Страница 141 из 158
Но горечь не была всепоглощающей. Мари смотрела на сотни стихийников, собравшихся на заснеженном кладбище в лесу, и по телу разливалось тепло. Проститься с главой совета приехали из многих параллелей. Даже из дальних. С окраин страны. Камир Арта прожил достойную жизнь. Его искренне любили и уважали.
Увы, для семьи и близких друзей это служило слабым утешением. На вдову было страшно смотреть. Актавия постарела лет на десять, превратившись в старуху. Она пошатывалась, но упрямо стояла у белого гроба с наброшенным сверху четырехцветным покрывалом. Лелим поддерживал ее за талию, а Элия подсовывала под нос пузырек с лекарством.
Майя Верга, крепко сжавшая руку растерянной Дайры, напоминала тучу. Не грозовую, а мрачную Зимнюю. Глаза оставались сухими, но в них погас огонь. На лице Роксэль Норлок читалась всепоглощающая ярость. Готова хоть сейчас идти мстить за убитого начальника. Пока никто не говорил очевидное вслух. Но все понимали: одна из этих женщин вскоре займет место Камира Арты.
Из Королевских кланов на похороны прибыла Принцесса Веста. Без маски. Она долго говорила с Актавией, Элией и Лелимом. Простившись с горюющей семьей, подошла к родственницам. Обняла тетку и ласково потрепала по щеке племянницу. Заметив в голубых глазах слёзы, поцеловала Дайру в лоб. Мари захлестнула обида. С ней Принцесса обращалась иначе, заставляла играть роль шпионки.
- Идем, - велела она друзьям, и первая покинула кладбище.
- Похороны – ужасное зрелище, - проворчал Ной по дороге в поселок.
- Но нет худа без добра: с выдрой покончено, - добавила Тисса. Кто-кто, а она печальной не выглядела. – Простите, – девочка заметила хмурые взгляды остальных. – Но вы бы тоже радовались, если б вашего отца освободили из тюрьмы.
- Никто тебя не осуждает, - отмахнулась Мари.
Ролин Саттер приехал накануне вечером. Тощий и бледный. Не стихийник, а оставшаяся от него оболочка. Тисса повисла у отца на шее, Ерида разрыдалась в голос. Мари не выдержала, сбежала к Далиле. Она искренне радовалась за семью маленькой подружки. Но их воссоединение напомнило о собственном одиночестве. Острее прежнего.
Дворцовый переворот, подаривший Ролину Саттеру свободу, прошёл позавчера за считанные часы. Преданные Принцессе стихийники только и ждали приказа призвать Эллу к ответу. Остальные обитатели Замка, устав от гнета фальшивой Королевы, предпочли не вмешиваться, и кровопролития удалось избежать. Её лживое Величество заперли в зале наверху и держали там, пока стражники Зимнего Дворца не доставили арестованного Рофуса Сильвану. Рассказывали, лицо Эллы при виде настоящего мужа приобрело цвет платья. Светло-зеленый.
Припертый к стенке Рофус предпочел сотрудничать и признался в тайном браке. Супруга упрямилась и отрицала замужество, грозя карами всем подряд: и подданным, и «гостям» из Объединенной канцелярии, и Повелителям других Времен Года. Но после особого обряда лживые заверения и угрозы Королевы-самозванки утратили смысл.
- Это древняя магия, - рассказал Ролин Саттер. – Обряд придумали, чтобы стихийники могли подтвердить тайный брак. В морской воде с добавлением по капле крови мужа и жены смачивают шелковые нити. В нашем случае, белую и зеленую. Затем связывают запястья. Справиться с путами способны лишь супруги. Остальные не разрежут даже острым ножом. Это и случилось у всех на глазах. Рофус Сильвана едва потянул за кончики нитей, как крепкие узлы развязались.
После обряда обманщицу с мужем отправили в темницы. Каждого в своем Дворце. Арестовали и мать Эллы – Иоланту Монтрэ. Только Фину Майли удалось ускользнуть. Преступник не вернулся в Весенний Дворец, скрылся в неизвестном направлении.
- Жаль, Принцесса Веста не пошла на Эллу войной раньше, - проворчала Далила. – Стольких бед бы удалось избежать.
- Её Высочество сама бы оказалась в подземелье, - назидательно объявила Тисса. – Никто же не знал, что выдра занимала престол незаконно.
- Значит, теперь Веста – Королева?
- Будет после коронации, - ответил Ной, знающий Дворцовые порядки не хуже Тиссы.
Мари всю дорогу тяжко вздыхала. Не только из-за гибели главы советы. Похороны состоялись, настало время отправляться в Зимний Дворец. И почему нельзя самой распоряжаться жизнью? Или хоть немного пожить спокойно. Тисса на днях вернется с семьей домой. Ной с Далилой помирились и глаз друг с друга не сводят. У неё одной впереди никакого просвета…
****
В дом совета Мари заходила хмурая, как небо перед бурей. Путь к Зеркалу по петляющим коридорам напоминал подъем на эшафот. Она нарочно еле волочила ноги, чтобы отдалить возвращение в ненавистный Замок. Сиротский дом, наверняка, гудит ульем. Девушки в красках пересказывают последние события, Гайта Лим болтает со знанием дела, будто лично видела, как Элле и Рофусу связывают запястья.