Страница 11 из 33
Закрепив на липучках зарядку, чтобы она не прекращала потреблять солнечный свет, и засунув своё оружие в карман рюкзака, она отвела детей в сторону, продолжая наблюдать за дальнейшим развитием событий.
Некоторые женщины, обернулись волчицами и начали порыкивать в сторону недовольных, намекая, что их претензии были оскорблением. Самые сильные члены стаи не один раз ходили на гору и вели сложнейшие переговоры, охотились для гномов, перебирались на другую сторону, чтобы добиться новых земель.
Слабые только судачили и советовали. Внешний переход сложен и опасен, но его можно пройти зверем, а вот в гномий туннель надо идти только человеком, и то не все смогут его пройти, даже сильнейшие!
Послышался визг. Две самки сцепились — и все вынуждены были дать им место, теснясь к краям. Вновь кто-то завизжал. Оказалось, что поддавшись эмоциям, столкнули ребёнка, и он уже скатывается вниз. Буквально в прыжке принимая облик зверя, Пепел сумел остановить падение мальчишки, но сам обратно подняться не мог. Мелкие камешки под лапами убегали вниз, утягивая его за собою.
Кто-то догадался бросить верёвочную петлю, и Пепел, вернувшись в человеческую ипостась, посадил на закорки пойманного пацанёнка, а теперь сам, держась за петлю, поднимался наверх.
Свара прекратилась так же неожиданно, как началась. Оборотни неприязненно косились друг на друга, но всё чаще слышались обвинения уже в сторону гномов, на том и сошлись.
Эмма раздала своим подопечным по леденцу, чтобы отвлеклись от неприятной обстановки, и когда все вновь вытянулись в цепочку на узкой тропе, с облегчением зашагала следом.
Вяло переставляя ноги, она воображала, как могла бы обустроиться в этом мире, если бы попала в город.
Первым делом нашла бы жильё, потом озолотилась бы на продаже какой-нибудь мелочи из своих запасов. Ну ладно, не озолотилась бы, но выкупила бы себе время для того, чтобы оглядеться, прицениться к местному товару и придумать заработок.
Это только план на первые дни, недели, а потом она уже освоится, развернётся и устроится с удобством. Приятно было обдумывать, как она обставила бы новое жильё, развивала бы свои новые способности.
Очень волновал вопрос: редкий у неё дар или нет? Можно ли его назвать сильным, или это всего лишь отголосок настоящей магии? Как можно зарабатывать на повышенной восприимчивости к чужим эмоциям?
Эмме нравилось вот так идти и думать о себе, как о попаданке из книжки. Это было гораздо приятнее и интереснее, чем плестись за сварливыми оборотнями день за днём и постоянно испытывать ноющее чувство голода.
Прошло уже два дня с момента встречи с гномами, и стая продолжала своё восхождение. Каждый день кто-нибудь из самцов приносил Эмме кусок мяса для щенков, который она теперь тоже лизала. Её подопечные с удовольствием всё сгрызали в зверином облике, а вот ей без огня и достаточного количества воды было тяжело. У неё оставались ещё пакетики с едой, но их невозможно было приготовить.
Девушка держалась на галетах и леденцах, но силы слишком быстро оставляли её. Несмотря на то, что её группка плелась в самом конце, подчас намного отставая от других, её подопечные оставались рядом, и это поддерживало Эмму.
— Эмма! — вдруг истошно завопила Белка, а Искра с Вьюном вторили ей скулежом, не зная, что делать: бежать или стоять.
Стая единым организмом бросилась бежать, а Эмма ощутила охватившее всех удушающее напряжение и тревогу. Переведя быстрый взгляд на своих детей, находящихся рядом, она поняла, что их инстинкты все же не дают им бездумно мчаться вперёд, нагоняя стаю.
Её ноги вдруг отказались подчиняться, и Эмма не могла сдвинуться с места. Не успев испугаться, увидела, что между нею и убегающей стаей начался камнепад.
Она смотрела, как падают первые камни, раскалываются, пылят и улетают дальше вниз. Это было ужасно.
Вьюн метался, желая успеть проскочить вслед за сородичами и не решаясь бросить не закрывающую рот Белку, которая вопила на одной ноте и тряслась. Эмма, преодолевая свой и чужой ужас, заставила себя схватить малышку, подбежать к замершему у торчащего из склона горы валуна Жару и, подталкивая его, бежать подальше от камней.
Она вынуждена была остановиться только тогда, когда подвернула ногу. Белка упала на Эмму, которая растянулась во весь рост, а рюкзак наехал на голову. Сил больше не было. Отчего-то стало смешно. Упала и лицом уткнулась в потерянную шпильку. Наверное, она выпала из грязных волос.
Лёгкое касание лапой и настороженный взгляд волчонка Искры заставил её с кряхтением развернуться и сесть. Вьюн скулил, вытянув морду в сторону отрезанной стаи, а малыши обречённо смотрели на Эмму. По её лицу расползлась идиотская улыбка.
Вот и всё, отмучились, можно ложиться и помирать!
Но, глядя на детей, она почувствовала отчаянный кураж и бодро воскликнула:
— Без паники! Я с самого начала знала, что этот план нам не годится! У меня совершенно нет времени идти в обход. Скоро зима, надо носки вязать, а мы тут… — развела руками, показывая, что это совсем не то, что хотелось бы.
Дети слушали и не могли поверить её словам. А Эмма поднялась, отряхнулась и стала осматриваться.
— Мы пойдём другим путём! — важно заявила она.
— Каким? — пискнула Белка, вытирая слёзы.
— Коротким, — щёлкнув её по носу, весело ответила Эмма.
Глава 5. Тролль, гномы и прочее
Вьюн недоверчиво смотрел на человечку и ничего не понимал. Они едва не погибли под обвалом! Их отрезало от стаи, а она радуется.
— Тогда почему мы раньше не пошли коротким путём? — подозрительно уточнил он.
— Ну-у, тут я вижу две причины, — пытаясь выбить пыль из куртки, протянула Эмма. — Всю стаю не пустили в туннель, и было бы невежливо делать для нас исключение.
Искра, Белка, Вьюн и Жар уставились на неё во все глаза и неуверенно кивнули, поскольку человечка ждала ответа.
— Очень хорошо, что вы это понимаете, — она взялась отряхивать штаны и продолжила говорить:
— Со временем появилась вторая причина. К сожалению, чем очевиднее становилось, что нам не преодолеть переход через горы, тем меньше шансов оставалось на то, что мы найдём гномий туннель самостоятельно. — Эмма беспомощно развела руками, будто предлагая оценить, что они теперь вынужденно столкнулись с этой проблемой.
— Мы бы преодолели горы вместе со стаей, — упрямо возразил Вьюн, с тоской посматривая на засыпанную дорожку и выискивая возможности пройти сквозь неё.
— Нет, малыш.
— Я не малыш!
— Завтра-послезавтра я не смогла бы уже идти, — Эмма чуть скривила губы, понимая, что не так уж она ценна для вверенных ей детей, — а через несколько дней вас перестали бы подкармливать, вы бы отстали и все остальные сделали бы вид, что не видят этого. Чем выше мы поднимаемся, тем становится холоднее и труднее дышать, да и сложнее с охотой. Мне очень жаль, но твёрдого порядка среди ваших сородичей нет, и это только увеличит количество потерь.
— Так что же нам делать? — прижимая к себе братика, спросила Искра, уже давно подметившая, как недоброжелательно косились другие оборотни, когда детям приносили мясо.
Она была согласна с Эммой, и Вьюн интуитивно чуял её правоту, но он очень надеялся на свою хитрость и пронырливость.
— Обвал помог нам вовремя принять решение и отделиться ото всех, так что даже жаль, что этого не случилось раньше.
Произнося эти успокаивающие слова, Эмма чётко осознала, что она абсолютно права! Ей ещё при разговоре Пепла с гномом показалось, что горный народец провёл бы её через туннель, но она связана с детьми оборотней. В тот момент она думала, что невозможно настаивать на проходе вместе с ними.
На каком основании она отделила бы их от стаи? И бросить не могла, понимая, что никому до них нет дела. Даже подкармливали их только потому, что видели её отношение и не желали позориться перед представителем чужой расы. Жаль, что этого стимула надолго не хватило бы, и жаль, что в тот момент она не смогла более чётко интерпретировать свои ощущения. Как говорится, пока «жареный петух не клюнул»!