Страница 61 из 96
Он фыркнул и посмотрел на Камбрию.
— Ты?
Она встала на носочки и поцеловала его в щеку.
— Есть другая идея.
* * *
— Ты снова хочешь говорить об этом? Сейчас? Перед боем? — спросил у нее Тристен.
— А когда еще? — спросила Хэвен у начальника. — Я знаю, я — твой заместитель. Я знаю, что слушаюсь тебя, но мы — убийцы, а не солдаты.
— Ты не думаешь, что я это понимаю?
— Нет, мне кажется, что ты не понимаешь.
— Нас тренировали для войны. Я увел тебя из того лагеря в горы не для того, чтобы защищать. Я не собирался нянчиться с тобой. Это было, чтобы ты стала солдатом в любом облике. И это… это наша война. Мы боролись в ней с тех пор, как отступили.
— Вся моя жизнь была боем, Тристен, — прорычала она. — Я знаю, какое у нас дело, но я не думаю, что так нам лучше применять свои силы. То, что остальная часть Гильдии бьется за Малису, не значит, что мы должны так сражаться за Сирену.
— И я не собираюсь.
Хэвен отвернулась от него и смотрела на стену палатку. Она дрожала. Она перенесла больше многих. Видела больше многих. Многие считали ее пустой или лишенной эмоций, но она была ими переполнена. Просто научилась скрывать это ото всех. Кроме него.
— Я устала сражаться.
— Знаю, — он подошел к ней сзади, но не касался ее. Прикосновение никогда не давалось без согласия. — Это последний раз. А потом… мы уйдем.
Она фыркнула.
— Ты — нет.
— Ливия, — выдохнул он ее настоящее имя, которое знал только он, как молитву, — мы уйдем вместе. Обещаю.
Он поцеловал ее в плечо, смелый ход. Она позволила это… и большее.
* * *
Лагерь притих.
Таким тихим Сирена его еще не слышала.
Она видела, как друзья по очереди уходят в палатки. Многие — парами или по трое. Они знали, что это была последняя ночь, чтобы побыть вместе. Завтра… была война.
Но Сирена не могла успокоиться.
Только ночная стража осталась на посту. Следили на случай, если Каэл глупо нападет на них ночью. Она посмотрела на замок, представила его там в его роскошной кровати. Она не ощущала связь. Не могла понять, где именно он был. Но чувствовала его по — своему. Только он пылал почти такой же силой, как она. Даже издалека.
Завтра будет начало конца.
Бой, к которому они шли годами.
И это не давало ей лечь спать, хоть ей нужно было спать как можно дольше. Пополнять магию, чтобы быть готовой.
Но ей казалось, что что — то осталось незаконченным.
Она глубоко вдохнула и прошла внутрь.
Дин повернулся с магией наготове. Но успокоился при виде Сирены.
— Сирена, — он был без рубахи. Штаны были чуть приспущены. Его волосы спутались, были мокрыми, словно он только что помыл их. Он выглядел… потрясающе. — Все хорошо? Я могу тебе помочь?
— Да, — сказала она ему, сделала еще шаг, чтобы ткань палатки опустилась за ней.
Он приподнял бровь.
— Да — все хорошо или да — я могу тебе помочь?
— И то, и другое, — она сделала еще шаг вперед, глядя в его карие глаза. — Я хотела поговорить с тобой.
— О чем? Думаю, мы обсудили всю стратегию на завтра. Ты хотела повторить?
— Нет, я хочу поговорить о нас.
Он застыл.
— Ты готова говорить о нас?
Сирена кивнула.
— Думаю… я была готова уже какое — то время, — она приблизилась, отклонила голову, чтобы видеть его глаза. — Ты спас мою жизнь столько раз, что и не сосчитать, за эти пару месяцев. Мы работали вместе куда дольше. Я защищалась. Я переживала, что все снова разобьется. Что я не справлюсь еще раз.
— Я бы никогда…
Она подняла руку.
— Знаю. Мы были другими, когда полюбили друг друга в Элейзии, Дин, — она переплела пальцы с его. — Но я все еще тебя люблю.
— Сирена, ты не умрешь.
— Нет. Дело не в этом. А в моих чувствах. Я держала тебя в стороне. Это было не связано с тобой, все было из — за меня. И это мешало нам. Но мне надоело, — она смотрела на него пристально. — Я люблю тебя Дин. Мое сердце всегда было у тебя.
— И я тебя люблю, — сказал он с первой настоящей улыбкой.
Она полезла в сумочку, в которой хранила монеты для портала, и вытащила кольцо. Кольцо с большим овальным бриллиантом на кружевном золотом плетении с маленькими бриллиантами и крохотными темными жемчужинами. С этим кольцом Дин сделал ей предложение в Элейзии на церемонии Морской невесты.
— Ты… сохранила его? — поразился он.
— Как я могла его выбросить? Я сказала да тогда. Я была серьезной.
Он забрал кольцо с ее пальца.
— А теперь? Ты все еще хочешь выйти за меня.
Она кивнула.
— Если переживем войну… да. Я об этом и хотела говорить.
— Мы выживем, — пообещал он, надел кольцо на ее палец, где оно село идеально. — И я женюсь на тебе.
Она пришла не за обещаниями. Не за подтверждением, что они справятся. Было возможно, что, хоть они все это сказали и сделали, они не смогут выжить и выполнить обещание.
Но было приятно слышать от него. Знать, что он верил в это.
Потому что она хотела просто раскрыть все это.
Она слишком долго сдерживалась. Слишком долго. И было жестоко заставлять его ждать правду от нее. Она считала, что было рано. Что ей нужно больше времени. Что она не была готова. Что она не даст Малисе толкнуть ее к этому. Но эта ночь была не об этом. А о них.
Она запустила пальцы в его волосы, притянула его губы к своим. Его ладони спустились к ее бедрам, легко приподняли ее. Сирена обвила ногами его пояс, и это сделало их еще ближе.
Так близко, что она ощущала только сердце, бьющееся между ними.
Это не был их первый раз. Но это было новым. Она вспоминала, как ощущалось другое тело. Изучала его мышцы, а он — изгиб ее талии.
Они разделись и упали на кровать. Она рассмеялась, когда она заскрипела под их весом. Не так она это себе представляла. Но с ним над ней и любовью в его глазах было лучше, чем она представляла. Лучше невинной любви, которая была, когда они впервые были вместе. Лучше корабля на воде. Лучше начала урагана.
Он наполнил ее, и их магия сплелась. Между ними появилась связь, но другая. Их творение.
Выбор.
Согласие.
И единство.
Сирена смотрела на него, видела, что и он это ощущал. Связь укрепилась между ними. Сирена не хотела нарушать ее.
На горизонте была война.
Но она все равно не собиралась спать.
48
Война
Сирена встала на рассвете и собрала отряды. Она была в легкой броне из холя, в которой были тигийские солдаты. Кто — то подарил ей броню для защиты на передовой. Сирена не собиралась стоять за армией и смотреть на отряды.
Она видела ряды солдат Бьерна. Людей. Ее народа. Некоторые могли однажды проявить магию Дома. Она могла течь в их венах, передаться их детям. Это было ужасно. Она хотела бы избежать такого. Но Малиса создала это.
Сирена усилила голос магией, ехала вдоль ряда своих солдат на коне.
— Враг с испорченным королем. Он убил настоящего короля и заставил солдат подчиняться. Он работает со злой богиней, решившей уничтожить Бьерн, что так дорог всем вам. Они бьются ради убийств. А король — марионетка не заслуживает трона.
Ее солдаты вопили и скалились врагу.
— Мы бьемся за общее благо. За право иметь магию и не быть наказанным за это. Править собой! — она сунула руку в мешочек, который наполнила, прежде чем покинуть Фэн. Она размазала пепел по лбу. — Мы живем и умираем с пеплом! Мы одолеем врагов! — она высоко подняла меч. — Дома Пепла! Дома Пепла!
Солдаты подхватили ее слова. Дома Пепла. Дома Пепла. Дома Пепла!
Сирена повернулась к войскам врага.
Их песнь звучала громко, Сирена указала на Бьерн и крикнула:
— В бой!
Она помчалась к первым рядам, обгоняя пехоту, столкнулась с первыми солдатами Бьерна. Ее клинок резал их с легкостью. Одного за другим.
Море мертвых тел.
Жители ее страны бились против нее.
Умирали из — за нее.