За следующей дверью

− Ты и это не знала? − с презрением произнесла Люба.

− Догадывалась. Мне всегда говорили, что там заперты маги, совершившие какое-то преступление. Но когда я искала Исток, то стала догадываться.

Вероника с трудом могла вспомнить имя хоть одного языческого бога. Конечно, она проходила что-то в школе на уроках истории, но это всегда казалось ей маловажным аспектом.

− Мне даже не особо верится, что это всё по-настоящему, − призналась она.

− Думаешь, мне легко поверить, что я − единственное, что удерживает их взаперти? − язвительно прозвучало в ответ.

Ника остановилась, нащупав перед собой ткань и какие-то застёжки. Видимо, это был Любин рюкзак.

− Э-эм, можно я возьму тебя за руку? − нерешительно спросили впереди.

Ника молча сделала шаг, пытаясь найти в темноте ладонь девушки. Пустота коридора пугала именно своей неизвестностью. Нужно было привыкнуть к мысли, что здесь нет ничего, кроме двери, ведущей наружу.

− Нет, не надо! − резко воскликнула Люба, передумав. − Я сама, всё в порядке.

− Ты уверена?

− Я не маленькая.

Ника пожала плечами и пошла впереди. Слева она слышала тихую поступь волка.

− Значит, в Лабиринте такие же коридоры?

− Господи, да сколько же мне тебе ещё придётся рассказать, − надменно хмыкнула Люба. − Коридоры, которые проводят шепчущие, и есть часть Лабиринта.

От этих слов стало не по себе. Нике почудились белые рыщущие глаза, наблюдавшие из темноты.

− Получается, Тени могут оказаться здесь?

− Именно в этом коридоре нет, мы в полной безопасности. Живые не могут войти в Лабиринт, но способны воспользоваться его силой, − произнесла Люба, и это звучало, как если бы она зачитала отрывок из книги.

− Почему прежде ты не пользовалась магией? − спросила Вероника, когда они вышли из коридора через дверь книжного магазина.

Девушки и волк оказались на людной улице, но никто, как ни странно, не заметил появившуюся из ниоткуда троицу. Ника подумала, что сознание обычных людей, наверное, отказывалось принимать это точно так же, как старательно не замечало всех потусторонних существ.

Проход привёл их совсем близко к дому Вероники. Девушка повела Любу за собой, стараясь поскорее скрыться в переулке. Её смущали внимательные взгляды прохожих, обращённые на её нелепую одежду и странную компанию.

− Когда я была маленькой, к нам приходила одна женщина из второго Круга. Она объяснила мне, как я важна для всего мира, и что мне нужно прятать от Теней и остальных колдунов, иначе может наступить дефолт, конец Света, нашествие инопланетян и ещё куча всяких неприятностей, − скорчила лицо Люба. − Она сказала, что любое использование магии привлечёт кого-нибудь из Лабиринта, поэтому я вроде как держалась.

− Откуда тогда ты знаешь, как открыть коридор?

− Из книги. Мои предки написали огромный такой томик о всяких волшебных примочках, − Люба торжествующе посмотрела на спутницу, видимо, пытаясь впечатлить. − Там содержатся многие заклинания и все знания, которые они собрали за века. О Лабиринте, богах и прочем.

− Ах, ведьмина книга. У меня тоже есть такая, − с деланным равнодушием произнесла Ника, с удовольствием наблюдая, как стёрлась самодовольная улыбка с лица школьницы. − А твои родители? Они  тебе ничего не говорили? Ведь они тоже часть Истока. То есть, один из них.

− У меня нет родителей. Конечно, есть, но родная только мама. Все с папиной стороны погибли. Они были магами.

− Как это случилось?

− Их дом сгорел. Папа, дедушка и бабушка спали, когда начался пожар.

Вероника слегка нахмурилась. Это было неспроста.

− Извини, что я так допрашиваю, но давно это произошло?

− До моего рождения, − неохотно ответила Люба. − Тогда к маме тоже приходила та женщина из Круга. Ну, когда мама была ещё беременна мной. И с тех пор мы живём в «подполье», − хмыкнула она.

У подъезда они столкнулись с Фёдором Тихоновичем. Сосед с подозрением оглядел Веронику с ног до головы, осуждающе качая головой.

− Здравствуйте, − громко сказала Ника, приближаясь к старику.

Он поздоровался в ответ, переводя взгляд на Любу и Олега.

− Ты что же, собаку завела? − поинтересовался он с опаской. − Это ж она лаять по ночам будет.

− Нет-нет, это моей подруги, − поспешила успокоить соседа Ника. − Она только в гости зайдёт, чай попить.

С привычной трелью домофона распахнулась дверь, и на крыльцо вышел Никита. Он остановился, заметив Нику. Девушка махнула ему рукой, бросая мимолётную улыбку.

− А сожитель твой что? Навсегда к нам? − допытывался Фёдор Тихонович.

Вероника растерялась. Она не знала, что старик успел познакомиться с Женей.

− Не знаю, −  пробормотала она. − Извините, мне надо идти.

Никита нарочито медленно спускался по ступенькам, не отрывая глаз от Ники.

− Доброе утро, − проговорил он совсем тихо.

− Доброе. Извини, мне надо идти, − избегая любопытного взгляда Любы, произнесла Вероника. − О, подожди, − окликнула она парня.

Никита повернулся.

− Не мог бы открыть мне дверь? Я забыла ключи.

− Как же ты тогда в квартиру войдёшь? − забеспокоился молодой человек.

− Ничего, Женя должен быть дома. Это мой друг, − пояснила она, замечая, как волна разочарования пробежала по лицу парня. Ника разозлилась на себя за излишнюю болтливость и на Никиту за неверное понимание ситуации, но решила не тратить время на объяснения. Нежные чувства ранимого соседа должны были беспокоить её меньше всего, когда по пятам за ней шли Тени, языческие боги, второй Круг и фанатичный Каширин.