За следующей дверью

Вольгин осмотрел расставленные вокруг него пустые тарелки, задумался над ответом. Кивнул.

− Не буду возражать, если что приготовишь.

Ника поднялась с кресла и вышла из комнаты. Она чувствовала себя неловко из-за того, что случилось прошлым вечером с Олегом. Ему пришлось терпеть ужасную боль и всё из-за лжи Бигеева, которую она покрывала. Если бы Вероника сразу призналась, что ичётики не причинили ей никакого вреда, то всё было иначе. Теперь, пожалуй, было слишком поздно сознаваться в содеянном. Ника, раз уж на то пошло, и не хотела говорить правду и не могла найти тому причину. Но вина продолжала камнем висеть на сердце, и девушке хотелось как-то искупить свой проступок. Единственным возможным вариантом в сложившейся ситуации оказались для неё блинчики. Замесив тесто, она принялась за готовку, погружаясь в собственные мысли.

Вероника осознавала, что запутывается во лжи, а точнее в сокрытии чужих и собственных секретов. Она врала Бигееву о своих поступках и целях, она скрывала от собственных друзей правду о том, что заставило ичётиков проснуться. Хуже того, она не знала, как выпутаться из сложившейся ситуации. Рассказать учителю о послании Надежды Сергеевны? Но, как ни неприятно это было признавать, существовал шанс, что в таком случае Ника станет потенциальной жертвой. И она боялась осуждения Олега, если он узнает, что она скрывала от него правду по просьбе своего учителя.

На плите засвистел чайник. Ника заварила чай, захватила тарелку с блинами и вернулась в комнату.

− Готово, − возвестила она оборотня.

Он оторвался от ноутбука, посмотрев на неё остекленевшими красными глазами. Бледный ссутулившийся Олег больше напоминал вампира, чем волкодлака. Вероника хмыкнула, ставя перед ним тарелку.

− Сейчас кружки принесу, − сообщила она.

Когда девушка вернулась обратно в комнату, Олег уже вовсю уплетал блины.

− Вкусно, − невнятно проговорил он. − На кефире?

− Да, − Ника не смогла сдержать улыбки, наблюдая за Вольгиным.

Присев рядом с оборотнем на диване, Вероника разлила чай по кружкам и взяла себе один блинчик.

− Есть сгущёнка, − вспомнила она. − Будешь?

Вольгин замотал головой, продолжая жевать и что-то внимательно просматривать на экране. Вероника пригляделась, пытаясь понять, что он делает, и потерялась среди бесконечного океана цифр, скобочек, значков и латинских букв.

− Что это?

− Код, − коротко ответил Олег. − Ошибку ищу.

− Ты говорил, что делаешь сайт.

− Это потом им станет.

Ника думала, стоит ли дальше вникать в вопрос, но Вольгин сам решил сменить тему. Он свернул окно и открыл браузер. Уже загруженная страница оказалась статьёй в «Википедии».

− Я нашёл нужное нам капище, − отпивая из кружки, сказал Олег. − Это в Великом Новгороде.

Он повернулся к девушке, уставившись во все глаза. Взгляд у него был уставший и немного безумный.

− О чём ты?

− О твоём видении. Ты сказала, что те чародеи собирались к капищу на реке Волхов. Самое подходящее − Перынь, это рядом с Новгородом.

Вероника отставила свою кружку подальше и вчиталась в статью, словно надеясь найти в ней ответы.

− И что? − наконец, спросила она.

− Надо туда поехать, − убеждённо сказал Олег. − Ты увидишь, что случилось с теми магами, чего они добивались, и тогда, возможно, мы поймём смысл остальных видений.

Вероника почувствовала себя растерянной. Ей совершенно не хотелось знать, что за воспоминания передала ей Надежда Сергеевна. Действовать было куда страшнее, чем притворяться, что ничего не происходит.

− Может, мы просто попросим помощи у Наиля Ренатовича? − в очередной раз предложила она.

Вольгин нахмурился.

− И тогда все узнают, что ты из второго Круга? А вот Каширин мог бы помочь...

− Нет, я ему не доверяю, − отрезала Ника.

Она прикусила губу, понимая, что, в общем-то, и Бигееву она не доверяла достаточно, чтобы открыться. События предыдущего вечера изменили её отношение к учителю и заставили чувствовать собственную вину.

− Я хотела спросить... ты нормально себя чувствуешь? После вчерашнего...

Олег слегка нахмурился.

− Я в порядке. Привык.

− Тебе же было больно. Как к такому можно вообще привыкнуть?

− Со временем, − невесело улыбнулся Олег. − Я хотел этого, так что не мне жаловаться.

− Почему?

Вероника не ожидала, что он ответит. Вольгин откинулся на спинку дивана, смотря куда-то в сторону, и молчал. Он выглядел изнурённым и грустным.

− Все в моей семье оборотни, − вдруг сказал он. − Столько поколений уже, что и не сосчитаешь, − Олег усмехнулся. − Если верить родословной, то начиная с Всеслава Вещего, того самого князя о котором говорится в ведьминой книге. Собственно, до середины прошлого века мы всегда в Полоцке жили, где он когда-то правил. Переехали из-за войны.

Ника села поудобнее, разворачиваясь к нему и вся обращаясь в слух. Ей было тяжело ладить с Вольгиным, но в редкие моменты, когда тот был расслаблен и открыт, он завораживал её. В этом было нечто почти колдовское. Олег не смотрел на Веронику, и поэтому она могла свободно его разглядывать. Ледяные глаза, покрасневшие от напряжения, выражали редкое для оборотня спокойствие и даже теплоту.

− Как видишь, оборотничество у нас в крови. Все всегда были волкодлаками. Лена, правда, превращается в сокола, совсем как Всеслав. Ну а мне звериный подарок не достался, − на последней фразе его голос резко похолодел.