Страница 25 из 135
Марша, подобного этому, в полной боевой готовности, Андроклид не мог припомнить со времён, когда только-только встал в ряды фаланги. Да и тогда подобные броски были лишь учебными. Никогда ещё войско боевым строем не шло на такое значительное расстояние. Пятьдесят стадий до Фермопил. Уж насколько Андроклид опытен, а древко его сариссы постоянно ударялось где-то наверху о соседние. Не маршируют с двенадцатилоктевыми копьями в собранном виде, непривычно это, да и держать их совсем рядом с подтоком довольно тяжело. Воины пыхтели, ругались вполголоса, думая, что не слышит Танай, шедший первым. Ага, сейчас. Всё-то он слышал, и ему, как и всем, неудобно, однако шёл себе и шёл, невозмутим и собран. Так же, как и Кратер.
Новый командир таксиса Эмафии в бою будет стоять вместе со всеми, занимая место димойрита, командира полуряда, восьмого по счету от переднего края. Он должен находиться в самой гуще боя, но не в первых рядах, дабы в случае его гибели, фаланга не осталась без управления. Сейчас, на марше, он одним из немногих шёл налегке – привилегия военачальника, которому нужно не просто топать к месту боя, но ещё и руководить всей это огромной массой людей. Щит и сариссу ему нёс слуга.
К голове колонны подлетел всадник, прискакавший с севера.
– Ну что? – прокричал таксиарх, выйдя из строя.
– Поравнялись! – прокричал разведчик, – они уже переправились через Асоп и продолжают идти вдоль берега залива!
– Спартанцы?
– Да!
– Не встали на берегу?
– Нет, продолжают движение!
– А наши?
– Подходят к реке! Где Антипатр?
– Скачи вперёд, он там!
"Значит, действительно идут на Ламию, как и предсказывал Эвмен".
Кратер окинул взглядом колонну, растянувшуюся более чем на восемь стадий. Дорога не слишком широкая, четверо в ряд помещаются с трудом, но сузить ряды, увеличив тем самым длину, неразумно. Если впереди бой, то перестраивать фалангу с марша потребуется очень быстро. Таксиарх чувствовал, что маневр спартанцев неминуемо приведёт к сражению, не бросят же их остальные. Или "Красные плащи" проявили инициативу, ни с кем не сговорившись? Вполне в их духе. Но тогда они просто перестанут существовать.
Хвост многоногого колючего зверя всё ещё не виден, а голова уже удалилась на порядочное расстояние.
– Шире шаг! – скомандовал таксиарх и, придерживая рукой перевязь с мечом, побежал догонять.
Рано утром, едва была получена весть о выступлении спартанцев, регент спешно собрал военный совет. Различные варианты действий в случае выхода союзников из Фермопил обсуждались не единожды, но нынешняя ситуация оказалась весьма необычна: по сообщениям разведки, "Красные плащи" шли в одиночестве.
– Что это может значить? – обратился Антипатр к стратегам.
Те дружно заскребли затылки, и только Эвмен не слишком замедлил с ответом:
– Готов прозакладывать что угодно – они идут на Ламию.
Антипатр, подумав, согласно кивнул.
– Да. Эвмен, немедленно гонца в гарнизон Ламии. Предупредить. А спартанцев надо перехватить.
Кардиец вышел из шатра и отдал несколько коротких распоряжений.
– Пехота не успеет, – сказал Кратер.
– Ударить гетайрами? – поинтересовался Линкестиец.
– Нет, – возразил регент, – атаковать конницей спартанский монолит – самоубийство. Аристон, задержи их, пусть идут в постоянном беспокойстве, это их замедлит. Аттал, твои агриане бегом поспеют за пеонами, поможешь им. Исполняйте!
Названные стратеги покинули шатёр. Князь фракийцев-пеонов Аристон командовал лёгкой конницей, состоявшей из воинов его племени, вооружённых дротиками. В войске регента пеонов насчитывалось чуть меньше тысячи. Фракийцев-агриан, сражавшихся пешими в рассыпном строю, числилось вдвое больше.
– Все остальные выступают немедленно, – приказал Антипатр.
– На спартанцев? – уточнил Мелеагр.
– А если это уловка? – засомневался Кратер, – мы подставим бок остальным эллинам, и они выйдут из Фермопил.
– Да, это весьма вероятно, – согласился Эвмен, который как раз в этот момент вернулся в шатёр.
Линкестиец покосился на начальника канцелярии и усмехнулся.
"Стратег... Писцами своими командуй".
Антипатр, однако, к кардийцу прислушался. За последние два месяца он, прежде мало имевший дел с Эвменом, убедился в том, что Филипп, приблизив этого молодого человека, не прогадал. Он, Филипп, вообще видел много дальше других. Как бы он поступил сейчас? Эллины явно задумали какую-то хитрость и "правильный" бой, грудь на грудь, принимать не жаждут. Если им удастся захватить Ламию, Антипатру придётся уйти на север, оставив Фтиотиду, а там и до потери Фессалии недалеко.