Страница 279 из 412
- Милорд мастер, прошу вас.
Бонаарца обернулась к наставнику, жестом подав сигнал заходить.
- Миледи Мёлвиура, ступай к рядовому Элдануолу – это тот парень без сознания – и приготовь всё необходимое для его пробуждения. Пожалуйста, поторопись!
Бонаарца нервно кивнула и опрометью выскочила на лестничную площадку.
Вэалэонван на два удара сердца закрыл глаза, набрал воздуха и медленно выдохнул, сразу после этого спокойно и с исполненным достоинства обликом вошёл в комнату.
- «Хвала альвам, это не мракоборец… Но… Кто же тогда»?
Мысль облегчения, тенью скользнувшая по его облику, сменилась растерянным недоумением.
У стены, прислонившись к ней спиной и сложив руки на груди, стояла воительница в лёгких доспехах и муаровом плаще.
- Приветствую вас, миледи капитан Эайхас. Мастер Вэалэонван Гитгаорф, смотритель фронтового госпиталя бригады «Амарант», к вашим услугам.
- «Ради Небесных Владык, да это же тёмный эльф»!
Целитель не на шутку перепугался, но вовремя пришёл в себя.
- У меня нет времени на обмен церемониальными любезностями, знахарь!
Капюшон резко отлетел назад, открыв божественную красоту загадочной бирюзовоокой красотки со светло-рыжими волосами. Впрочем, первое впечатление безнадёжно портил отпечаток холодного недовольства и спесивого презрения на её прелестном личике.
- Время не ждёт, мне немедленно нужен рядовой Элдануол, при чём в здравом уме и трезвой памяти.
В подтверждение своих претензий капитан Эайхас выступила вперёд и развернула свиток.
Мастер Гитгаорф почувствовал себя так, словно отхватил публичную пощёчину.
- «Да как ты смеешь…» - Едва не вырвалось у него, но слова застряли в горле.
Вид дюймовой маршальской печати, тисненной золотистым напылением на кирпично-вишнёвом сургуче, быстро привёл смотрителя в чувство.
***
Он медленно плыл сквозь густой туман над бесконечной болотистой равниной. Рваные белёсые клочья клубились над частыми кустиками осоки среди широких луж с тёмной стоячей водой, над которыми мертвенно-зелёными светлячками плясали болотные огоньки. Путешествие сквозь унылый однообразный ландшафт, повторяющийся раз за разом, снова и снова, казалось, никогда не закончится, но в какой-то момент узилище духа вне времени и пространства разбилось мириадами осколков, и в сознание ворвались звуки речи на повышенных тонах.
- … был без сознания целую неделю! И едва ли на ноги встанет. Некоторое время займёт возвращение воспоминаний и, так сказать, самоосознание, то есть парень должен вспомнить всё, что с ним случилось, и принять эту боль. Аколит Мёлвиура, новый компресс. И начинай готовить микстуру. Пациент приходит в себя.
- Как вы узнали?
- Взгляни на веки – они шевелятся. И дыхание заметно участилось. Помнишь рецепт?
- Да, мастер. Пять капель экстракта ромашки, восемь – зверобоя, три – шалфея и одна – белладонны. Добавить в свежезаваренный отвар соцветий железницы объёмом в сорок девять капель, охлаждённый до температуры тела.
- Умница.
- Мастер Гитгаорф, я ожидаю от вас незамедлительных результатов.
- Терпение, миледи капитан. Не так быстро. Да, я маг-целитель, но не альв, чтобы вдохнуть жизнь в истерзанные болью и страданием душу и тело.
- Для меня до сих пор загадкой остаётся причина его немощи. Разве он был ранен и потерял много крови?
- На момент прибытия в госпиталь – нет. Но примерно месяц назад солдат перенёс ранение - стрелой в левое плечо, до самой лопатки. Однако не всё так просто, моя доблестная госпожа. Вы явно недооцениваете последствия душевных ран и сопутствующих им нервных потрясений. Вам доводилось когда-нибудь терять родных или близких?
Ответ пришёл лишь после долгой паузы.
- Нет… но, по сути, да. Они не уходили из жизни, но я потеряла их навсегда.
- Разве после этого вы не испытывали боли потери, разделившей ход жизни на «до» и «после»? Разве после не появлялось ощущение потери смысла жизни, а само бытие не превращалось в медленную мучительную пытку?
- Нет.
- Неважно. Новобранца зовут Эрегинд Элдануол, призывник из манора Бафлорт, дикой глуши на северо-западной окраине леса, где-то у самых отрогов гор Иллуриэ. По итогам прохождения курса молодого бойца определён в мечники. Оказался в самом пекле битвы за Рощи Изеловры. Предствавьте себе, из всей роты, только он и выжил – редкий везунчик. Как ему удалось спастись – неизвестно. Руэнхалг без всадника вынес его вместе с погибшим товарищем в расположение 1-го егерского полка. Пропавшего всадника, кстати, так и не нашли. Едва бедолага оправился – отправили во главе роты почётного эскорта хоронить погибших. Один из них был его лучшим другом. А дома – новое несчастье, как будто судьбе этого мало: невеста побратима, не пережив горя, наложила на себя руки сразу после похорон. Невозможно даже представить, что парень пережил за эту зиму. Кто угодно от такого с ума сойдёт. Тем более призывной контингент – сплошь молодняк, в среднем тридцать – пятьдесят лет.
- Любопытно. Но вы так и не сказали, поставите ли его на ноги.
- Сегодня к закату, никак не раньше.
- Слишком поздно! Завтра в полдень я должна быть на военном совете. Боюсь, вы не оставляете мне выбора. Если через долю небосвода парень не придёт в себя, я повезу его, перекинув поперёк седла, как мешок с сеном! Неужели вы не понимаете? У меня приказ!
- Как скажете, госпожа капитан. Сделаю всё, что в моих силах. Но помните: не всё зависит от меня. Очень важно, чтобы юноша сам стремился проснуться, чтобы он не утратил воли к жизни.
- А это уже не ваша забота.
- Милорд мастер, микстура готова.
- Отлично, неси её сюда.
В сознании кузнечными молотами грохотали незнакомые голоса. Один принадлежал мужчине, зрелому, интеллигентному и уверенному в себе. Таким тоном может говорить только мастер-наставник, опытный и искушённый. Второй принадлежал девушке, совсем молоденькой, судя по всему, ученице или помощнице, или совмещающей обе этих роли. Третий – старшей женщине, с холодным, надменным и властным голосом. Она говорила, как правящая королева в тронном зале в окружении придворных.