Страница 44 из 58
Над головой шумело на лёгком тёплом ветерке листьями дерево, под которым я расположилась. Солнечный свет, пробивающийся сквозь них, падал причудливыми ажурными узорами на одежду. Было тепло, и я едва не засыпала под пение птиц и каких-то насекомых, которые стрекотали в траве вокруг. Я зевнула, не пытаясь даже закрыть рот рукой. В коем веке тишина и покой.
Ненадолго.
Голос мужчины заставил меня снова вернуться в реальность:
— Эй, соня, — приятный, несколько низкий голос, с хрипотцой, заставил меня открыть глаза, но я никак не могла различить его лица. — Мы в такую даль забрались не для того, чтобы спать.
Я что-то ответила, но не слышала саму себя, словно все звуки вокруг были громче моего голоса.
Мужчина рассмеялся и протянул руку, предлагая встать. Я послушалась.
— Отлично, и я даже знаю, как мы прогоним твою сонливость, — незнакомец осторожно толкнул меня в грудь. — Ты водишь!
Нет. Он был не незнакомец. Я знаю его, но как его имя?
Мужчина бежит от меня прочь, в высокую растительность, откуда на нас смотрит ребёнок. Его лица тоже не разглядеть. Я улыбаюсь: вызов принят, и вам обоим от меня не скрыться. Что-то кричу им, видимо, шутливую угрозу.
Трава по пояс. Ребёнка в таких зарослях точно не разглядеть. Мой незнакомец тоже спрятался. В этом поле этих двоих искать целую вечность. Я поднимаю руку к небу и резко опускаю её: порыв горячего ветра описывает вокруг меня идеальный круг радиусом в пару десятков футов. Фермеры меня прибьют, если узнают, но это сработало.
— Никакой магии, мы же договаривались, — отзывается на мою идею мужчина, сидящий на земле. Судя по интонации, он несколько расстроен моим решением данной проблемы.
— Так нечестно! — кричит малыш и обиженно топает ногами, после чего неведомая сила отшвыривает меня на незнакомца. Не больно, но чувство странное: то ли неприятно, то ли всё равно. — Я так не играю! Вы жульничали!
Я снова лежу на траве и разглядываю медленно плывущие высоко облака.
— Прекрати так делать! Это неприлично! — грозит ему пальцем мужчина и снова склоняется надо мной. — Ведёшь себя, как ребёнок.
Как же его зовут?
— Я смотрю, тебе сегодня всё лень, — вздыхает он. — Право слово, неужели дома поспать нельзя.
Что-то снова отвечаю ему, не слышу своих слов.
Это цикады так громко стрекочут?
Приподнимаюсь на локтях и смеюсь. Мужчина, немного растерявшись вначале от моего ответа, тоже смеётся. И малыш заливается звонким смехом.
Что же я ему ответила?
Кто он? Как его зовут?
Тяну к нему руку. Он склоняется к самому моему лицу и неожиданно его образ становится чётким и ясным, хотя я понимаю, что не смогу его описать, если меня попросят это сделать позже. Я знаю его. Его зовут…
* * *
Асмодей прижимал меня к себе, я чувствовала, как магия окутывает моё тело, но это практически не помогало — боль была нестерпимой. В очередной раз она накрыла меня с головой, от чего я взвыла, дёрнулась, но демон не ослабил хватки. Разум помутился, я не понимала, что происходит и что я делаю: металась, словно на раскалённой сковородке. Меня будто выворачивало наизнанку. Я царапала свои ладони, царапала руки Асмодея, разорвала ему рубашку и теперь чувствовала его кровь под пальцами. Выла словно раненное животное, словно мне в кожу воткнулся разом миллион игл, словно резали ножами, рвали на части.
Роберт же молча переносил все мои удары, все травмы, что я ему наносила.
Не помню, в какой именно момент я пришла в себя, не помню, как очутилась в этом помещении: принесли ли меня сюда демоны или я дошла сама, но то, что происходило со мной сейчас, заставляло мечтать лишь о смерти. Это походило на то же самое, как когда-то надо мной издевался Велиал, но теперь боль не оставляла ни на секунду — чудовищная и затмевающая сознание. Я едва не сходила сума. Наверняка бы сошла, если бы не Асмодей.
— Что это за вид секса такой? — поинтересовался Марбас, явно вернувшийся из спальни. Неожиданно трезвый.
Из того, что мне говорил до этого Роберт, я поняла, что мы в номере какой-то гостиницы, где «поселился» Заган.
— Убирайся, шакал, — отозвался Асмодей. Его голос был заглушён моими стонами, но наёмник точно расслышал его.
— А… Так это вы так мучаетесь от боли не из-за того, что ты в неё засунул часть своего тщедушного тельца? — демон развернул стул и уселся, делая заинтересованное лицо. — Уважаемый, я останусь. Хочу насладиться зрелищем.
— Пошёл вон! — потерял самообладание Асмодей, и в Марбаса тут же метнулось что-то серебряное, однако демон успел увернуться, отчего из стены за его спиной теперь торчал длинный кинжал.
Марбас оглянулся на оружие, коротко присвистнул.
— Я могу обидеться ведь на такое, полукровка. Ты противника не по зубам выбираешь, говнюк, — медленно проговорил падший, не скрывая нотки угрозы в голосе. — Седит, ты видел где-нибудь ещё такого хама?
Бросив короткий взгляд в угол комнаты, я приметила тёмную фигуру, сидящую в кресле. Сквозь слёзы мне были видны лишь алые глаза, блестящие в темноте. Марбасу не ответили, по всей видимости расценив вопрос как риторический.
Не знаю, чем бы всё это закончилось, если бы меня снова не выгнуло от боли, и в этот раз наёмник явно потерял терпение, потому что оказался рядом с нами:
— Иди отсюда, кретин малолетний, — прошипел Марбас, отталкивая Асмодея и неожиданно беря меня на руки.
Потеряв того, кто был беззвучным объектом для битья всё это время, я бездумно схватила за плечо демона и сжала его с такой силой, что тот закрыл глаза и медленно выдохнул, явно пытаясь успокоиться.
— Солнышко, давай не при посторонних, а то я стесняюсь, — наконец проговорил он, склоняясь к моему уху. — Мне нравится, как ты кричишь и мучаешься, вечность бы смотрел, но этот педофил, что стоит напротив, меня настораживает. У него взгляд какой-то маниакальный.
Марбас осторожно усадил меня на край обеденного стола, швырнув на пол весь стоящий на нём сервиз, который стоил явно больше средней зарплаты в городе. Шедевры ручной работы превратились в сотни острых осколков. Но демона это мало волновало: он заставил меня опуститься на столешницу и осторожно убрал волосы с лица. Со стороны это походило на прелюдию к чему-то слишком эротичному, но для меня Марбас выглядел скорее мясником.
— Что ты делаешь?! — Асмодей хотел было взять меня за руку, но ему этого не позволили сделать: Седит, который всё это время сидел в кресле у камина, неожиданно появился рядом с библиотекарем и с силой ударил его, отчего тот, не ожидавший нападения со спины во временной резиденции короля Загана, упал на колени. И в тот же миг у его горла появилось скопление тумана, напоминающее отдалённо то ли нож, то ли короткий меч — в полумраке гостиной этого было не разглядеть.
— Не мешай ему, Асмодей, — раздался впервые за всё время знакомства голос, по всей видимости, принадлежащий именно ассасину, а не одержимому человеку — низкий и похожий скорее на хрип. Демон, одетый с ног до головы в чёрные одеяния на восточный манер, со скрытым платком лицом, он производил неизгладимое впечатление.
Марбас тем временем запрыгнул на стол, прижимая меня к столешнице и держа мои руки сомкнутыми над головой. Я едва ли понимала, что происходит, потому что моё состояние походило на смесь истерики и пляски сумасшедшего эпилептика. Демон провёл пальцами мне сначала по щеке, потом и шее, что-то прошептав, но его слова терялись в моих стонах и вое.
— У неё сердце не выдержит такого аттракциона, — Марбас положил ладонь мне на грудь. — Если мы сейчас же что-то не предпримем, то ваша затея с возвращением Тёмного трона уже никому не понадобится.
— Не вздумай этого делать, — Асмодей дёрнулся, отчего на его шее образовалась кровавая полоска — след от оружия Седита. Наёмник с силой дёрнул его за волосы, заставляя замолчать. — Марбас, не делай этого!!!
— У тебя есть минуты две, чтобы предложить мне что-то другое, — отозвался подросток, глядя на то, как я извиваюсь под ним от боли. — Заган слишком занят сейчас своим непутёвым братцем, а я скоро не сдержусь, глядя на это безобразие. Тем более я использую магию братства, а она всё-таки отличается от вашей.
— Мы не знаем, как любой ритуал отразится на ней, ты что, не понимаешь этого? Велиал уже ошибся, и посмотри, чем это закончилось, — библиотекарь снова дёрнулся, но Седит явно потерял терпение, потому что с силой ударил его по голове. Роберт упал на пол, держась за окровавленный висок. — Не вздумай, Марбас!
Наёмник коротко рассмеялся, выпуская мои руки, за что тут же возможно поплатился парой синяков на ногах и ударом под рёбра.
— Солнышко, какая ты буйная, но продолжим в другой раз и без свидетелей, — он достал нож из чехла и резанул себя по ладони, от чего чёрная кровь закапала мне на лицо и грудь, оставляя чёрные пятна. Асмодей взвыл не меньше моего, на что снова получил ощутимый удар от Седита. Отложив нож в сторону, наёмник снова навалился на меня и зажал окровавленной рукой мне рот, шепча что-то на неизвестном мне языке.
— МАРБАС!!! — заорал Асмодей. Я краем глаза увидела, что он распахнул тёмные крылья и рванулся с пола на наёмника, явно намереваясь ему помешать, но его помощник, схватив библиотекаря за руку, с силой отшвырнул его в дальний угол и бросился следом, не давая подняться и повторить попытку.
Демон болезней же продолжил держать мой рот зажатым, тараторя что-то непонятное. Даже вспышки, которые последовали после того, как эти двое сцепились, материализуя оружие, не отвлекли его от заклятия.
Боль неожиданно начала отступать. Каждый вздох давался всё легче. Я не сразу осознала, что мой язык уже весь в демонической крови. Дрожь всё ещё сотрясала тело, но теперь меня не трясло так, словно у меня припадок.
— Хорошая… Девочка… — прошептал ассасин, заканчивая заклятие и убирая руку, позволяя дышать ртом. Его глаза закрылись, он зашипел, словно от боли и неожиданно рухнул на меня: оказался лёгким, таким же горячим, как и всегда. — Хорошая, но… Такая… Такая дурная…
Я лежала под ним, не смея пошевелиться. Тошнотворный вкус во рту крови этого чудовища сбивал с толку. Я с трудом понимала, что произошло и почему я вдруг оказалась на столе, а Марбас на мне.
— Нозоми! — Асмодей вынырнул из тьмы номера рядом со мной, взъерошенный, со ссадинами, и едва ли не с силой выдернул из-под наёмника. Видимо, по окончанию ритуала Седит больше его не удерживал — дело сделано. Помощник же Марбаса благоразумно подошёл с другой стороны стола и помог тому спуститься на пол. Шатающейся походкой тот, хватаясь руками за его руку, прошёл к дивану и едва не рухнул на живот. — Ты в своём уме, Марбас? Что за заклятие ты использовал?
— Не твоего ума дело, — проворчал демон болезней, растягиваясь на подушках. — Будь добр, заткнись и оставь меня в покое. Хочешь помочь — помоги для начала Велиалу… — говорил наёмник прерывисто, явно превозмогая боль. — Заклятие продержится часа четыре, пока… пока у неё кровь моя не переварится в желудке… Потом мы снова будем наслаждаться промо-версией адских пыток.
Я попробовала вытереть демоническую кровь с лица. Отплёвываться же было как-то неудобно: видимо, Марбас каким-то образом перекинул мои ощущения на себя и теперь сам испытывал то, что мучило меня ещё несколько минут назад. Признаться честно, переносил он всё гораздо мужественнее, чем я, лишь изредка шипя и нервно елозя на диване.
— Что произошло? — я посмотрела на Асмодея. Тот достал платок и помог мне с кровью. На свои травмы он обращал куда меньше внимания.
— Ты не помнишь? — он отошёл на секунду, смочить платок под краном в ванной.
Я задумалась, пытаясь восстановить в голову события вечера. Какие-то отдельные моменты мелькали в воспоминаниях. Чарли. Я познакомилась с ним. Помню его разговор со мной в баре за столом, как он рассказывал про местные группы, забавные моменты из работы… Марбас, спорящий у барной стойки с какой-то девушкой и…
Посмотрела на наёмника, которого теперь практически не было видно из-за спинки дивана — тот был развёрнут к холодному камину. Лишь изредка Марбас приподнимался на локтях, переворачивался и тихо матерился, либо швырял в уже успевшего расположиться в соседнем кресле Седита подушками.
И внезапное осознание всего произошедшего.
— Велиал!!! — неожиданно вскрикнула я и буквально влетела в спальню, едва успев дёрнуть дверную ручку, иначе бы снесла дверь с петель. Чутьё не подвело: король находился там, в обществе своего брата. Но повелителя демона я заметила далеко не сразу в полумраке комнаты.
— Бездна тебя поглоти, что ты тут забыла? — Заган, стоявший у самой кровати, развернулся к нам и злобно посмотрел сначала на меня, а потом на Асмодея, вбежавшего следом. — Уведи её отсюда, пока я её не прикончил!
— Велиал! — я проигнорировала его угрозы, подбегая к кровати. Некогда белые простыни теперь были чёрные. Совершенно чёрные, казалось, что они поглощали тот немногий свет, который проникал в спальню через огромные панорамные окна. Номер располагался на таком этаже, что зашторивать их не имело смысла. — Что с ним?
Король лежал поперёк кровати, сжавшись в чёрный ком: перепачканный с ног до головы собственной кровью. Лежал на животе, подтянув ноги. Обнажённый, с распахнутыми крыльями, но выглядели они плачевно — их словно разъело кислотой и теперь они походили на чудовищное кружево: дыры в кожаных перепонках местами были такие большие, что в них можно было просунуть кулак, а то и голову. Падший дышал тяжело. Изредка он вздрагивал, иногда его било в конвульсиях и тогда он комкал лежащие под собой простыни, пытаясь хоть как-то унять дрожь.
Словно услышав меня, Велиал открыл глаза и посмотрел в пустоту, сквозь меня. Глаза почти не блестели, они были тёмными, тусклыми. Но он молчал.
— Что с ним?! — я обернулась на демонов.
— Видишь ли, Нозоми… Заклятия Света бывают разные, хоть на начальной стадии почти не различаются. Однако дальше, через какое-то время, они себя проявляют порой очень страшными последствиями. То первое заклинание, от которого тебя спас мой повелитель, было не столь опасным для тебя, но это… — библиотекарь запнулся, не решаясь продолжать. — Это же разъедает плоть, — в руках Асмодея вспыхнуло не яркое пламя, но этого света хватило, чтобы я смогла увидеть весь ужас произошедшего. — Велиал перебросил всю свою защиту на тебя, потому что, если бы оно зацепило тебя — ты бы погибла.
Спина демона, начиная от шеи и заканчивая поясницей, была сплошной кровоточащей раной. Местами просматривались кости и органы. От ужаса увиденного я отступила на шаг назад и упёрлась в Загана. Брат же смотрел на него без каких-либо эмоций на лице, словно видел подобное не в первый раз.
— Велиал тебя слишком разбаловал, — угрожающе тихо сказал он. — Тебе пора начать подчиняться ему. Если он когда-нибудь погибнет по твоей вине, я сотру тебя в порошок.
Заган посмотрел на меня с такой ненавистью, что у меня от ужаса чуть не остановилось сердце. Его тёмная аура захлестнула меня с головой и, как мне показалось, начала душить. Потом он словно одумался, отступил во тьму помещения и через мгновение, единственное, что обозначало его присутствие в спальне — его мерцающие глаза — растворились. Он прыгнул, видимо, решив, что это будет для меня безопаснее.
— Я думаю, нам лучше уйти, — Асмодей потянул меня за руку, но Велиал дёрнулся и снова открыл глаза. На этот его взгляд был куда осознанней: сначала демон посмотрел на меня, потом на советника.
— Оставь нас… — в голосе чувствовалось, что он терпит ужасную боль.
Библиотекарь поклонился и молча, без вопросов, покинул спальню, унося с собой свет, даруемый пламенем в его руке. Стоило ему закрыть дверь, как Велиал оскалился и застонал.
— Что тебе надо? — Король с трудом сел в кровати. Он покачнулся и закашлял. С уголка рта струйкой стекала кровь. — Не будь я королём, давно бы сдох уже…
— Я переживаю за тебя, Велиал… — я присела с краю.
— Человек за меня… переживает? — он попытался засмеяться, но лишь застонал. — Не иначе как у папаши диарея, если ты за меня беспокоишься, — наконец сказал он, вытирая лицо простынёй, но это скорее походило на попытку отвлечься от боли, потому что она была перепачкана в крови.
— Роберт сказал мне про заклятие. Ты спас меня, спасибо, — я натянуто улыбнулась. От зрелища на самом деле хотелось плакать: Велиал выглядел ужасно жалко, но зная его, если я заплачу, он, скорее всего, обидится.
— Так, теперь ты меня благодаришь… Видимо, в Эдеме массовое отравление амброзией…
— Я серьёзно, Велиал, — насупилась я. — Ты себя видел? Что с тобой стало. Это ужасно! Ты ведь мог погибнуть!
— Это уже ближе к правде звучит… Наконец-то ты поняла, как хрупка жизнь… Твоя и… И моя, — усмехнулся король. — Во всяком случае, теперь… Теперь ты ощутила всю прелесть не только светлой магии, но и резонанса… С чем и поздравляю, — он снова закашлялся, давясь собственной кровью.
Я потянулась к нему и молча обняла его, стараясь не касаться руками ран, но это оказалось сложно. Едва я случайно задела их кончиками пальцев, как Велиал низко зарычал и неосознанно сжал меня до боли в рёбрах. Но из-за магии Марбаса я не почувствовала этого. Впрочем, недовольный окрик из гостиной через закрытую дверь заставил короля опомниться:
— Велиал, блять! Аккуратнее! — крикнул наёмник. — Хоть ты не будь уёбищем сегодня!
— Что он бесится опять? — не понял падший, растерянно косясь в сторону, откуда донёсся голос Марбаса.
— Я так поняла, что он провёл какой-то ритуал, чтобы я не умерла от травматического шока или что-то вроде.
— На крови? — Велиал рукой убрал волосы с моей шеи, где ещё оставались следы крови демона болезней. — Паршиво…
— Да, он читал какое-то заклинание и зажимал рот окровавленной ладонью. Пришлось сделать несколько глотков, — прошептала я смущённо. — Это было отвратительно. Но помогло, признаю.
— Заклятия ассасинов порой сильно отличаются от классических… Они держат их в тайне. Я не знаю, что за ритуал он провёл… и он навряд ли нам расскажет — они те ещё тихушники в плане своих делишек… Будем надеяться… что никаких последствий эта дрянь иметь не будет…
Мы замолчали. Я вслушивалась в его прерывистое дыхание, которое изредка срывалось на хрип. Он снова пытался строить из себя всесильного, не признавая своего поражения, игнорируя, что я знаю каково ему.
— Во всяком случае… Марбас теперь знает, что ты уязвима перед светлой магией… Хоть это нам на руку…
Падший медленно опустился обратно на кровать, положив голову мне на колени. Я осторожно провела рукой по его спутанным волосам.
— Велиал, — тихо позвала его я через какое-то время, но он не отвечал. Видимо, опять впал в беспамятство. Надеюсь, что он успеет залечить раны за те часы, которые выиграл ему Марбас.
Я смотрела на короля. Он сейчас такой беззащитный, что, кажется, может погибнуть от одного лишь прикосновения. Совершенно ничего общего с тем существом, с которым я столкнулась впервые, что заключало со мной контракт. На мгновение закралась мысль воспользоваться моментом и убить его, пожертвовав своей жизнью. Но как на это отреагирует Заган и остальные? Где гарантия, что брат Велиала не уничтожит в отместку весь город. Сейчас он едва сдерживался, чтобы не придушить меня голыми руками.
Нервно сглотнув, я коснулась своей шеи. Заган на мгновение потерял самообладание и чуть действительно меня не придушил. Так, как это делают демоны — не касаясь жертвы, одной лишь магией. Его взгляд пугал. Он всегда такой сдержанный и спокойный, но сейчас он действительно зол. Но ведь это не я выдала нас Чарли.
Стоило вспомнить об охотнике, как внутри всё сжалось. Он мёртв. В груди боролись странные чувства: он хотел убить меня, но он человек и мне его жалко. Но всё же Чарли решил убить меня. В последние мгновения его жизни, когда мы встретились взглядами, он что-то прошептал. Читал ли он просто заклятие или проклинал меня? Теперь мне этого никогда не узнать.
Я всё же чудовище. Такое же, как и падшие.
Неожиданное колебание воздуха вокруг зеркала, размещённого над туалетным столиком в углу, привлекло моё внимание. Я нервно сжала руки в кулак, вспоминая заклятие, которое могло бы сейчас помочь.
— Можешь идти, — раздался незнакомый женский голос. Дымка слетела с поверхности и, разрастаясь, приняла форму уже знакомой девушки из бара. — Ты здесь больше не нужна.
— Викки? — я чуть не подскочила на месте.
— О, она меня запомнила, — рассмеялся кто-то слева от меня. Я повернула голову и увидела стоящую совсем рядом со мной Глорию. Одетые всё так же, как и в клубе, они внешне оставались похожими на людей, если бы не едва удлинённые клыки и глаза… Я в ужасе смотрела на их чёрные, словно бездна, глаза. Без белков и радужки — сплошная тьма.
— Кто вы такие?! — я нервно сжала плечо Велиала, но тот никак не отреагировал на это, в отличие от Марбаса, который с такой силой ударил ногой в дверь, что показалось, что где-то осыпалась штукатурка.
— Казадор, твою жеж… — злобно зарычал было он, но осёкся, увидев рядом двух своих подруг. — Бля! Ишет? Какой сюрприз, что вы… Ты тут делаешь? — Марбас явно насторожился, что было для меня странным, потому что в баре он вёл себя с ними куда более дружелюбно и раскрепощено.
— Меня позвал король Заган, — хором и неожиданно в одной интонации ответили девушки, словно были единым разумом. Викки подошла ко мне вплотную и теперь стояла по правую сторону, Глория же оставалась слева. — Забирай соплячку, и проваливайте оба! Вдвоём!
Заган вынырнул из воздуха за спиной Марбаса, и в тот же момент в нашей и без того странной компании появился Асмодей, который решил, видимо, проведать, что тут творится и чем наёмник так недоволен. Второй едва не споткнулся, завидев этих двух рядом со мной и Велиалом.
— О, вы только посмотрите, — прошипели девушки хором, растворяясь в воздухе и материализуясь рядом со Станиславским. Глория изящно приобняла рукой талию библиотекаря, вторую же аккуратно запустила к нему под рубашку. Викки сделала всё точно так же, но в зеркальном отражении. Асмодей было дёрнулся, но решил, видимо, в открытую не паниковать. Паниковать, как я думала, вот только следующие слова девушек едва не заставили меня закашляться: — Хозяин, вы так изменились, вам так идёт этот облик. Я так скучаю по вам.
— Ишет, отстань от Асмодея, ему не до тебя, — посоветовал Заган, едва ли обращая внимание на манипуляции девушек под рубашкой приближённого своего брата. — Ты принесла то, что я просил?
— Да, — прошептала Викки, доставая из кармана куртки какой-то кожаный мешок и протягивая Загану, не отрываясь, впрочем, от шеи Асмодея.
— Было бы не плохо, если бы ты перестала меня облизывать, — вздохнул Роберт, поправляя очки. — Его величество право, поиграем в другой раз, если у тебя ещё будет желание.
Он явно был смущён тем, что я смотрю на них троих и пытаюсь понять, что тут происходит.
— Ну хозя-я-я-ин, — надула губки Глория и недовольно посмотрела на меня, явно догадываясь о причине такого поведения со стороны Асмодея. Краем сознания я вспомнила, кем является по священным писаниям советник короля.
— Я сказал «нет», Ишет. Или ты забыла, что означает это слово? — объект страсти девушек недобро оттолкнул их от себя и шагнул ко мне. — Нозоми, идём. Тебе тут нечего делать. Его величество Заган будет отвлекаться, а это очень нежелательно. Тебе нужно поесть и принять ванну.
— Но… — начала было искать оправдание я.
Намечалось что-то явно интересное и, скорее всего, магического характера, а меня выставляют за дверь!
— Нозоми! — неожиданно теряя самообладание, Роберт схватил меня за руку и потянул на себя так, что я уткнулась носом ему в грудь. Едва не подхватив меня, он буквально выволок силой из спальни. Марбас последовал за нами, закрывая двери, которые сам же чуть и не разнёс парой минут ранее.
— Хех! Заган внезапен, как понос, — присвистнул наёмник, проходя мимо нас, громко шаркая ногами. Он казался теперь ещё меньше ростом: сутулился и постоянно нервно вздрагивал. Его так же пробивало на крупную дрожь. — Ишет, однако, шустра… Сильно же Лилит её забила, если она к нему в ноги приползла и по поручениям теперь бегает.
— Кто они такие? — наконец подала голос я, выходя из ступора.
— Суккуб это, — понурым голосом объявил Роберт, выпуская меня из несколько грубых объятий. — Держись от неё подальше.
— Суккуб? — переспросила я на всякий случай, хотя прекрасно расслышала всё в первый раз.
Часть образа встала на свои места. Асмодей — демон похоти и разврата, повелитель суккубов и инкубов. Таким его взрастил Велиал? Этим король так гордится? Я стояла и неотрывно смотрела на своего друга, который неожиданно снял морок, словно почувствовал мои мысли. Даже если так, как Асмодей умудрился так измениться? Сейчас навряд ли кто уличит его в непристойном образе жизни. Громкая слава минувших веков и совершенно серый и непримечательный образ теперь.
— Как тебе портрет, Нозоми? Нравится? — выдохнул он, глядя на меня едва ли не с вызовом. — Вот он — я настоящий. Ишет Зенуним — была в моём подчинении долгие века и грела мне постель днями и ночами. Согласись, совсем не романтичный образ для прекрасного рыцаря.
— Ммм… Если это ты её всему научил, то снимаю шляпу, — театрально кланяясь, отозвался Марбас, после чего снова расположился на диване.
Камин, как ни странно, на этот раз был зажжён, и поленья приятно потрескивали за жаропрочным стеклом. Какой-то незнакомый мне мужчина в форме сотрудника отеля подметал пол с невозмутимым видом. Завидев меня, он поздоровался, не обращая внимания на то, что я снова была перемазана с ног до головы кровью короля.
Мне было непривычно смотреть на столь молодого Роберта. И я не могла понять причину его злости: моё ли это неповиновение или же то, что Ишет оказалась втянута во всё это и я увидела то, что видеть мне не следовало. Хотя…
Стоп!
— Роберт, мне всё равно, с кем ты спишь и сколько у тебя в подчинении суккубов… — начала было я, но Асмодей меня прервал.
— Ни одного! Я оставил всё это! — огрызнулся он.
—… Хорошо, пусть так. Я не про это. Почему вы называете их единственным именем? Их же там две, — прежде чем библиотекарь повысил голос, я прислонила палец к его губам, заставляя замолчать. Неожиданно это возымело эффект: от моего прикосновения к лицу падший замолк. — Успокойся, я ни в чём тебя не обвиняю. Ты свободный в своих поступках человек, — на этих словах Марбас закашлялся, видимо, изначально желая рассмеяться, но боль не позволила.
— Потому что это глупая штука природы, — вздохнул Роберт, отодвигая стул и садясь за стол. — Когда-то она была одна, теперь две вот.
— Почкованием размножаются, — заржал Марбас и снова закашлялся.
— Как это? — не поняла я.
— Суккубы — не падшие. У них иная природа. Скажем так, это разновидность демонов, только искусственно созданная, так же, как и инкубы. Люди называют таких гомункулами. Допустим, это наиболее подходящее название для твоего понимания.
— Это что-то из алхимии? — я села напротив Роберта.
Стол выглядел пустынным после того, как Марбас разбил стоявший на нём сервиз, а мужчина из персонала убрал куда-то подальше все, что выжило после ритуала, и тщательно протёр лакированную поверхность от пятен крови. Скорее всего, он так же контролировался кем-то из падших, как персонал и клиенты госпиталя.
— Да, это искусственные живые существа. Раньше мы создавали их из демонов в качестве экспериментов, но с ними не так-то просто, когда их много.
— Затрахают до смерти, — вставил с дивана Марбас и тут же получил недобрый взгляд в свой адрес от Станиславского. — Ой, тебе ли не знать, что это, когда суккубы в бешенстве.
— Какая женщина в ярости неопасна, расскажи-ка мне? — Роберт снова поправил очки и с плутоватой ухмылкой посмотрел в сторону ассасина.
— Все опасны, тут я не спорю, сладкий, но одно дело — злая человеческая тёлочка, а другое дело — разъярённый суккуб. Эта найдёт тебя в глубинах Ада и с особым упоением оттрахает остатки твоих мозгов страпоном, — вздохнул тот, доставая пачку сигарет.
— У меня такое чувство, что ты парой секунд раньше меня изящно… — Асмодей запнулся и посмотрел на меня. — Так, тебе надо принять ванную. Пока договорюсь об ужине. Есть какие-нибудь пожелания?
— Две котлеты, соус, сыр***… — пропела я, поднимаясь со стула. Идея с купанием сейчас мне не особо прельщала, но я понимала, что от меня не отстанут. Действительно: на дорогой обивке стула теперь были чёрные пятна крови. В таком виде не то что есть, ходить по этому номеру, который скорее напоминал дворец королевы Англии, неприлично просто.
— Отлично, я прослежу, чтобы всё доставили к твоему возвращению, — кивнул Роберт, который явно не понял из какой рекламы песенка. — Эй, Джонатан!
— Да, мистер Станиславский? — из ванной выглянул мужчина из персонала, который уже отдавал распоряжение какой-то горничной, незаметно проскользнувшей в номер для приведения всё в порядок после выходки Марбаса и драки Асмодея с Седитом.
— Наша гостья желает поужинать после водных процедур.
— Могу предложить юной мисс нежное суфле из молодого картофеля дополненное овощным муссом, лобстеров, приготовленных на гриле, сырную тарелку. Напиток — советую взять «Дом Периньон» Люминос. На десерт рекомендую салат из свежих ягод и фруктов — они прекрасно освежают перед сном.
Я растерянно захлопала глазами, пытаясь переварить только что сказанное мужчиной.
— Чувак, ей нужен Биг-Мак, — заметил Марбас, выглядывая из-за спинки дивана. Теперь уже растерялся дворецкий. Стоит отдать должное, он быстро вернул себе невозмутимость.
— Как пожелаете, — поклонился он и подошёл к телефону, чтобы сделать звонок на ресепшн отеля.
— Раз пошла такая пьянка, то мне тоже пару Биг-Маков, большую колу, а лучше две. Большую картошку фри, двадцать наггетсов с соусом барбекю и пирожок… — Марбас замялся, почёсывая нос, силясь вспомнить, с какой именно начинкой ему нужен десерт.
— С вишней! — подсказала я.
— Точно! — закивал наёмник. — Эй, Седит, ты жрать вообще собираешься?
Все выжидающе посмотрели на помощника. Тот всё так же был закутан с ног до головы в чёрное, от чего теперь, в залитой тёплым светом гостиной, выглядел буквально сгустком тьмы. Иногда казалось, что с поверхности ткани срывались струйки чёрного тумана.
— Воздержусь, — прохрипел тот, даже не поворачивая голову в нашу сторону, всё так же глядя на равномерное колебание пламени в камине.
— Короче, по три всего. Этот пидор наверняка прикинется чайкой, и я не досчитаюсь в итоге половины заказа, — пожал плечами Марбас и выпустил струйку сигаретного дыма. — Ну чего ты на меня вылупился, Джо? Я дьявольски голоден и если через полчаса тут не будет ёбанных куриных кусочков, то я порежу на кусочки тебя. Уверен, ты так же не плохо сочетаешься с Люминосом, как и с… Что там на гарнир было?
— Картофельное суфле с овощным муссом, господин, — невозмутимо ответил ему мужчина и начал диктовать заказ по телефону, по окончанию чего добавил кому-то на том конце линии: — Да, и принесите господину Воджновски бутылку Люминоса. На всякий случай…