Страница 130 из 191
Возможно, Наиль был прав. Семнадцать лет назад именно ошибка и предательство одного из них чуть не привели к трагедии. Тогда умерли последние маги первого Круга: отец и сын. Только чудо спасло их всех. Невеста младшего из колдунов носила под сердцем ребёнка. После случившегося видящие поклялись держать местонахождение Истока в тайне и никогда не выходить с ним на контакт, чтобы случайно не привести за собой врагов. Почти два десятилетия план успешно действовал, пока не стали погибать видящие.
− Это была изначально плохая идея, − вздохнул Наиль, облокачиваясь о стену. Сергей грустно улыбнулся.
− Ты, правда, думал, что если Круга не будет, Исток никогда не найдут?
− Да. Мне хотелось так думать. Сам подумай: мы бесполезны. Зачем мы передаём эту информацию, что она меняет? Ничего ровным счётом. Шепчущие и без нас будут изгонять Теней обратно в Лабиринт, а Исток продолжит скрываться. Само создание второго Круга было бессмысленным. Наше существование − прямая угроза для Истока.
− Круг был создан не без причины. Нам просто не понять...
Они и не понимали, никто из них. Если подумать, то что отличало их от того же Каширина? Лишь цель. Подобные ему могли танцевать на тонком краю между жизнью и смертью, заигрывая с силами, неподвластными человеческому пониманию. Лабиринт создали с одной единственной целью − оградить род человеческий от хаоса и зла, но люди продолжали поклоняться чудовищам, держащим их жизни в своих руках.
− Интересно, Каширин хоть понимает, с чем имеет дело? − потёр лоб Наиль, чувствуя себя измождённым. Кажется, они проигрывали эту битву.
− Конечно, понимает. Иначе, зачем ему разрушать Лабиринт? Он уже несколько лет ездит на встречи с неоязычниками.
− Он даже не представляет что это за силы...
− Как будто мы представляем, − невесело улыбнулся Сергей. − Древние боги − это дело тёмное. Да и вообще, о чём мы говорим, если сами не подозревали ни о каких богах, пока Зайцев не прислал своё письмо, − он махнул рукой, качая светлой головой.
Наиль снял очки, протирая и без того чистые стёклышки. В юности ему казалось, что состоять во втором Круге − значит быть удостоенным служения высокой цели. Тогда это представлялось ему делом благородным, смыслом всей жизни. Но год за годом приходило осознание горькой участи всех его сотоварищей. Их жизнь ничего не стоила. Они мнили себя мудрецами, хранящими древнее знание, пока не оказалось, что всё это обман.
− Как думаешь, почему нам соврали? − спросил он в который раз. − Об этих предателях, заключённых в Лабиринте, обо всём?
Сергей не в первый раз слышал от него этот вопрос, пару раз задавал и сам. Прошло уже немало времени, но никто до сих пор не смог смириться с правдой. Правильнее было сказать, что эта правда была им малопонятна. Многие поколения видящих второго Круга исполняли свой долг, не задавая лишних вопросов и воспринимая всё на веру. Михаил Зайцев, увлечённый историей и посвятивший свою жизнь исследованию магии, первым подверг сомнению истинную природу Лабиринта. Перед самой своей смертью он успел прислать другим членам Круга длинное письмо, в котором поделился своим невероятным открытием.
Сергей стянул куртку и закатал рукава рубашки.
− Думаю, Валерий Петрович был прав, − сказал он. − Все люди склонны к религиозной фанатичности. Если бы мы знали, кто по-настоящему находится в Лабиринте, предателей было бы намного больше, и никто из первого Круга не дожил бы до наших дней.
Наиль, задумавшись, неуверенно кивнул. Он скучал по старому неколебимому коммунисту Валерию Петровичу. Это был удивительный колдун: убеждённый атеист и талантливый видящий. Противоречивая натура этого человека, несмотря на несовместимые стороны его характера, пребывала во внутренней гармонии. Он был способен сохранять здравый разум, даже если все остальные находились в смятении. Когда видящие второго Круга впервые обсуждали исследование Зайцева, он уверенно заявил:
− Наши предки поступили единственно верным способом: заперли эти архаичные пережитки диких времён в тёмном чулане, где им и надлежит оставаться. Мы ошибались в личности нашего врага, но суть вопроса это не меняет. Наша задача остаётся прежней: противостоять силам противника по всем фронтам.
Через неделю Валерия Петровича тоже не стало, но Наиль хорошо запомнил его слова. Второй Круг был обязан продолжить дело предыдущих поколений, несмотря на все возникшие трудности.
− Будем надеяться, что Каширин не столь удачлив, как мы слепы, − сказал он. − Так что с Вероникой? Она нашла Исток?
− Не знаю. Она пропала. Я и Гена всю ночь её искали, а Андрей следит за Кашириным. Пока ничего.
− Неужели нам так несказанно повезло? − не поверил Бигеев.
− Наиль Ренатович, с кем вы там говорите? − послышался скрипучий голос из комнаты.
Бигеев одёрнул джемпер.
− Позвоню на работу. Скажу, что заболел. Кажется, день предстоит нелёгкий, − произнёс он.
Мужчина потянулся рукой в карман брюк за телефоном, когда сознание пронзила яркая вспышка. Кровь загорелась в венах, и сердце разрывалось на части.
− Я-японский городовой, − вырвалось у Сергея, тоже скорчившегося от боли. − Наиль, это же я всё верно сейчас понял? − прохрипел он. − Неужто Исток активирован?
* * *
Волк, предупреждающе зарычал, когда Ника чуть не наступила на него в темноте.
− Знаешь, я не из трусливых, но не хотелось бы мне так провести целую вечность, − послышался голос Любы. − Даже становится жалко всех этих богов в Лабиринте.