Страница 83 из 106
Я бросила взгляд на витающую неподалёку «муху» микрокамеру, при помощи которой за нами следили всю дорогу.
— Пожалуй, потерплю до выхода. У меня с этой пробежкой такое обезвоживание, что труда не составит.
— Давай хоть чайку выпьем.
Ной сел на пол, скрестив ноги, и быстро начал складывать одну за другой стихийные печати. А как только закончил, перед ним вспыхнул костерок. Тот весело плясал прямо на полу, не задевая его: никакой копоти не оставалось на холодной каменной кладке. Ной поковырялся в своём рюкзаке и спросил:
— Нэт, ты умеешь левитировать предметы?
— Если только недолго, - ответила я, присаживаясь на уже обогретый пол и уставилась на огонь. Он завораживал тем сильнее, чем лучше я осознавала, что не понадобилось даже горючего для его разжигания.
Мой спутник вздохнул и сел рядом, подставляя руки теплым язычкам.
— Ну, сосиски с хлебом жарить не обязательно, можно и так поесть.
— А как же твои стихии?
— А что стихии? Ветром поддерживать никакого толка. Чем ещё? Водой? Электричеством?
— Камнями, - предположила я, поковыряв залитую чем-то вроде цемента щель в полу. - Есть же ещё Земля.
— Земля, - Ной поморщился, - так не работает. Она вообще самая... тяжёлая из стихий. Медленная, грузная, с ней трудно общаться. Будешь бутерброд?
— Давай, - я вздохнула. - Слушай, а ты не сможешь меня обучить немного магии стихий? У тебя это так здорово получается...
Он протянул мне кусок хлеба с выложенными на нём двумя половинками разрезанной повдоль сосиски. Благодарно кивнув, я откусила пахнущий копчёностями бутерброд и принялась задумчиво жевать.
— Что, хочешь усмирить своего товарища по несчастью? - спросил Ной, набив рот.
Я мысленно порадовалась, что вокруг так темно, и в свете костерка он не заметит моё смущение. Не только перед ним самим, но и перед теми, кто мог сейчас слушать наш разговор.
Конечно, Ной угадал. Он читал меня, как раскрытую книгу, и от того становилось немного жутко. Может, он не только стихиями управлять умеет, но и мысли сканировать? Как бы то ни было, ему есть чему меня поучить: хотя бы сдерживать обезумевшие стихии, не позволяя им разрушать всё вокруг, а это уже много.
— Да мне давно хотелось научиться, как ты, - я попыталась уйти от прямого ответа, но, кажется, получилось ещё хуже. Он хмыкнул, поднял глаза к потолку и словно даже забыл про бутерброд. Помолчав с полминуты, Ной набрал полную грудь воздуха:
— Как я - не получится. Чтобы как я, надо было родиться сыном моего отца, и никак иначе. Ну, или потомком по мужской линии какого-нибудь другого древнего друида.
— А причём тут друиды? Их же нет уже лет тысячу.
— Их нет. А потомки есть.
— Так, - теперь уже и я отложила в сторону половинку недоеденного бутерброда. - Ладно, допустим. Ты - потомок одного из друидов, это понятно. И что теперь?
Он раскрыл рот пошире и запихнул в рот всё, что осталось от бутерброда, от чего острые скулы стали казаться ещё острее. С трудом жуя, он спросил:
— Ы фо-ныуть ахе уээх?
— Чего-о? Прожуй сначала, горе моё!
Он с усилием проглотил бутерброд, не дожёвывая. Я только головой покачала: кажется, он воспитанию не поддаётся.
— Я говорю, ты сама-то умеешь что-нибудь?
— Ну, как все. Что в школе учили... - Я сложила руки лодочкой и попыталась призвать воду. Не с первого раза, но она услышала меня, ладошки наполовину наполнились живительной влагой. - Если вдруг окажусь в пустыне, то от жажды не умру.
— Да, - Ной поджал губы, наблюдая, как вода просачивается между моих рук и капает на пол, оставляя круглые неровные следы. - Стихии в школах проходят так - постольку поскольку.
Потом сложил печать воды: словно перевёрнутый вверх ногами домик из пальцев обеих рук, - и небольшой водяной вихрь завертелся в воздухе.
— Ты представь, сколько было бы пожаров, наводнений и боги ещё знают чего, если бы нормально учили, - заметила я, наблюдая, как легко он играет со стихией. Ной усмехнулся и согласно покивал, а вихрь в это время постепенно превращался в маленькое, с блюдце в диаметре, кольцо.
— А теперь объясни мне, как ты призвала воду?
Я пожала плечами.
— Как обычно. Пригласила её - и она согласилась прийти.
— Правильно. Обычно так и делают. Даже хорошие маги стихий - они, конечно, в более тесной дружбе с ними, но всё равно им приходится просить у них помощи. И иногда стихии могут отказаться.
— Это неприятно.
— Не то слово, - усмехнулся Ной и подцепил пальцем водяное колечко, которое продолжало вертеться. - А вот меня стихия не ослушается никогда.
— В смысле? Они у тебя в рабстве, что ли?
Он расплылся в довольной улыбке и даже немного смущённо опустил взгляд.
— В некотором роде. Но я бы скорее сказал, что они у меня... приручены. Как собачки. Выполняют мои приказы и радуются, когда я доволен.
— Так бывает разве? - я поморгала, не до конца веря его словам. - Нам всегда говорили, что стихии обладают разумом, сопоставимым с человеческим, но...
— Но не обладают выраженной волей, - перебил меня Ной, выразительно кивая. - А про друидов вам рассказывали?
— Нет... только на истории, но совсем вскользь, в наших землях они почти не появлялись.
Он отмахнулся от меня, словно от дурочки, и я потупила взгляд. Молчала бы лучше. Вот наверняка именно сейчас Толль подслушивает и обзывается!
— Так говоришь, будто я в школе не учился, - буркнул Ной, и на его пальце начали появляться кольца других стихий. Они перескакивали друг через друга, не касаясь, и будто даже не замечая. - Вот друиды каким-то образом умудрились стихии себе подчинить. Про Войну Ветров слышала?
— Только название...
— Двоечница.
— Прости, - пискнула я и подтянула к себе ноги. Всегда смешливый и беззаботный Ной почему-то стал вдруг серьёзным и строгим. Нет, общение с Сириусом определённо на пользу ему не идёт!