Страница 43 из 76
— Это тайна только от широкой публики. Я подумал, что было бы лучше не давать разгневанным посетителям платформу, где меня можно было бы выследить.
Я могла это понять, так как у меня у самой были вариации моего имени.
— Значит, это Киллиан Джеймс Куинн?
Он кивнул.
— А ты Вера "фудтрак Гурманка" Делайн?
— Мэй, — призналась я. — Вера Мэй Делайн.
Мы обменялись довольными взглядами. Теперь мы знали полные имена друг друга. Повернувшись обратно к прилавку, он склонил голову, ещё раз изучая ассортимент перца.
— Хэтч?
— Динь, динь, динь, — Тёплое чувство пронзило меня, как будто все мои внутренности внезапно стали газированными. — Он мой самый любимый. Но вообще-то меня интересует шишито.
Киллиан снова встретился со мной взглядом. Такие зеленые глаза, как свежескошенная трава или новогодние вечнозелёные растения.
— Что задумала?
— Мягкий постный тако с говяжьим стейком, жареными шишито, крошеным сыром котия и тушёным салатом.
Его брови взлетели вверх, а в глазах промелькнуло нечто похожее на удивление.
— Ты должна выжать сверху свежий лимон вместо лайма.
Теперь настала моя очередь удивляться. Это была отличная идея. Достаточно необычная, чтобы стать интересной. Немного кислинки, чтобы довести блюдо до готовности.
— Хорошая мысль, Куинн. Ты должен быть шеф-поваром или кем-то в этом роде.
Он усмехнулся моей неудачной шутке.
— Хочешь сказать, что для меня больше не будет никаких фрикаделек?
Я пожала плечами и небрежно бросила "прости, но в эти выходные ты в сам в ответе за свои шарики", а потом повернулась к продавцу и заговорила о количестве перца и ценах.
Киллиан откровенно рассмеялся, но позволил мне спокойно поторговаться. Как только я закончила и заплатила, согласившись забрать свою покупку в конце прогулки, он включился в разговор с продавцом со своими собственными вопросами.
Я была больше заинтересована в возможности приобрести перец, который я хотела, а у Киллиана был целый список вопросов. Ему было наплевать на цену — да ему и не придётся никогда переживать об этом, поскольку платил он за этот перец не из своего кармана. Его больше интересовало качество почвы и воздействие солнечного света. Он хотел знать пряные разновидности я и процедуру гибридизации. Следующие двадцать минут он пробовал их в сыром виде, обдумывая каждый кусочек.
Я наблюдала за ним с нескрываемым благоговением. Он не стал выражать своё неодобрение, а вместо этого великодушно предложил откусить и мне, спрашивая моё мнение, обсуждая хрусткость, жар или сладость каждого из них. Он задавал вопрос за вопросом о будущем каждого сорта. Каким будет вкус хэтча осенью? Серрано?
Затем он повернулся ко мне и намекнул на идеи блюд, которые он обдумывал для осеннего меню. Он хотел знать, что я думаю о сочетаниях перца и белка. Что, с моей точки зрения, лучше всего подойдёт к бифштексу с брынзой? С лягушачьими лапками? С тофу?
Я моргнула, глядя на него.
— Тофу?
— Идея Эзры, — объяснил он. — Он хочет более вегетарианское/веганское меню. Говорит, что мы игнорируем огромную потребительскую базу.
— Это правда?
Он пожал одним плечом.
— Люди приходят в "Лилу" не ради разнообразного меню. Они хотят лучшей еды в своей жизни. А не тофу.
Его разочарованная покорность пронизывала каждое слово, четко передавая его отношение к этой теме.
— Эзра тебя не послушает? — догадалась я.
— Эзра бизнесмен. И чертовски хороший. Но он совершенно не разбирается в еде.
Киллиан взял халапеньо за стебель и осмотрел его с одной стороны, потрескавшиеся коричневатые линии змеились по нему, как вены. Просто глядя на эти высохшие лозы, можно было сказать, что веточка очень пряная.
— Но это не помешает ему вмешаться.
— Он всегда вносит коррективы в меню?
Киллиан протянул руку, желая поблагодарить продавца рукопожатием, а затем наклонил голову, показывая, что я должна следовать за ним. Мы выбросили пустые кофейные чашки и побрели по захламленным проходам рынка, переступая через большие лужи на мокром асфальте.
Прошла минута, прежде чем он ответил на мой вопрос.
— Всегда. Я даже сомневаюсь, что могу назвать меню своим. Оно принадлежат ему. Оно следует его видению ресторана. Я работаю на него.
Мы подошли к стенду с различными вариантами зелени и овощей.
— Похоже, тебе не нравится работать в одном из лучших ресторанов города, Киллиан Куинн. Слава богу, я знаю, что это не так.
— Да? Знаешь?
— Эзра мог бы без всякой необходимости наложить лапу на всё, что ты делаешь, но он не может готовить за тебя. Ты тот, кто готовит еду. Это ты отвечаешь за репутацию ресторана. Это не имеет никакого отношения к Эзре.
Он засунул руки в карманы джинсов.
— Но это имеет отношение к нему. На самом деле это не моя еда. Это не совсем мой ресторан. Что касается репутации, я просто хорошо готовлю идеи других людей.
Разочарование вскипело в моей груди.
— Ты можешь поставить на своё место тысячу других поваров, и они не сделают того, что ты делаешь там. Ты забыл, что я поужинала там. У меня была еда "Эзры". И это изменило мою жизнь на духовном уровне.
Его губы изогнулись в неохотной улыбке.
— Духовный уровень, да?
— У меня был экзистенциальный опыт с тушёным ягнёнком. Думаю, что на самом деле я оставила своё тело и перешла на какой-то другой план существования.
— Ты такая лгунья.
Его скромность была настолько неуместна, что мне захотелось назвать его лжецом. Всё, что я знала об этом человеке, кричало о его самоуверенности, граничащей с высокомерием. Но он был так чертовски хорош в своём деле, что я даже не могла винить его за это.
Но теперь ему захотелось поиграть в скромность?
Ну и чудак.
Восхитительный, сексуальный, великолепный чудак.
Я ненавидела его за то, что он был таким неотразимым.
Повернувшись к радужному ревеню, я выбросила эти мысли из головы и обрушила на него кое-какие знания.
— Дело в том, что большинство поваров готовы убить, чтобы оказаться на твоём месте. Держу пари, тебе даже не приходится беспокоиться о бюджете. Да, может быть, Эзра и ставит окончательную точку в одобрении меню, но у тебя есть полная свобода и известность, чтобы создавать всё, что ты хочешь.
— Ты можешь создавать всё, что захочешь, — заметил он.
Я издала гортанный звук.
— Это даже близко не одно и то же, и ты это знаешь. Я готовлю в консервной банке. Ты управляешь одной из лучших кухонь в штате, а возможно, и во всей стране. Мы не могли быть более разными.
Осознав нечто шокирующее, я повернулась к нему лицом, опустив руки по бокам. Он уже смотрел на меня, излучая мужскую силу. Солнце осветило его оплетающие татуировки и загорелую кожу. Он был само совершенство, не только в том, что делал, но и в том, как выглядел.
— Кстати, ты и сам это знаешь. Я понятия не имею, почему я ублажаю твоё эго. Ему не грозит никакая опасность.
Он склонил голову к моей голове, и лукавая улыбка тронула его губы.
— Дело не в эгоизме, хотя я не возражаю против твоих комплиментов. Не стесняйся, продолжай.
— Ты невозможен.
Его улыбка стала ещё шире.
Я снова повернулась к продуктам.
Когда он заговорил снова, его голос звучал более серьёзно.
— Я думал, что твой фудтрак это твоя мечта? Разве ты не говорила, что он для тебя всё?
Я покусывала нижнюю губу, пока сравнивала цены на морковь и репу, но на самом деле ничего не видела. Я смутно помнила, как подошла сюда, чтобы посмотреть салат, но в этот момент мои мысли были в беспорядке, и Киллиан, совавший нос в мою жизнь, не помогал.
Наконец, я осмелилась сказать правду.
— Я сказала, что это всё, что у меня осталось. Не всем из нас вручают кухни нашей мечты, потому что друг детства владеет ими.
— Дружба не имеет ничего общего с этим. Эзра нанял меня только потому, что я заслужил эту кухню. Никто из нас не хочет, чтобы нам напоминали о нашем детстве. Ни один из нас не может спокойно смотреть на другого, — тут же выпалил он.