За следующей дверью

Вопросы без ответов

− Неужели ничего нельзя сделать?

Вероника отказывалась верить в безысходность ситуации. Должен, обязательно должен быть выход.

− Что вы молчите?!

− Я тебе уже говорил, что нельзя спасти отравленного Тенью! − зарычал Олег. − С какого раза ты понимаешь, что тебе говорят?

Хозяева квартиры молча слушали их перепалку. Женщина спрятала лицо на груди у мужа и безмолвно рыдала. Её супруг потерянно уставился в никуда и будто вовсе не замечал ничего вокруг. Услышанные слова могли быть для них неясными и странными, но главную мысль они осознали. Троица необычных молодых людей, неизвестным образом прознавшая про свалившееся на их семью горе, пообещавшая помочь и спасти сына, оказалась бессильна. Слова были уже неважны, только чужаки сыпали ими с отчаянной злобой и едкостью.

Женька пытался поначалу затушить разгорающуюся ссору, но быстро махнул рукой. Уже всё равно. Пусть хоть перегрызутся.

− Я позвоню брату. Может, его тройка что придумает, − сказал он и вышел из квартиры, избегая бестолковой ругани. К чему теперь кричать друг на друга, спорить? Пора отсюда уходить.

Ника отчего-то знала, что даже этот звонок, якобы за советом, был всего лишь для отвода глаз. Не знают ни шепчущие, ни видящие что делать и как быть. Они бессильны. И в это не верится. Не шепчущие ли бахвалились своими способностями изменять мир? Не Надежда ли заверяла, что видящим подвластно знать прошлое и будущее? Как выяснилось, всё это ложь.

Но больше неё самой бесился от своей беспомощности Олег. И злила его сильнее всех Вероника, упрямо продолжавшая настаивать на своём:

− Хочешь сказать, что великие и ужасные шепчущие за всё это время не научились изгонять Тень?

− Одно дело изгнать Тень обратно в Лабиринт, и совсем другое излечить отравленного Тенью. Это невозможно.

− Откуда ты знаешь?

− Думаешь, никто до тебя не пробовал?!

− Ты сам-то пробовал?

− Да!

− Значит, не старался! − упрямо крикнула ему в лицо Ника.

Она не понимала, отчего ей вдруг это стало так важно. Неужели сказанное студёным ветром, свистевшим в ушах, так её задело? Быть может, она сама поверила, что виновна в гибели Надежды Сергеевны? Нет. Ерунда. Всё это ерунда.

− Должны же мы хотя бы попытаться, − жалобно пролепетала она, щенячьими глазами глядя на Олега. Некоторое время они молчали.

Наконец, он заговорил тихо и хрипло:

− Надо осмотреть девочку.

Вплоть до этой минуты родители походили больше на манекенов, чем на живых людей. Они вовсе не встревали в разговор новоиспечённой тройки, но последние слова что-то в них пробудили.

− Не лезьте к Юле. Она тут ни при чём.

Отец девочки встал в проходе, перегораживая дорогу. Олег упрямо сжал губы.

− У вашей дочери тоже есть дар, и было бы лучше для её же безопасности...

− Для безопасности моего сына вы ничего сделать не смогли.

− Потому что это невозможно.

− Откуда мне знать, что моей дочери вы поможете?

Олег старался говорить спокойно и размеренно, а сам сжал руки в кулаки так, что костяшки пальцев побелели. Вероника схватила его за локоть, неожиданно вспоминая, что она вообще-то девушка. Нежная, умиротворённая и мудрая. Значит, и облагоразумить других ей под силу не криками, а вкрадчивыми словами.

− Поймите, мы стараемся вам помочь в силу наших возможностей, − обратилась она к мужчине. − Ваша дочка не совсем обычная...

− Она в опасности?

− Как раз наоборот, она смогла защитить себя, и...

− Значит, вам до неё никакого дела нет. До свидания.

− Если это поможет Юленьке, − пискнула заплаканная мать детей.

− Они бы сначала с Юрой разобрались, − возразил супруг и вновь обратился к Олегу: − Из-за вашей чертовщины пацан в зомби превратился.

− Наша чертовщина как раз борется с тем, что сделало из вашего сына зомби, − процедил парень.

− И это почему-то не помогает. Или просто вы не слишком стараетесь.

Вероника обиженно насупилась, хотя мужчина только что почти повторил её собственные слова.

Олег набычился, уставившись на хозяина квартиры, и Ника испугалась, что он затеет драку. Но парень резко развернулся.

 − Завтра зайдём. Когда поумнеете, − бросил он через плечо.

И вышел из квартиры, хлопнув со всей дури дверью.

Вероника змейкой юркнула за ним. Отец Юры крикнул вслед что-то грубое.

Ругань доносилась и спереди:

− Недоумок, − услышала Вероника рык с нижнего пролёта. Шаги поспешно удалялись. Девушка поторопилась вниз, за шепчущим.

Все трое встретились уже на улице, у входа в подъезд. Женька уже закончил телефонный разговор с братом, и Олег скрипел зубами, рассказывая о случившемся.

− Как быстро запел по-другому, − ядовито шипел он. − Только что мы были их спасителями и героями, и вот уже «держитесь подальше от наших детей»!

Вероника, пока бежала по лестнице, успела остыть и успокоиться. Да, обидно, конечно, было, что их столь бесцеремонно выставили за порог и даже спасибо не сказали за проделанный труд, но Олега случившееся, видимо, задело куда больше.

− Пора привыкать, − невесело сказал Женя. − В первый раз что ли.

− Заколебало уже, − устало признался его напарник и со вздохом уселся на скамью. − Вечно одно и то же. Мы спешим им на помощь − кровь из носа, а они нам слова доброго не скажут.

Чип поглядел на друга и усмехнулся невесело.

− Они нас боятся.

Вероника слушала, разинув рот, и чувствовала, как горят её щеки. Она же, если подумать, была с ними ничуть не дружелюбнее, когда тройка спасла её от верной гибели. Ругала за испорченную квартиру, выгоняла прочь, да и вообще всячески демонстрировала, как ей хочется поскорее избавиться от их общества. Нехорошо как-то получилось.