откинут куда-то в сторону. – А ты любила? Хотя бы однажды?
– Да, леди Лилит, – неуверенно кивнула служанка. Она явно была смущена внезапным откровенным разговором со своей хозяйкой.
– И что из этого вышло? Ты счастлива?
– У нас ничего не было, леди Лилит.
– Но ты до сих пор любишь? – брюнетка вновь взглянула на Маргарет. В зелёных глазах колдуньи читалось удивление.
– Думаю, что да.
– Как интересно, – улыбнулась девушка, вставая с постели. Тело, покрытое легкой тканью, даже без корсета казалось до невозможности стройным. Лилит вплотную подошла к служанке, чуть касаясь её ладони своей. – Поцелуй меня, Маргарет.
И девушка снова сдалась. В который раз, поддалась томному голосу ведьмы, её горячим ладоням и завораживающим кошачьим глазам. Этот поцелуй. Он был робким, невинным, по-детски стеснительным. Для Лилит это эксперимент: что она почувствует, целуя не Бель, а кого-то другого? Ничего. Совсем. Легонько оттолкнув от себя Маргарет, ведьма велела служанке покинуть её спальню. Девушка не стала задавать вопросов и молча вышла из комнаты.
Лилит осталась одна, пытаясь разобраться в себе. Это оказалось намного сложнее, чем магические обряды, ею проводимые. Она не любила раньше и очень боялась пойти на поводу у своей человеческой, такой слабой и эмоциональной, стороны. Да, она боялась. Ужасно признаваться в этом самой себе. Ужасно осознавать, что ничто человеческое тебе не чуждо, хотя всю жизнь ты твердила об обратном, упрекая окружающих в их никчёмности и зависимости от чувств. Сложно. Это сложно, но факт есть факт. Это была решающая ночь – ночь неверных поступков и сомнительных мыслей.
***
Изабель тоже не могла заснуть. Лёжа в постели, почти с головой укрытая одеялом, она рассматривала темную зеркальную поверхность. И что там может видеть Лилит?
Сейчас Бель жалела, что отношения с Мэри у неё не сложились, и та не научила её более точным гаданиям. Конечно, вероятность того, что предсказание сбудется крайне мала, но это куда лучше, чем… Чем что? Что она хочет узнать при помощи гаданий?
– Ты же знаешь, что произойдёт, да? – шепотом произнесла леди, обращаясь к кому-то по ту сторону зеркала. – Может, подскажешь, как себя вести? Подашь знак или что-то еще…
Но всё было по-прежнему тихо. Вздохнув, девушка перевернулась на другой бок и чуть не вскрикнула от неожиданности, заметив в дверях тёмную фигуру. Спустя мгновение она приблизилась к постели Изабель. Лилит.
– С кем разговариваешь?
– Не знаю, – усмехнулась кареглазая, снизу вверх глядя на ночную гостью. – Привычка. С детства. А что ты тут делаешь?
– Не спится. Ты не возражаешь?
Бель покачала головой и подвинулась, чтобы ведьма смогла присесть.
– Извини, наверное, приходить к тебе было не самой лучшей идеей, – Лилит старалась не смотреть на леди.
– Да ладно, чего уж, – почувствовав напряжение, Изабель снова отвернулась к зеркалу. Зачем она здесь?
– Тебя тоже мысли мучают?
– Немного.
– И что надумала?
– Ничего, Лилит, что я могу надумать?
Изабель почувствовала, что девушка встала с постели.
– Ладно, прости что потревожила, – наверное, в этот раз перебор с грубостью.
– Стой, Лилит, подожди, – Бель вылезла из-под одеяла и, ступив на холодный пол, подошла к брюнетке. – Прости, я не хотела.
– Ладно, ничего страшного. Мне в любом случае не стоило приходить. Спокойной ночи.
– Нет, не уходи. Мне грустно, и я не знаю, что… Чёрт, я ничего не знаю. Останься, ладно?
Лилит кивнула. Леди забралась обратно в постель, а ведьма устроилась рядом, с краю.
– Извини за то, что я такая, – брюнетка чуть приобняла Изабель.
– Что? О чём ты?
– Ты знаешь.
– Почему ты боишься быть собой?
– Не хочу терять разум. Эмоции мешают, я говорила об этом.
– Но так ведь не может продолжаться всю жизнь, Лилит, – Бель лежала на груди ведьмы, чувствуя, как сильно бьётся её сердце.
– Моя жизнь будет короткой, так что не вижу в этом проблем.
– Перестань говорить такие вещи! Ты не умрёшь, ничего с тобой не случится.
– Мне виднее, – пожала плечами девушка.
– И всё же. Чего ты боишься? Я же вижу, что ты совсем не такая, какой хочешь казаться. Ты рассказала мне все свои секреты, но тем не менее не можешь быть до конца искренней. Почему?
Темнота. Темнота и сумасшедшее биение двух сердец так близко друг к другу.
– Ну же, ответь, – настойчиво произнесла Бель, понимая, что Лилит не собирается отвечать. – Один вечер, Лилит. Всего один вечер побудь собой, а потом можешь делать вид, что ничего не было, хорошо? – леди шептала эти слова, обжигая горячим дыханием кожу, открытую глубоким вырезом на блузке. Чем тише становился шепот Изабель, тем сильнее билось сердце брюнетки.
– Я не могу позволить себе искренность и эмоциональность. Это плохо для меня кончится, — ведьма чуть поглаживала Изабель по волосам. Казалось бы – такая глупость. Они вели себя, как дети, но в этом всём было куда больше интимности, чем в том, чем обычно Лилит занималась с Маргарет и другими женщинами. – Да и для других, возможно, тоже.
– Брось, это просто отговорки.
– Правда? Вспомни мой день рождения. Я могла причинить вред сестре. И не только ей, а всей деревне. И тебе тоже.
– Ты причиняешь мне куда больший вред, своим безразличием.
Лилит усмехнулась. Ей не привыкать – по её вине часто страдают люди, даже те, кто, казалось бы, близок. "Нельзя позволять эмоциям брать верх, ты выше этого". Однако, ведьма уже позволила Бель подступиться слишком близко, ворваться в свою интимную зону, да и сама нарушила множество собственноручно поставленных барьеров.
Пока брюнетка в очередной раз копалась в себе, леди отстранилась, вглядываясь в сумраке в лицо девушки. Они были, как земля и пламя – способные с одинаковой долей вероятности, уничтожить друг друга в любой момент. Быть может, в этом-то всё дело? Изабель разглядывала профиль брюнетки так, будто видит впервые. Скорее всего, она никогда не разгадает всех тайн этой темноволосой ведьмы, но от того-то становилось только интереснее.
– Посмотри мне в глаза, Лилит, – тихий голос кареглазой оборвал вновь воцарившуюся тишину. Девушка медленно повернула голову и тут же встретилась с Бель взглядом. Глаза этой юной викканки до ужаса напоминали детские: большие, вечно словно о чём-то спрашивающие, с застывшим немым вопросом, смотрящие тебе в душу, знающие обо всех истинных чувствах. Да, эмпатия – определённо стезя Изабель.
– Что ты хочешь в них увидеть? Моё зеркало души давно ничего не отражает.
– Ты ошибаешься, милая ведьма. В тебе, возможно, эмоций даже больше, чем во мне. Не надо их скрывать. Побудь собой. Одну ночь – большего не прошу.
Лилит кивнула. Ладно, пусть так. Тем более рассвет уже не за горами. Наутро можно будет обо всём забыть. Однажды ведь вышло, так почему бы не повторить этот трюк снова?
Изабель вновь потянулась к губам ведьмы. На этот раз та не сопротивлялась, а, напротив, лишь поддалась чувствам, накрывавшим её с головой. Из робкого, спрашивающего разрешения, поцелуй перешёл в более требовательный и страстный. Лилит всё же пыталась отчасти контролировать себя, боясь ненароком сделать леди больно, точно так же, как и Маргарет. В этот момент девушки почувствовали связь, образовавшуюся меж ними ещё в самый первый день знакомства. Уже сложно было отделять чьи-то конкретные ощущения – они были единым целым, одной энергией, одним существом.
Сев на колени Изабель, ведьма несильно схватила девушку за волосы, чуть оттянув их назад, таким образом добравшись до шеи кареглазой, которая в свою очередь медленно развязывала ленты на блузке Лилит. Едва ли они до конца отдавали себе отчёт в том, что делали, но невероятное ощущение полного единения опьяняло.
Мягкие губы брюнетки скользили по тонкой шее Бель, очерчивая узоры из вен. Темноволосая чувствовала, как под бледной, почти прозрачно-хрустальной кожей бьётся пульс; как течёт в этих синеватых еле заметных венах кровь; как тяжело и прерывисто дышит леди, периодически сжимая в кулаках ткани на теле любовницы. Всего лишь поцелуи. Всего лишь нежные, почти невесомые поцелуи. Никакой жёсткости, опасно граничащей с откровенным насилием, никаких укусов до крови и синяков, никаких царапин вдоль спины – ничего такого, что так любила Лилит. Поцелуи. Этого хватило, чтобы напрочь выбить из головы все мысли и сомнения. Эта женщина сейчас была её продолжением, её альтер эго, её смыслом.
Секунда – и блузка ведьмы летит на пол. Лёгкая сорочка Изабель – туда же следом. Теперь между ними не было никаких преград. Лилит продолжала ласкать шею русоволосой, спускаясь всё ниже – к ключицам. Разомлевшая Бель тихо стонала, прижимая брюнетку как можно ближе к себе, желая ощущать её тепло. Словно боясь, что она вот-вот уйдёт, как всегда это делала, оставив лишь массу вопросов и недопониманий. Но нет. Сейчас она была рядом, максимально близко, хотелось продлить эти мгновения до бесконечности.
Ключицы, грудь, соски – ведьма целовала каждый сантиметр любимого и, как оказалось, столь желанного тела. Она хотела, чтобы Изабель чувствовала, как нужна ей. Хотела сказать поцелуями то, чего никогда не сможет выразить словами просто потому, что побоится, ведь фраза "я люблю тебя" имеет слишком большой смысл и ценность, чтобы говорить её, будучи не до конца уверенным в том, что понимаешь, что она означает.
Отпустив наконец волосы девушки, Лилит обняла её за спину, продолжая целовать. Ей тоже не хотелось отпускать от себя эту девочку, которая, по видениям Мэри, должна была сыграть решающую роль в гибели брюнетки. Однако, сейчас об этом совершенно не думалось. Да вообще ни о чём не думалось. От Изабель невероятно приятно пахло: чем-то сладким, чем-то до невозможности родным. Её естественный запах смешивался с запахом пота, страсти, любви. Ни с кем другим Лилит не обращала внимания на мелочи, вроде запахов. Но с ней всё было иначе.
Дрожащими руками Изабель поглаживала поясницу ведьмы, поднимаясь вверх по позвоночнику до самой шеи и обратно. Иногда она довольно сильно касалась ногтями кожи, от чего на ней оставались красноватые полосы. Но Лилит этого даже не чувствовала. Всё сознание занимали тонкие руки леди скользящие по её обнажённому телу.
Слегка толкнув Бель в грудь, ведьма укладывает её на спину, по-прежнему сидя у неё на коленях. Коснувшись головой подушки, леди притянула к себе Лилит, вспотевшими ладонями лаская грудь брюнетки. Ведьма чуть прикрыла глаза, продолжая целовать девушку. Одна ночь, а с восходом всё обернётся прахом. Иногда казалось, что их жизнь протекает лишь в ночи, как у вампиров, а утро несёт с собой сплошную пустоту и разочарование.
Руки брюнетки скользили по статной талии Изабель, гладили её живот и внутреннюю сторону бёдер. Леди ни на секунду не отпускала от себя любовницу, крепко сжимая в объятиях и вдыхая аромат её чёрных волос.
Лилит поднесла два пальца к губам кареглазой, на миг разорвав поцелуй. Девушка чуть заметно улыбнулась, проведя по ним языком. Пошлость в привычно невинном взгляде Бель приводила брюнетку в восторг, как и то, как ритмично она облизывала пальцы, ни на миг не отводя глаз от любовницы.
Скользя по телу леди влажной ладонью, ведьма снова вернулась к её губам, чуть припухшим от долгих ласк. Между тем рука Лилит легла на бедро девушки, медленно поднимаясь вверх. Изабель в предвкушении застонала в поцелуй, сильнее прижимая к себе брюнетку. Тонкие пальцы зеленоглазой поглаживали самые чувственные места на теле молодой леди, то нежно, то более грубо, но с не меньшей любовью. Да, любовью. Лилит наконец-то ощущала это непонятное и опасное чувство. Это было странно, но на данный момент не волновало. Как же неловко будет утром…
Почувствовав, что Бель готова к чему-то большему, ведьма ввела два пальца. Кареглазая прогнулась в пояснице, сладко застонав. Двигаясь в медленном, но ритмичном темпе, Лилит целовала шею леди, которая пыталась нащупать бёдра девушки, скрываемые под юбкой, так и не снятой ранее. Её руки путались в тяжёлой ткани, дрожали от сменяющих друг друга волн наслаждения.
Брюнетка наслаждалась тем, как сейчас выглядела Изабель: закушенные алые губы, полуприкрытые глаза, прекрасные русые волосы, раскинувшиеся на подушке и прилипшие ко лбу девушки, порозовевшие щёки. Она была прекрасна. Прекраснее всех, кого Лилит когда-либо видела и уж тем более тех, с кем она спала. Едва ли колдунья теперь сможет смотреть на кого-то ещё.
Изабель сама буквально насаживалась на пальцы ведьмы, и та ускорила темп, сорвав с уст любовницы ещё несколько протяжных стонов. Руки Бель тем временем преодолели барьер из юбки и крепко сжимали ягодицы брюнетки, впиваясь в них короткими, но довольно острыми ноготками. Лилит громко выдохнула, облизнув губы – она любила боль, хоть и не чувствовала её почти. Хотя, скорее всего, именно поэтому и любила – в такие моменты она ощущала себя живой.
Ещё пара минут, и Бель кончила, шумно дыша и по-прежнему сжимая плоть ведьмы. Вытащив пальцы, Лилит поцеловала девушку в лоб, слезла с неё и прилегла рядом. Молчание. Никто из этих двоих не знал, что можно сказать.
– Я же знала, что ты способна на чувства, – довольно произнесла Изабель, удобно устраиваясь на груди ведьмы.
– Ты сама попросила быть искренней. Всего на ночь, помнишь?
– И что же будет с утра? Ты просто уйдёшь? После всего, что произошло?
– Спи, принцесса, спи. Утро вечера мудренее.
Лилит не хотела уходить. Просто не смогла бы теперь это сделать. Она чувствовала связь, которой не ощущала больше ни с кем, даже с Мэри. И это было невероятно.