Страница 410 из 412
… эльфом с длинными снежно-белыми волосами, бледно-белым, словно посмертная восковая маска, лицом, и красными глазами, ало-кровавыми, словно свежая кровь, или просвеченный ярким светом самоцвет-гиацинт.
Незваный жуткий гость был одет в лёгкие доспехи из чешуйчатой чёрной кожи. Крылья за спиной обратились тёмно-серым плащом, развевающимся за спиной в перекрёстных потоках лютого ветра.
Оказавшись на полу, он подошёл к топчану, став с правой от императора стороны постели и пристально заглянув в его глаза.
Ксаургашу показалось, что этот жуткий взгляд видит его насквозь и знает о нём всё. Нет, не так: абсолютно всё – и даже больше. Как яркий свет далеко вглубь просвечивает водную толщу, так и эти страшные кровавые радужины, наполненные самодовольным превосходством, заглядывали в самые дальние закоулки его души, прознавая любые тайны и давно забытые, похороненные там нежелательные воспоминания. Под их тяжким напором повелитель великой империи ощущал себя металлической заготовкой, осматриваемой кузнецом, чтобы определить, как её лучше выковать.
Мучительно хотелось думать, что всё происходящее – всего лишь страшный сон, который пройдёт, стоит лишь проснуться и открыть глаза. Ксаургаш чувствовал себя словно вернувшимся в детство, когда прятался в мансарде башни от издевательств старших братьев. Но шестое чувство подсказывало венценосному орку, что это вовсе не сон, а безумный ужас, воплощённый в реальность.
- Ваше императорское величество, осмелюсь предупредить, что это не сон.
Голос незнакомца был неприятно скрипучим, сипло шепчущим и, при этом, холодным и жестоким, словно у умертвия.
Ксаургаш ощущал, что от холода и страха превратился в ледяную статую. В венах замёрзла кровь, замерло дыхание в груди и даже сама душа словно на миг покинула своё вместилище.
- Император Ксаургаш, прозванный Змеиным Умом, и с интронизации величаемый Грозой Эльфов. Я обращаюсь к тебе как к равному себе и прошу приветствовать меня должным образом. – Слова зловещего эльфа сочились высокомерием и гордыней.
Казалось, орк изображает из себя животное, притворившееся мёртвым, в безнадёжной попытке обмануть хищника.
- Не хочешь по-хорошему. Как хочешь. Возможно, я переоценил тебя, и было бы проще избавиться от столь жалкого труса.
Тёмный отставил в сторону указательный палец с тёмным когтем, длинным и острым. Император видел всё с замедлением, словно в сонном ступоре. Коготь медленно достиг его предплечья (орк спал полностью голым) и глубоко впился в плоть пепельно-серой кожи, начав двигаться к локтю. Тёмная кровь ручьями хлынула из раны, залив предплечье и стекая на постельные меха.
Правитель Малкората глухо охнул и приподнялся на кровати с выпяченными из орбит глазами, хватая воздух, словно выброшенная на берег рыба, инстинктивно набросив на себя звериные шкуры, чтобы согреться от пронизывающего до костей ледяного холода.
- Быстрее приходи в себя, или истечёшь кровью. – Тональность голоса безжалостного незнакомца излучала неприкрытую смертельную угрозу.
- Кто… Ты? Что…
- Вот так бы сразу. Я отнюдь не придворный шут, чтобы развлекать тебя ярмарочными фокусами, Ксаургаш. – Ядовито процедил эльф, вытащил коготь из раны, после чего провёл над ней ладонью.
Чудесным образом порез мгновенно затянулся, не оставив и шрама. Только обильные кровавые потёки и не успевшая пройти боль напоминали о ране.
- Ты нужен мне.
- За… Зачем?
Ксаургаш понял, что оцепенение прошло, и поднёс руку к глазам, после чего вытер её о меховое одеяло, некогда бывшее медвежьей шкурой.
- У нас есть общие враги, а значит – общие цели.
- Т-ты… Кхурук Слаг?
Вместо ответа красноглазый рассмеялся отвратительным, режущим слух смехом, скорее напоминающим скрежещущий визг летучей мыши.
- Нет. Я принял этот облик, увидев в твоём сердце страх перед ним.
- А… Кто тогда ты?
- А ты не догадываешься?
- Тёмный эльф.
- Верно. А точнее? Ты внимательно меня слушал?
У Ксаургаша душа в пятки ушла. Вот и случилось то, чего он боялся. «Братья-во-Тьме» добрались до него. «Я обращаюсь к тебе как равному себе» - всплыли в памяти недавно услышанные слова. От страха орку стало совсем плохо.
- Тёмный Князь. – Он прошептал эти слова, словно они были запретными, нечистыми и проклятыми.
- Рад твоему прозрению, мой дорогой друг. Но не буду более томить твой истерзанный дух ожиданием и перейду к делу. Я готов предложить тебе союз против Саороланты. У меня подготовлен план по уничтожению моих ничтожных светлых родственничков. Правда, исполнение этого замысла требует особых условий и специальных средств, обеспечение которых целиком и полностью я беру на себя.
- Почему я должен верить тебе? – В тихом голосе орка, осознавшем, что он теперь в полной власти владыки тёмных эльфов, сквозила отчаянная безнадёжность.
- Потому что в противном случае исполнять мои планы будет другой император, а именно Ушбечмух Зверобой.
Ксаургаш несказанно удивился. Речь шла о владетеле Бдогбуча, зийбемте (то есть князе-наместнике) северо-восточной провинции Чхузлурк, с востока омываемой морем, а на юге граничащей со столичным доменом.
А ведь у Ксаургаша и мысли не возникло включить Ушбечмуха в круг потенциальных участников заговора! Он полностью доверял Зверобою! Как же можно было так ошибиться в выборе доверенных лиц?!
Мысли о том, что Тёмный Князь может лгать, у него даже не возникло. Император отчётливо осознавал, что не может противиться воле правителя Сармагетузы. Неужели он теперь превратится в безвольную марионетку, безропотно послушную воле хозяина?
«НЕТ»!!! – Промелькнула бескомпромиссная мысль.
- Безмозглый болван, я могу читать твои мысли, как открытую книгу. Я даю тебе последний шанс определиться с выбором – принять мои условия и подчиниться, либо сейчас же расстаться с жизнью.
- Но почему я?