Страница 94 из 158
Мари всхлипнула. Какая разница? Прошлого не исправить. Важнее, что случится дальше. Перспективы отвратительные, как ни крути. Роль игрушки для Эльмара и его бабки. И неминуемая разлука с Трентом. В памяти всплыло дорогое лицо с васильковыми глазами, зарябило и растаяло, как снег по Весне. Сейчас Мари, как никогда, понимала чувства Апрелии, описанные в письме. Лучше смерть, чем жизнь вдали от любимого!
В груди почти не осталось воздуха. На срединной территории Мари большую часть дня проводила на улице, а стены Дворца давили, словно тиски. Воображение разыгралось. Почудилось, они сдвигаются, и нервы сдали. Дочь Зимы бросилась к выходу. Нет, она не думала о побеге. Из владений Королей так просто не выбраться. Душа рвалась к морю. К ветру. И иллюзорной свободе.
Мари повезло. На главном крыльце вместе с другими стражниками дежурил Эрм Туи. В прошлом году он входил в ее персональную «свиту». Несмотря на молодость, парень пользовался доверием Бо Орфи больше многих. Он улыбнулся, заметив старую знакомую, и представил коллегам.
- Я думал, вы исполняете обязанности наблюдателя на срединной территории, зу Ситэрра, - выразил удивление Эрм после взаимного обмена приветствиями.
- Так и есть, - Мари изобразила досаду. – Пришлось ненадолго вернуться во Дворец. У Его Величества одному ему известные планы. Но, похоже, до вечера меня не примут. Вот, вышла подышать.
Стражники сочувственно закивали. Мол, простым смертным сложные помыслы Королей не понять. Приходится ждать и терпеть.
- Удачного дня, - пожелала Мари охране и пошла вниз по лестнице.
От крыльца вело несколько широких дорог: к Академии, Дворцам соседей и двойному мосту, по которому стихийники покидали владения Королей. Мари же выбрала узенькую тропку, огибающую Замок, а после уводящую вниз – к морю. Не удастся поплакать, так хоть побродит вволю в одиночестве. Но прежде чем стихийница повернула к воде, произошло нечто необычное. Взгляд выхватил странную картину, словно та возникла на пустом месте. Только что ничего не было и вдруг, пожалуйста.
В арке Дворцовой стены на корточках сидела девушка в сером плаще поверх белого платья. Белокурые кудри рассыпались по плечам. Рядом жадно лакала суп из железной миски мохнатая, черная, как смоль, собачонка. Мари остановилась в недоумении. Было в маленьком существе что-то до боли знакомое. Смешно расставленные лапы, пряди шерсти, падающие на глаза-бусинки. Если бы не цвет, стихийница могла бы поклясться, что это… это…
Ох ты, пропасть!
- Дайра! – воскликнула Мари, сообразив, наконец, в чем дело. – Ну, ты даешь!
От неожиданности извечная противница плюхнулась на пятую точку, чуть не расплескав собачью еду. Голубые глаза расширились от ужаса. Странно. Дайра смотрела так, словно изумлялась не вторжению, а тому, что их с болонкой заметили.
- Значит, это ты? – констатировала Мари.
В голове не укладывалось! Конечно, Дайра даже перед паучихой не побоялась защищать питомицу, но прятать её в низах?!
- Не понимаю, о чём ты, - вредная девчонка закрыла собаку собой.
- Это Шарлотта! Ты её выкрасила!
- Ошибаешься, - Дайра отчаянно замотала головой. – Это другой пёсик. Бездомный. Давно тут живёт.
- Перестань! – возмутилась Мари. – Я сто раз видела собаку рядом с Королевой-матерью. Да не паникуй ты! – она топнула в сердцах, сердясь на упорное враньё. – Я тебя не выдам. Лучше подумай, что сделает Его Величество, когда узнает, что ты выкрала Шарлотту. Он не успокоится, пока не выяснит правду.
Дайра попятилась.
- А я ни при чем, - затараторила она. – Я Шарлотту в коридоре нашла на следующий день. На четырнадцатом этаже. Она лежала несчастная в углу. Не знаю, кто её выкрал! У меня алиби на весь вечер. Уна Эрнэ его подтвердила.
Мари примолкла. И, правда, алиби.
Но если не Норди, то кто позаботился о бедной болонке? А ещё сделал так, чтобы пёсика нашла истинная хозяйка? Хм. А ведь и голубя Дайры кто-то вылечил.
- Как ты проходишь мимо стражи? – спросила Мари строго. Одно дело выбраться раз, как она сегодня. Другое, регулярно спускаться, чтобы подкармливать собаку.
- Так же, как ты, - Дайра не собиралась откровенничать.
Мари её понимала. Окажись сама на месте Норди, скорее бы заморозила неприятельницу.
Неприятельницу…
Вспомнились строчки, выведенные рукой Апрелии о «ледяной львице», которая ожидала пополнения семейства. Если вредный Лукас ошибается насчет Снежана (или того хуже – врёт), то Дайра, с которой Мари враждовала большую часть жизни, приходится сестрой, родной кровью. Мысль обескураживала. Но, что удивительно, отвращения не вызывала.