Страница 36 из 75
Я познакомил Марго со своими друзьями. Солтан по-джентельменски поцеловал даме руку, Антон, Женя, Бульба расхваливали ее платье и прелестнейшие перчатки. Виталик, который не был на занятии, но прибежал к его окончанию, был рад знакомству с Марго, но в ответ лишь мило улыбнулся.
Кирилл познакомил нашу дружную компанию не со своей соседкой, а со своей новой подругой, с которой, по слухам, он встречается уже с прошлого года. Ее зовут Вероника Одина – высокая стройная брюнетка подходила по внешности нашему Кириллу: он, наконец, усмирился, перестал быть бабником-шутом…Говорили, что на это повлияла истинная любовь к Веронике.
Что делали с нами эти гимназистки! Они еще так молоды, а уже разбивают сердца, словно разбивают нечаянно кружку. Они, даже ничего не делая с собой, стали смыслом нашего существования. А как иначе? Что составляет жизнь настоящего поэта, если не любовь?...
Изменения в Солтане наблюдал не только я. Он, прежде замкнутый и поникший, потерявший смысл существования, вдруг будто проснулся от тучного сна: гимназистка, сидевшая с ним, которая держалась все занятие за живот, рассмешенная до коликов, будто разбудила его и вернула к жизни.
Почему-то она не захотела знакомиться с нами и ушла, как только распахнулись двери душного кабинета, переполненного запахом духов. Но, спустя пару минут, вернулась, но уже не в лице подруги Солтана: ее представила Вероника.
Зовут ее Вера Обухова. Судьба ее довольна трагична: родители выгнали из дома еще в 17 лет, умную, хорошую девочку, не впитавшую в себя бесчеловечные качества отца и матери. Поселил бедную девушку у себя некий молодой человек, по слухам, старше ее всего на несколько лет, и стал для Веры не только женихом, но и настоящим отцом и братом. Вера – человек от того и неразговорчивый, скрытный, почти не имеет друзей. Знакомство с нами, как сказала Вероника после ухода Веры, станет для нее хорошим стимулом к жизни, толчком к новой реальности, в которой нет места насилию.
Мне даже стало жалко это бедную девочку. Жизнь в разлуке с родителями – безумная жизнь, полная одиночества и тоски. Я рассказал об этом Марго, когда шумная толпа двинулась к выходу: прекрасный вечер близился к концу. Мы последний раз решились пройтись по глухому коридору.
«Даже не представляю, какого это…», - часто повторяла Марго.
«О чем ты?» - наконец спросил я, не придававший до этого момента значения ее словам.
«Жить с мужчиной…Пять лет жить. Я и недели с братом не выдержу, оставь родители нас наедине. И как же…».
«Так прошло уже пять лет? Это значит, ей сейчас…двадцать два?».
Вера совсем не выглядела на свой возраст. А тому факту, что учится она на последнем курсе, я почему-то не придал значения. В чем-то Солтану даже повезло – иметь подругу, которая старше тебя на целых три года…
«Что ж, нам пора прощаться, мой милый друг», - сказала Марго с тяжким вздохом, когда мы уже вплотную подошли к выходу.
За такое короткое время я встретил так много прекрасных людей. Я чувствую, как моя жизнь начинает меняться, стоит мне узнать о них что-то новое. С каждым человеком наедине мы по-разному исключительны, как исключителен и твой друг, и поэтому дружба сама по себе – вещь исключительная, без нее и жизнь не такая, и любовь…
В одном из окон, выходящих на улицу, я заметил Таню в тесном кругу подружек. Они хохотали и что-то громко обсуждали, их розовые шляпки подпрыгивали на их головах, а белые ленты на тоненьких талиях сдувал бродяга-ветер. Танино лицо розовело: ветер усиливался, и вечеряя прохлада уступала приближающемуся ночному морозцу. Кто-то из лицеистов предложил ей свой мундир – Таня, приветливо улыбнувшись, отказалась, и гимназистки, согревая друг другу замерзшие руки, побрели вдоль тротуара.
Как бы я хотел быть тем лицеистом, который был удостоен ее улыбки. Не меньше, чем той подружкой, что, взяв танину руку, побрела с ней рядом. Не меньше, чем ее сосед Гриша, кому она рассказала, возможно, свои самые сокровенные тайны…
«Она из моей группы», - вдруг произнесла Марго, заметив, как мои глаза не сходят с мутного окна, за которым еще можно разглядеть спины уходящих гимназисток.
Я смутился.
«Да нет, она мне вовсе не понравилась. Довольно симпатичная девочка, но…Не думаю, что я бы понравился Тане».
«Значит, все-таки Таня…Так я и думала. Из всей моей группы самая хорошенькая. Я расскажу ей о тебе. До скорого!».
И убежала, так же быстро, как и протараторив последнее предложение.
Марго, выйдя из стен лицея, помахала мне рукой в то же самое окно. В эту секунду ветер едва не сбил шляпку с ее головы, и Марго, придерживая ее легкой рукой, побежала догонять подружек. Бесполезно мне было кричать «Не надо! Не смей!», не было смысла и уговаривать сделать это.
Мне кажется, Марго сдержит свое слово.