Страница 132 из 163
- Здравствуй, мама, - сказала Элли. - Николь повернулась и поглядела на свою младшую дочь. Виски ее уже поседели, но глаза оставались столь же чистыми и искрящимися, как и прежде.
- Здравствуй, Элли, - ответила Николь со слезами. Это были не последние слезы, которые она пролила за последующие несколько часов.
3
Комната оказалась квадратной, со стороной примерно в семь метров. Вдоль дальней стены располагались удобства: раковины, душ и туалет. Рядом с дверью устроили большой открытый гардероб, куда складывали всю их одежду и прочие пожитки. На ночь для сна на полу раскладывались матрасы, которые днем убирались на полки.
Первую ночь Николь спала между Элли и Никки; Макс, Эпонина и Мариус улеглись на противоположной стороне комнаты возле стола и шести стульев, составлявших всю мебель в этом жилом помещении. Николь была настолько утомлена, что уснула немедленно - еще до того как выключили свет и все закончили приготовления ко сну. Проспав без сновидений часов пять, Николь вдруг проснулась, на миг позабыв, где находится. Лежа во тьме и в молчании, Николь припомнила события предыдущего вечера. Тогда ее переполняли эмоции, поэтому она даже не имела времени разобраться в своей реакции на то, что видела и слышала. Вскоре после того как Николь вошла в комнату, Никки отправилась в соседнюю комнату. И все следующие два часа в комнате находилось одиннадцать человек, причем трое или четверо разговаривали одновременно. За эти два часа Николь успела поговорить с каждым, но было просто невозможно обсудить что-нибудь подробно.
Четверо молодых - Кеплер, Мариус, Никки и Мария - держались очень застенчиво. Мария, чьи обворожительные синие глаза так контрастировали с медной кожей и длинными черными волосами, вежливо поблагодарила Николь за спасение. Она также призналась, что не помнит ничего, что было с ней до того, как она проснулась. Во время короткой беседы с бабушкой Никки нервничала. Николь показалось, что в глазах внучки промелькнул даже страх; однако Элли позже заверила мать в том, что это скорее всего был трепет: о Николь ей успели порассказать столько, что Никки явно ждала встречи с ожившей легендой.
Оба молодых человека держались вежливо, но сдержанно. И только раз за весь вечер Николь заметила на себе пристальный взгляд Кеплера. Пришлось напомнить себе, что она была первой, действительно старой женщиной, которую видели юноши. "Молодым в особенности трудно, - подумала Николь, иметь дело с одряхлевшей женщиной... подобный облик совершенно не отвечает их фантазиям о нежной половине рода человеческого".
Бенджи приветствовал Николь широким объятием. Обхватив сильными руками, он приподнял ее и радостно завопил:
- Ма-ма, ма-ма! - Бенджи казался вполне благополучным. Николь с удивлением обнаружила, что волосы на лбу его поредели... на взгляд сын был явно не молод. Она сказала себе, что удивляться не следует: ведь ему теперь около сорока.
Патрик и Элли приветствовали мать очень тепло. Элли выглядела усталой, но, с ее слов, все это вызвано тем, что день выдался трудным. Дочь объяснила Николь, что в Гранд-отеле занимается стимуляцией межвидового общения.
- Я делаю все, что могу, - проговорила она, - поскольку я разговариваю на языке октопауков... Надеюсь, когда к тебе вернутся силы, ты поможешь мне.
Патрик негромко сообщил Николь, что тревожится за Наи.
- Все эти трудности с Галилеем разрывают ее сердце, мама. Она вне себя: эти кирпичеголовые, как мы их зовем, забрали от нас Галилея без особых объяснений и, как бы сказать... без церемоний. Она сердится, потому что ей не позволяют проводить с ним более двух часов в день... Не сомневаюсь, она хочет попросить у тебя помощи.
Наи переменилась. Искры и мягкость оставили ее глаза; начиная с первых слов, она держалась необычно жестко.
- Мы здесь обитаем в самом худшем полицейском государстве, Николь, проговорила Наи. - Здесь куда хуже, чем под Накамурой. После того как вы устроитесь, я многое расскажу вам.
Макс Паккетт и его восхитительная француженка-жена Эпонина постарели, как и все вокруг, но было ясно, что они любят друг друга и своего сына Мариуса и любовь придает им силы. Эпонина пожала плечами, когда Николь спросила, стесняют ли их подобные жилищные условия.
- Не очень, - ответила она. - Не забудь, девочкой я воспитывалась в детском приюте в Лиможе... К тому же, я так рада, что осталась жива и мы с Максом и Мариусом вместе. Мне уже столько лет, а ведь я даже не надеялась дожить до седых волос.
Макс остался прежним ругателем и весельчаком. Только волосы его теперь тоже поседели, и походка сделалась не столь упругой, но Николь видела по его глазам, что и он доволен жизнью.
- Тут в курительную ходит один парень, с которым у меня разговоры, сказал Маке Николь, - между прочим, твой большой почитатель... Он каким-то образом избежал смерти, а вот жена его нет... Во всяком случае, - Макс снова ухмыльнулся, - рассчитываю вас познакомить при первой же возможности... он чуть помоложе тебя, но проблем, конечно, не будет...
Николь спросила Макса о причинах сложных взаимоотношений между людьми и октопауками.
- Дело в том, что, хотя война закончилась пятнадцать или шестнадцать лет назад, за прошедшие годы гнев людей не смягчился. Каждый человек кого-нибудь потерял: друга, родственника или соседа... Как они могут забыть, что мор этот вызвали октопауки?
- Защищаясь от людей, - заметила Николь.
- Но это мало кто понимает. Быть может, многие еще верят тому, что им вдалбливали при Накамуре, а не "официальной" истории войны, которую поведал нам твой друг Орел вскоре после того, как мы перебрались сюда... Правда состоит в том, что большая часть людей ненавидит и страшится октопауков. Лишь двадцать процентов выживших пытались хоть как-то общаться. Невзирая на отчаянные старания Элли, люди не хотят ничего знать об октопауках. Многие люди собраны в нашем луче... к несчастью, теснота еще больше усугубляет положение дел.
Николь повернулась на бок. Элли спала лицом к ней. Веки дочери подрагивали. "Ей снится сон, - подумала Николь, - надеюсь, не о Роберте..." Она вновь припомнила свою встречу с семьей и друзьями. "Полагаю, что Орел знает, зачем я еще нужна ему. Но даже если у него нет для меня конкретного поручения... я еще не стала беспомощным инвалидом и могу помочь".