Сэфэнтар

   Скрюченные пальцы старухи перехватили запястье уже не казавшейся юной, а выглядящей безмерно испуганной женщины и рывком разорвали связь между мной и незнакомкой.

   Ведьма окинула насмешливым взглядом свою жертву, отчего та словно сжалась, и посмотрела на меня.

   Она ухмыльнулась, погрозила пальцем и...

   -- Сэ-Фэн-Тар! -- раздалось сразу со всех сторон.

   Я услышал, как воздух сказал: "У-у-у-п!" Что-то горячее, почти как живой огонь, ударило меня по затылку, из ниоткуда проявился крест Святого Михаила, и я, растеряв все возможные мысли, пребольно шмякнулся задом на бетонный, холодный, словно монолитный кусок льда, постамент.

   "Финита ля комедия!" -- первой в моей голове насмешливо прозвучала именно эта жестокая мысль.

   Я ее повторил и попытался прогнать.

   "Каков бред", -- продолжал насмехаться мой внутренний голос.

   В ответ я назвал его (себя) идиотом и прошептал:

   -- Вы должны нам помочь...

   Исчезнувшая картина тут же воскресла в памяти: испуганная женщина, ее отчаянный взгляд, усмехающаяся баба-яга и глумливое блеяние козы.

   "Это надо же. Дом ха-ха".

   Сила сарказма в мыслях моих нарастала, но я старался этого не замечать. Я хватался за вполне реальный горьковатый запах, ощущаемый мной даже сейчас, и повторял про себя: "Помочь... но как?"

   И тут знакомый смех разрушил магию воспоминаний.

   В мгновенье исчезло все, все кроме запаха. Терпкий аромат по-прежнему наполнял воздух, не позволяя забыть то, что случилось, и списать увиденное мной на очередной тепловой удар. Голова слегка побаливала, и меня тошнило.

   Я открыл глаза.

   Жена и сын спускались с пригорка и, посмеиваясь, приближались ко мне.

   -- Ну и видон у тебя, -- через пару секунд скажет Женька.

   10

   Произошедшее на смотровой площадке я прокручивал в памяти бесчисленное количество раз: и в автобусе, пока тот увозил нас "домой", и в отеле...

   -- Ты сегодня спать собираешься? -- около четырех утра окликнула меня проснувшаяся супруга.

   Я сидел на балконе, как бы смотрел на движение небесных светил и как бы слушал морской прибой, хотя на самом деле многократно заново проживал вчерашний день.

   ...и на завтраке, и на обеде, и по дороге в аэропорт, и в аэропорту (к счастью, значительно меньше: предполетная суета меня всегда выбивает из колеи и очень сильно нервирует), и.... хотел было написать -- в самолете, но нет, как раз в самолете я об этом вообще не думал, потому что...

   Потому что именно во время полета вчерашняя удивительная история получила неожиданное продолжение.

   А началось все с того, что наш лайнер, помахав на прощанье крыльями Барселоне, лег на свой курс, а я, за ночь глаз не сомкнувший, под его монотонное гудение уснул.

   Причем, момент засыпания я помню совершенно отчетливо: в голове появилось ощущение перемешивания мыслей, их долгожданное растворение, и еще подумалось: "Наконец-то".

   А потом я увидел те самые, уходящие в небо каменной дланью, горы. Я увидел круглое озеро, поверхность которого по-прежнему казалась недвижимо-зеркальной, и успел заметить, что меж вершин, так похожих на пальцы руки, четырьмя водопадами низвергаются вниз потоки воды. И тут меня подняло в воздух.

   Странное ощущение -- ужас вперемешку с восторгом. И этот восторженный ужас являлся ничем иным, как материализовавшимся внутри меня Ожиданием неотвратимого Чего-то. Но, как бывает во сне, я вскоре совершенно забыл и об Ожидании, и о неотвратимости Чего-то: я парил, поднимаясь все выше и выше, а вокруг меня, шелестя крылышками, очень похожими на стрекозьи, кружились десятки радужных "мыльных пузырей". Живых пузырей. Пузырей всевозможных размеров.

   Помнится, я сильно удивился, разглядев эдакое чудо. Мне так хотелось потрогать их, но дух мой вдруг обрушился вниз. Я падал в водную бездну и думал о том, что нужно поглубже вдохнуть. Ожидание Чего-то с неотвратимостью смотрело на меня из глубины озера и шептало: "Не нужно: это всего лишь сон".

   И меня объяла прохлада.

   Вместе с прохладой пришла темнота, а спустя еще одно движение мысли они -- темнота и прохлада -- рассеялась. Я почувствовал жар и увидел пустыню.

   Гигантские выгоревшие одинокие барханы, уходящие в бесконечность, и одинокий неугомонный дух мой, парящий над ними -- странный тандем.

   "Ты не один!" -- вдруг услышал я голос.

   Ожидание Чего-то вернулось в густом травяном аромате (...а до чего классно полынью пахнет, просто супер) и, подхватив меня, понесло.

   Так я и летел сквозь все усиливающийся травяной запах снаружи, с ощущением нарастающего волнения внутри меня. И когда дышать уже, казалось, не было сил, впереди меж песчаных волн зародился серебристый всполох.

   "Экая забавная штукенция", -- подумал я, различив в серебристом нечто сверкающее на солнце кольцо, будто бы кто-то обронил между барханами гигантский искрящийся хула-хуп.

   Как и бывает во сне, удушающий аромат и породившее его Ожидание Чего-то были тут же забыты, а я, увлеченный новым открытием, продолжал лететь все дальше и дальше, пока не разглядел в слепящем сверкании бегущую по кругу воду. Передо мной, громко журча, бежал ручей. Ручей, не имеющий ни конца, ни начала. Впадающий сам в себя ручей.