Страница 32 из 48
Но плакать было некогда, поскольку эльф шагнул в портал, и пришлось идти следом. Мы оказались, как я понимаю, на первом этаже, и вот здесь, в отличие от пустынного шестнадцатого, кипела жизнь. Молодые люди – и не совсем люди, – сновали туда-сюда, заходя и выходя из порталов, проходя куда-то вглубь огромного холла, но в основном – выходя из него на улицу. Их костюмы пестрели всеми цветами радуги, изредка встречались и более взрослые и даже старые мужчины и женщины – эти были в белом, кто в мундирах, кто в мантиях, лишь на эполетах были какие-то разноцветные то ли лоскутки, то ли значки – издалека было не разглядеть.
На девушках, которых было заметно меньше, чем парней, и редких женщинах тоже были мундиры, но лишь до пояса – мужские были длиннее, – и приталенные, отдалённо напоминающие гусарский ментик. А ниже шла юбка до середины икры или до щиколотки, причём, судя по форме колоколом, под ней были ещё и нижние юбки. И у всех, абсолютно у всех существ женского пола были длинные волосы, убранные в пучки у женщин, в косы и хвосты у девушек, ни одной с короткой стрижкой я не заметила.
У мужчин, кстати, волосы были любой длины – от длинных, до пояса, убранных в высокие и низкие хвосты и косицы, до коротких ёжиков. Но у большинства стрижки были примерно как у меня, закрывающие уши, но не доходящие до плеч.
Если в этом мире такая мода, то не удивительно, что меня, без раздумий, приняли за мальчика. Особенно учитывая, что здесь встречались как худенькие и очаровательные на лицо пареньки, в основном эльфы, судя по ушам, так и крепкие, мужеподобные девушки с грубыми чертами лица и чуть зеленоватой кожей. В этом случае одежда – едва ли не единственный признак, указывающий на гендерную принадлежность.