Страница 48 из 48
– Ясно, – оборвала её Рына, которая здесь, похоже, была за главную – и слава небесам, я не представляю, что творилось бы сейчас, не возьми она ситуацию под контроль. – Придётся к травницам на поклон идти. Кто у нас богатый? – она обвела тяжёлым взглядом притихших девочек, и две из них отправились в сторону комнат «платников». Одна по дороге пару раз споткнулась.
– Ещё и спотыкач, – глядя им вслед, резюмировала Рына. – Расстройство желудка, блохи, сыпь, спотыкач. Есть ещё что-нибудь? И пока виновные набираются храбрости, чтобы признаться в содеянном – а признаваться придётся, потому что если я узнаю, а я обязательно узнаю, то кому-то будет очень больно!.. Итак, пока мы ждём, кто мне объяснит, что здесь происходит?
– Это – Габриель, – с трудом подавив смех, Унрек махнул на меня рукой. – Она из другого мира. И будет учиться здесь, потому что она… – тут парень сделал театральную паузу, – зеркальщик!
– Та-дам! – не удержался Шолто, а потом снова уткнулся Унреку в плечо, безуспешно пытаясь сдержать ржание.
– Коротко и по существу, – одобрительно кивнула Рына. – Зеркальщик, стало быть, – она оглядела меня с ног до головы. – А я-то думала, что это сказки. Но это всё объясняет. Что ж, девочки, сами нарвались.
– Вот вам и «пустышка»… – пробормотал кто-то из девушек.
– Да эта пустышка нас всех за пояс заткнёт, – вздохнула другая.
– Ты не обижайся на этих дурёх, Габриель, – Рына похлопала меня по плечу, чуть не уронив, Унрек вовремя поддержал. Кажется, я понимаю, почему её все так боятся. Если от её дружелюбия ноги не держат, то что будет, если она рассердится? – Сами себя наказали. Только я не поняла – почему ты у нас и почему в мужской форме?
– Среди защитников девочек никогда не было, сами знаете, вот и формы женской не нашлось. И в мужское общежитие её не поселишь, да там и мест нет свободных. Вот к вам и поселили.
– Всё когда-нибудь бывает в первый раз, – Рына пожала плечами. – Про орчанку-проклятийницу прежде тоже никто не слыхал, а вот она я. – В толпе девушек послышались вздохи. Кажется, они рады были бы и дальше о таком феномене не слышать. Но как только Рына повернулась к ним, вздохи тут же стихли. – Итак, кто смелый?
– Я спотыкач наслала, – вперёд шагнула брюнетка, коса которой была свёрнута в пучок.
– Снять сможешь?
– Смогу.
– Так, а ну-ка, все кругом и шагом марш до той стены и обратно.
Когда девушки покорно выполнили приказ командирши, определились ещё две жертвы. Уж не знаю, что брюнетка сделала, она молчала и руками не махала, но вскоре она и две остальных неудачницы уже бодро маршировали по коридору.
За это время подтянулись ушедшие «богатые», каждая вложила в ладонь Рыны по небольшому мешочку, та передала их Нирии.
– Должна им будешь. Пойдёшь к зельеварам, и чтобы к вечеру ни на одной пятен не осталось, поняла?
– Поняла.
– Сама виновата, нельзя пользоваться проклятьем, которое снять не можешь!
– Мне казалось, проклятиями вообще пользоваться нельзя, – тонко улыбнулся Унрек.
– Это если попадёшься, красавчик, – улыбка Рыны была гораздо шире. – А вот и наши прослабленные ковыляют. Признавайтесь, которая из вас наслала на новенькую понос?
– Рына! – взвыла одна из «прослабленных». – Здесь же парни!
– А что, парни по нужде не ходят, что ли?
– Рына! – на это раз воскликнули почти все. Правда, в голосе девушек слышалась явная безнадёжность, кажется, они понимали – её не перевоспитаешь.
– Что Рына, я скоро тридцать лет как Рына. Лучше признавайтесь, кто додумался зеркальщика проклинать, – и в меня ткнули пальцем.
Конец ознакомительного фрагмента.
Полную версию книги можно приобрести на сайте Литнет.