Страница 44 из 153
Стефан тоже потянулся к своему оружию, глядя в ту же сторону, стараясь разглядеть, что же его спутник там увидел.
- Нет... - так же шепотом откликнулся он. - что там?
- Чшш. - шикнул брюнет и мягко, беззвучно ступая по траве, мастерски обходя сухие ветки и камни, стал приближаться к кустам. - прикрой меня.
Кэнивэльский тихо снял со спины недавно приобретенный лук и вложил стрелу. Нельзя сказать, что он был очень хорошим лучником, но базовые знания еще из обучения при дворе у него были, и с такого расстояния он в принципе попасть может, и даже не в Гуинджи.
Тетива натянулась, и кончик стрелы, готовый сорваться, уперся в те кусты, к которым двигался дозорный.
Вплотную подойдя к ним, он резко резанул по веткам, и заскочил прямо в самую гущу, оказавшись по ту сторону.
- Что там? - шепотом спросил Стефан, когда шевеление в кустах замерло.
Через пару секунд из-за них вышел настороженный и задумчивый брюнет.
- Никого.
Блондин опустил лук.
- Как? Это было животное?
-Нет. Следов нет, запаха тоже.
- Ты что, пес - по запаху ощущать?
- Поучился бы в академии дозора и не такому бы научился. - буркнул тот, не оценив юмора товарища. - У нас проблемы, Крозис. За нами слежка. Сейчас давай сюда то, что ты там насобирал, сделаем отвар, и поедем, по пути выпьем. Ты ведь отдохнул уже?
- Давно. - кивнул Кэнивэльский. - Но кто за нами следит?
- Я не знаю. Но этот кто-то - точно специалист, ни следа, ни запаха, ни магического следа.
- Но профессионалы так тупо не палятся. Ты ведь услышал шорох...
- Кажется, его спугнула твоя магия, и он потерял концентрацию. В общем, нужно уходить отсюда, сомневаюсь, что он был единственный такой.
- Продолжаем путь на север?
Гуинджи молча кивнул и, разлив по дополнительным флягам горячую перемешанную с травами и ягодами, найденными в лесу, воду, один сосуд отдал спутнику, второй повесил на седло своего гнедого жеребца, пасущегося неподалеку.
Стефан последовал примеру товарища и уже через минуту двигался на своем пегом скакуне вслед за Джи, нервно оглядываясь по сторонам.
Их путь лежал на северо-запад, к Серым водам. Серыми водами в Лукеарисе звалось, по словам Гуинджи, потрясающее своими размерами озеро, которое по факту являлось смесью трех других крупных озер, у самой границы, славившееся своим холодом, плотными туманами и загадочными обитателями. Зачем им туда, Стефан не знал, а его путеводитель не рассказывал, говорил только - "надо".
Чаща, в которой они остановились, спасаясь от палящих лучей, была небольшой, и уже минут через десять быстрого продвижения средь стволов и кустов, они выбежали в поля, к удивлению Крозиса, совершенно необжитые, дикие, поросшие низкими сорняками. Несущиеся во весь опор животные то и дело спотыкались, проваливаясь в неожиданные ямы и звериные норки и тем самым замедляя ход.
"Здесь преследователям будет сложнее за нами наблюдать" - подумал блондин, но все равно нервно обернулся, прочесывая внимательным взглядом открытое пространство вокруг себя. Кое-где на горизонте можно было заметить вдали темнеющие участки - небольшие перелески, такие же, как тот, который только-только проехали путники.
Скакать по равнинам пришлось долго, но, несмотря на голод и усталость, ни Джи, ни Крозис и не думали останавливаться, и ближайшие восемь часов напролет провели в седле, если не считать коротких привалов с целью утолить жажду себя и своих лошадей, а так же дать им передохнуть. Несчастному блондину думалось, что еще минута, и он просто свалиться со спины, казалось, совершенно не устающего скакуна, но проходила и минута, и две минуты, и двадцать... А он все держался и держался, и тревога, которая поселилась в его сердце после того, как Гуинджи упомянул про слежку, разрасталась и разрасталась, заполняя все мысли принца. Особенно это сильно стало ощущаться, когда пейзажи вокруг сменились с залитых солнцем полей и уютных перелесков, где иногда встречались маленькие поселения, на холодные пустоши, так напомнившие принцу Раду. Правда, если в Раде были только безграничные равнины, покрытые замерзшей почвой и инеем, и редко где можно было встретить растительность, то здесь пустоши очень часто перебивались темными хвойными лесами, что готическими крепостями возвышались на горизонте. Время клонилось к вечеру, солнце уже заходило, а Гелус практически занял свое положенное место на небосклоне, находясь на самой середине своего второго круга, и только его слегка пурпурный и серый свет луны указывали дорогу все еще не остановившимся путникам. Наконец, пустоши полностью сменились на хвойный лес, что черным ковром покрывал холмистую, местами горную местность, и Гуинджи пришлось зажечь факел и держать поводья одной рукой, чтобы хоть немного видеть путь, а так же не позволять своему спутнику теряться в глухой мгле, ведь, не успели ночные светила взойти на небо, как их тут же перекрыли тяжелые, проплывающие очень низко облака. От их быстрого хода, весь лес наполнили холодные потоки ветра, от которых деревья вокруг будто бы рыдали пронзительным скрипом, покачиваясь. Стефан не мог видеть лица того, за кем ехал, но был уверен, что тому тоже не слишком нравится это пробирающее до костей место. Самого принца чуть ли не трясло от подступившего к глотке ужаса, в темноте, в каждой коряге, в каждом пне, в каждом поваленном стволе он видел скрывающуюся и зорко за ним наблюдающую угрозу.
Полностью доверив преодоление препятствий своей лошади, он старался не сводить взгляда с мерцающего впереди теплого огонька, но то и дело его голова неконтролируемо дергалась в ту сторону, где всаднику слышалось что-то непонятное. Ему очень хотелось подъехать поближе к своему предводителю, спросить, где они, как далеко еще до Серых вод и множество других вопросов, но сама мысль о том, чтобы совершить хотя бы одно лишнее движение сейчас вызывала панический страх.
- Пожалуйста, пусть это закончится, пожалуйста, пожалуйста... - шептал парень, практически не моргая и высматривая что-то вокруг себя. То и дело шаловливые черные еловые ветки хлестали его по ногам или рукам, и каждый раз он дергался, будто от сильного удара и чуть было не вываливался из седла. Даже сквозь свой безумный шепот, он слышал, как колотится сердце, и как глубоко его прерывистое неровное дыхание.
Наконец впереди парень увидел просвет и, собрав все силы в кулак, пришпорил скакуна, поравнявшись с Джи. Тот не выглядел напуганным, или уставшим, скорее напряженным и сосредоточенным. Взгляд того не блуждал по лесу вокруг, а был устремлен только вперед, словно прикован к слабо освещенной дороге впереди, отчего Кэнивэльский невольно позавидовал такой выдержке.
Прямо по курсу их бега, деревья расступались, образуя высоченную арку, будто из сложенных друг с другом лап неведомого зверя, что уходили в небо. Когда просвет был совсем близко, Стефан почувствовал, как по его телу побежала дрожь. Он сам не знал, отчего, от того ли, насколько красивым было место, представшее его взгляду, или же от того, насколько оно было пугающим. Но что точно знал принц - оно манило. Пред ним на сотни метров вокруг раскинулись, без сомнения, Серые воды - спокойная, без единой волны или ряби водная гладь, такая тихая, что Кэнивэльский мог услышать, как булькает рыба в камышах метрах в десяти от берега. Как понял Крозис, это было одно из трех озер, самое крупное. Его чернеющая водная гладь была плотным слоем покрыта белым, неподвижным туманом, а кое-где - тонкой корочкой льда. Облака, что преследовали путников во время пути по лесу, будто испарились, и теперь чистый лунный свет безнадежно старался пробить туман, а вокруг не было ни ветерка, что помог бы ему. Стефану казалось, что все это место спит глубоким, не нарушаемым никем и ничем сном, и такой настрой передался и ему. Глаза стали слипаться, а взбудораженное тревогой сердце стучало все медленнее и медленнее.