За следующей дверью

Олег уверил, что со временем страх пройдёт. Якобы, она должна привыкнуть к таким вещам. Ника с трудом сдержалась от очередного ехидного замечания, которые в этот день из неё буквально сыпались. Трудно было не заметить, что сам Олег не просто привык к виду трупов. Ему, похоже, всё это доставляло садистское удовольствие. Он буквально преобразился на глазах. Взбодрился, живо обсуждая происходящее. А Вероника наотрез отказывалась привыкать к подобному образу жизни. Он был не просто странным, он был категорически неправильным. Противоестественным. Присутствие Олега, чьи глаза светились от сомнительного счастья начинающего маньяка, пугало до дрожи. Ника остро чувствовала, как ей не хватает сейчас компании Чипа. Внимательного, заботливого и абсолютно адекватного.

И вроде бы всё на первый взгляд нормально. Обычный район, типичные для частного сектора дома. С одного двора доносится собачий лай, с другого смех весёлой компании. Где-то скрипнула дверь, в здании напротив виден в окне работающий телевизор. А в трёх домах от него живёт ведьма-оборотень, что два дня назад содрала кожу со своей внучки и выкинула труп на помойку.

− Странно выходит, − нарушила тишину Вероника. Олег с любопытством взглянул на неё. − Зачем ведьма оставила тело в таком людном месте. Почему не утопила или отвезла куда-нибудь в лес.

− Хороший вопрос, − согласился шепчущий. − Нужно будет её об этом спросить.

Вольгин достал смартфон и, прерывая своё наблюдение, уставился на экран, что-то печатая. Вероника поглядывала на него, но не спрашивала ни о чём. Может, это личное? Впрочем, подобное предположение только раззадорило любопытство.

− Хочешь посмотреть на Лилю? − спросил вдруг Олег.

Ника непонимающе взглянула на него.

− Кого?

− Девушку, которую убила ведьма. Я нашёл её страничку в «контакте», − пояснил шепчущий, разворачивая экран смартфона к Нике. Чуть щурясь от яркой подсветки, Вероника всматривалась в фотографию симпатичной брюнетки, совсем школьницы. Ничего особенного, самая обычная миловидная старшеклассница. Ника забрала смартфон из рук Олега и пролистала несколько фотографий. Пара «селфи», совместный снимок с каким-то парнем, стандартные ноги-сосиски на фоне пляжа на озере. «Заходила два дня назад» − отображалось на странице Лилии Смородиной.

− Такая молодая. Жалко, − произнесла Вероника. − Как ты умудрился её найти?

− Страничку? − уточнил Олег. Ника кивнула. − Имя редкое, плюс я посмотрел по карте ближайшие школы и вбил в поисковике. Подходящего нам возраста всего одна Лиля. Второй уже хорошо за тридцать.

− Надо мне подчистить информацию на своей странице, − задумчиво произнесла Вероника.

− А как же тогда твой труп опознавать будут? − хмыкнул Олег, и Нику передёрнуло от ужаса.

Они снова замолчали. Вероника откинула голову назад, устремив взгляд на небеса. На тёмном своде мерцали звёзды. Ника подумала, что она очень давно не любовалась ночным небом. Всегда некогда, неизменно найдутся другие дела. Даже во времена конфетно-букетного периода со своим бывшим молодым человеком, когда согласно лучшим традициям они гуляли вместе допоздна, то ни разу не смотрели на звёзды. Её бывшему парню в голову такое не могло прийти. При том, что он когда-то в школе увлекался космосом и изучил немало тематической литературы, его интересовала исключительно научная сторона вопроса. Вероника, может быть, и послушала бы его рассказы, но он никогда не предлагал, а она не просила. Они встречались больше полугода, но почти друг друга не знали. Потом Ника поняла, что они оба не очень старались это сделать. Все их отношения были словно от необходимости, а не любви. До сих пор казалось удивительным, что жизнь свела их на время вместе. Впрочем, Вероника знала немало похожих пар, которые скорее притворялись влюблёнными, чем были таковыми на самом деле. Почему так происходит? Неужели людям так хочется верить в любовь, что они придумывают её, когда чувств нет?

− Почему ты называешь меня Верой? Если не знаешь, это не сокращение от Вероники. Это совсем разные имена.

− Знаю.

− Тогда почему?

− Мне нравится имя Вера. У него хорошее значение, разве нет?

− Я его ненавижу. Какое бы там не было значение...

Вольгин повернул голову и посмотрел на девушку, продолжавшую рассматривать небеса.

− Твоя бабка не должна влиять на твоё отношение к самому имени. Она, конечно, была контрактником, то есть той ещё падалью, но...

− Она убила мою маму, − выпрямившись, Ника посмотрела на Олега. − Обратила её в Тень.

Он выглядел потрясённым. Светлые глаза блестели в темноте.

− Сочувствую, − пробормотал он. − Как ты узнала?

− У меня было видение, − Ника плотно сжала губы. Она смотрела на парня очень холодно, стараясь скрыть истинные чувства. − Мама приходила в квартиру после смерти бабы Веры. Думаю, когда мы вернулись обратно в Россию. И Тень дотронулась до неё. И потом...

− До этого ты думала, что с ней что-то случилось?

− Нет. Я считала, что она меня бросила. Что я была нежеланной дочерью и...

Ника не знала, почему так откровенна с Олегом. Он казался ей менее понимающим и честным, чем Женя. Такому человеку не стоит поверять свои секреты. Но сейчас он смотрел на неё с таким сочувствием, таким теплом.

− Мне очень жаль, − повторил он. − Я понимаю, что ты чувствуешь.

− Неужели? − хмыкнула Вероника. − Знаешь, мне, если честно, не очень хочется об этом говорить. Зря я вообще начала.

− Да, конечно, − легко согласился Олег, и Ника поразилась его поведению.