Страница 296 из 412
- НЕ-Е-Е-Е-ЕТ!!!
Ему вслед криком сирены прозвучал удручённый иступлённый вой, многократно усиленный эхом подземелья.
***
Эрегинд убегающей от волка ланью ураганом пролетел сквозь поляну, едва не сбив с ног двух сослуживцев, и, не ощущая гравитации, белкой-летягой взлетел на дерево, на котором начинался подвесной мост, ведущий к маленькой плетёной хижине.
Ему вслед раздавались свист, улюлюканье, скабрезные шуточки и громогласный дружный смех:
- «А почему ты не раздет?», «Посмотрите, посмотрите на этого сверчка! Драпает, как от орка! Неужто с бабой переспать негож?», «Малахольный!», «Эй, а ты точно эльф, а не гоблин?», «И чем тебе Локи не приглянулась?», «У-у-у, голой бабы испугался! СЛА-АБА-АК!!!», «Беги и не останавливайся! Может, добежишь до маминой титьки и спрячешься у неё под юбкой!».
До смерти перепуганный юноша, как мышь, чудом вырвавшаяся из когтей кота, забился в свою «норку» и проспал до самого утра, пока его вежливо и осторожно не разбудил Тэо.
- Эрги, вставай. Локи ждёт тебя у выхода из лагеря. Сходишь с ней в разведку.
Высокорослый боец, единственный из отряда, с кем он успел подружиться, смотрел участливо, не разделив всеобщей радости по поводу его очередного публичного унижения, коварно подстроенного Локи. Именно благодаря поддержке этого великана-силача, простого и дружелюбного парня, Эрегинд не чувствовал себя одиноким.
Сообщив весть, Тэо исчез.
Не желая попадаться на глаза склочным товарищам, Эрегинд обошёл лагерь лесом, предпочтя продираться сквозь колючие кусты, чем выслушивать их насмешки и оскорбления. В результате проведённого манёвра юноша вышел к руслу пересохшего ручья, протекавшего по дну молодого оврага, неглубокого, неширокого, усыпанного прелой листвой и перепаханного колёсами повозок тыловиков, трудами которых и был устроен этот лагерь.
Надо отдать должное пограничникам-пионерам: место базы было выбрано весьма удачно и превосходно замаскировано.
Проходом служила узкая тропка в зарослях раскидистого кустарника, напоминающего бузину. И здесь, словно служа ориентиром, располагалась огромная каменная глыба, почти полностью заросшая накипью ярко-жёлтого лишайника. И именно возле неё стояла Локи, ожидая своего своенравного подопечного, раз за разом посмевшего отказать ей в близости.
Распутная капитанша (или всё-таки злобный кровожадный суккуб?) неподвижно замерла на месте, поясницей прислонившись к камню и скрестив руки на груди.
В её позе сквозило нетерпеливое ожидание.
Облачённая в свою обыденную амуницию, эльфийка почти полностью, так, что были видны лишь губы и подбородок, скрывала своё лицо низко надвинутым капюшоном. Выглядывающая из-за левого плеча рукоять с роскошным золотым навершием в виде хвостового оперения птицы ясно указывала, что Локи собралась не просто понаблюдать за орками, возможно, она даже придумала для строптивого юноши настоящее боевое испытание.
- Рядовой Элдануол, ты отправишься со мной в разведывательный рейд к линии фронта. Это приказ.
Локи говорила глухим опустошённым голосом, словно простудилась накануне, или пыталась произнести речь на похоронах, преодолевая душащие её слёзы.
- Поверь, дорогой мой, это никак не связано с вчерашним недоразумением, возникшим между нами из-за твоей бесчувственной холодности, бездушной и бессердечной. Твой дух кажется мне подобным могильному камню, мёртвому и нерушимому, совершенно неподвластному радостям и удовольствиям истинного счастья, которое дарит жизнь каждому, кто по-настоящему её любит и способен по достоинству оценить предлагаемые ей дары. Попытайся просто понять меня. Во-первых, со всеми своими парнями я уже провела тренировочные фехтовальные поединки с целью определить их истинные силу и мастерство. Во-вторых, с каждым ходила в разведку, чтобы увидеть, как он ведёт себя в боевой обстановке. И, наконец, в-третьих, я никого не тащила к себе в постель насильно, не всех подряд, а только одного Бри. А знаешь почему? Потому что он понравился мне, а я – ему. Ты необычный, загадочный и странный. А ещё безумно красивый.
Локи томно закусила губу, прозрачно намекнув, что всё ещё горит желанием близости с ним, и её аморальное с точки зрения традиционных представлений светлых эльфов о любви и верности предложение заняться «горячей сладкой любовью» остаётся в силе.
- Возможно, в твоём родном маноре интимные связи вне брака и запрещены, но, поверь моему опыту – это совершенно нормально и естественно. Тяга к чувственным удовольствиям заложена природой в каждом разумном существе. Не понимаю, что тебя так в этом смущает? Неужели я недостаточно хороша для тебя? Ночь экстаза перед грядущим побоищем – неужели я слишком много прошу, Эрегинд?
В её голосе прорезались обида пополам с недоумением, словно у ребёнка, которому родители отказываются приобрести желаемую игрушку.
Эрегинд ничего не ответил. Просто засунул пальцы за ворот, нащупав медальон-амулет, подаренный Замфирель, который отчего-то обжёг руку леденящим холодом, и извлёк его наружу, продемонстрировав искусительнице капельку горного хрусталя, наполненную освящённой росой, собранной в День Света.
- «Демон побери, что за…».
От подаренного любимой оберега веяло могильным холодом, как от смертного одра. Сердце ёкнуло, ощущение холода и пустоты растеклось внутри, словно Замфирель Спеллонт давно умерла и, как и Тэлс с Нали, превратилась в тень прошлого, призраки которого изредка бередят душу.
Юноше стало страшно и это мгновенно отразилось на его лице.
Очевидно, Локи поняла, что это значит.
Она разочарованно вздохнула, затем поочерёдно побледнела и покраснела, как девочка-подросток, едва вступившая в пору юности и внезапно, неожиданно для самой себя осознавшая, что испытывает необъяснимые смущение и замешательство при виде красивого мальчика. Но бесстыдница быстро взяла себя в руки.