Страница 45 из 75
Я подошел внезапно и, видимо, совершенно некстати.
«Чего стоим, кавалеры? Достойных дам увели, а нам хорошо и так?».
«Твоя ирония сейчас совершенно ни к чему».
«Сам чего стоишь? Кристина не пришла?».
Подколка за подколкой. Кирилл не скупился на язвительные высказывания.
Но мой ответ он так и не услышал. Милая дама из толпы поманила его своим длинным указательным пальчиком.
Кирилл, как собачонка, бросив товарищей, подбежал к хозяйке.
Девчонка лет девятнадцати, одетая в старый мамин балахон, не была похожа на гимназистку. Видимо, одна из чиновничьих подруг, брошенная хозяином, как собачонка, в поисках нового хозяина.
«Милый, мы идем сегодня? Мне здесь так скучно, я умру от тоски».
Ее писклявенький голосок резал пространство. Веер в ее грязных то ли от земли, то ли от сладкого руках не останавливался ни на секунду.
«Ищи подруг, мы выдвигаемся. Не забудь то, о чем я тебя просил».
Губы Кирилла, пробежавшие по ее тоненькой шее, щекотали ей кожу. Она игриво усмехнулась, стиснув белоснежные зубы.
«Жди меня у входа, бешенный….», - шепнула она и, ловко выскользнув из рук своего хозяина, скрылась за поворотом, не по-женски виляя бедрами в разные стороны.
Кирилл взглянул на часы. Стрелка уныло двигалась к одиннадцати.
Начался вальс.
Раз-два-три, раз-два-три…
Увидев меня с Таней, ей больше не захотелось ничего. Грубая ревность захлестнула весь организм. Держась за поручни, по высоким лестницам лицея к парадному выходу спускалась Кристина…
XXXII
Опустив ее руку, я еще долго не мог прийти в себя.
Таня уже скрылась за поворотом.
Куда идти мне? Куда бежать?
Догонять ее не было смысла. Что же я ей скажу? Что не проживу без нее этой ночью?
Толкая уснувших на пути лицеистов, я пробрался к выходу. Может, успею на прощание коснуться ее все на миг…
У входа меня ждал Виталик.
Точнее, ждал он совсем не меня. Поэтому, заметив издали мою сияющую глянцевым блеском бабочку, он отвернулся и принял вид статуи, осматривающей мир с высоты невысокой лестницы.
Я подбежал и тронул его за плечо, на что он, содрогнувшись, сделался еще ниже.
«Ты чего это? Ждешь кого?».
Виталик почесал затылок и оглянулся, нет ли поблизости местечка, чтобы спрятаться от моего пронзительного взгляда. Виталик не любил обманывать, ложь его была видна насквозь: красные руки не находили себе места. Он в восьмой раз за минуту взглянул на часы.
«Да так…Жду, да».
«А кого ждешь? Я что-то никого из наших найти не могу, сейчас и тебя еще потеряю».
«Да ты не ищи…Мы пойдем кое-куда…Жди меня в комнате». Виталик рванул бы сейчас прямиком к раскрытой настежь двери, если бы не мелькающие тела уходящих и приходящих гостей.
Мне не нравится, когда избегают моего присутствия.
Виталик что-то хотел сказать мне. Его тело, будто обвитое крапивой, то ли чесалось, то ли дергалось изнутри так, что Виталик ежился с каждым новым положением безвольной руки или шеи.
«Ты, если хочешь, можешь с нами пойти. Правда, я не знаю, можно ли…тебе…».
Можно ли мне? Разве есть такие места, куда мне…нельзя? Или нельзя всем нам?
«Виталя, давай быстрее, охранник ждать не будет», - послышалось издали.
Чей-то знакомый голос позвал его и снова замолк. До боли знакомый.
Кирилл, поддерживая свою еле стоящую на ногах спутницу, вышел из стен лицея в сопровождении Антона, Жени, Бульбы. Милан вышел следом, демонстративно заговорив с Виталиком, словно меня здесь и не было.
«Старина-а…», - ляпнул он, свернув шею бедному другу и тут же его отпустив. Милан шатался: он был явно нетрезв. Виталик сделал шаг вслед ему.
«Стой же!». Я взял его за воротник: еще сантиметр – и Виталик бы остался без бабочки. «Куда вы собрались?».
Он повернулся ко мне со взглядом кота, которого поймали за страшным проступком.
«Уходи при первой же возможности».
Мы одним шагом перескочили три ступеньки, оказавшись у подножья парадного входа, где веселую толпу уже ожидал Солтан, в гордом одиночестве листая помятую книжицу.
Его не было с нами на протяжение всего праздника. Я, поравнявшись с ним, попытался спросить, чем он обеспокоен и что его тревожит. Но…Но сейчас копна других вопросов засоряют мою голову…И зачем я пошел с ними?
Мое присутствие вызвало некое смятение: будто бы я пришел испортить их праздник вольности, очернить своим присутствием их тесную компанию. Кирилл не переставал веселить свою и без того шатающуюся спутницу, чей наряд уже далеко не чист и свеж. Где же Вероника? Где остальные ребята? И куда мы идем, черт возьми?