Страница 133 из 163
- Ну, начнем знакомиться с Гранд-отелем, - сказал Макс Николь. - Каждый раз, когда я направляюсь в кафетерий, я напоминаю себе День Изобилия в Изумрудном городе... Эти странные создания, которые приходят с октопауками, быть может, и восхищают ум, но мне чертовски спокойней, когда их нет рядом.
- А нельзя ли подождать нашего времени, папа? - спросил Мариус. - Никки боится игуан. Они пялят на нас свои желтые глаза и так мерзко чавкают за едой.
- Сын, - ответил Макс, - вы с Никки можете дождаться наступления отведенного людям времени. Но Николь хочет завтракать со всеми обитателями "звезды". Для нее это принципиально важно... Мы с твоей матерью собираемся проводить ее, чтобы она не заблудилась на пути в кафетерий.
- Не надо заботиться обо мне, - проговорила Николь. - Я и Элли или Патрик...
- Ерунда, - перебил ее Макс. - Мы с Эпониной с удовольствием, присоединимся к тебе... К тому же Патрик отправился вместе с Наи на свидание с. Галилеем, Элли еще в комнате отдыха, а Бенджи читает с Кеплером и Марией.
- Макс, я благодарна тебе, - промолвила Николь. - Важно правильно поставить себя с самого начала... Орел и Синий Доктор не рассказывали мне о неприятностях...
- Ничего особенного объяснять не нужно, - ответил Макс. - А вчера вечером, когда ты уснула, я так и сказал мамзельке: дескать, не сомневаюсь в том, что ты будешь общаться со всеми. - И он расхохотался. - Не забудь, мы прекрасно знаем тебя.
К ним присоединилась Эпонина, и они вышли в коридор. Он был по большей части пуст. Слева к ним от середины "звезды" направлялась горстка людей, еще группа мужчин и женщин стояла у входа в луч.
Им пришлось подождать две-три минуты, прежде чем появился вагончик. Когда они подъехали к последней остановке. Макс нагнулся к Николь.
- Там, у входа в луч, стоят двое, - проговорил он, - не просто развлечения ради... Это активисты Совета... очень осведомленные и деловые.
Спускаясь из вагончика, Николь приняла предложенную Максом руку.
- Чего же они добиваются? - шепнула она, заметив, что пара направилась к ним.
- Пес их знает, - буркнул Макс. - Сами скажут.
- Добрый день, Макс... Привет, Эпонина, - проговорил тучный, едва переваливший за сорок мужчина. - Он поглядел на Николь и расплылся в широкой улыбке политикана. - Должно быть, вы и есть Николь Уэйкфилд, - он протянул руку. - Мы так много слыхали о вас... Здравствуйте... здравствуйте... я - Стивен Ковальский.
- А я - Рене Дюпон, - произнесла женщина, также протягивая руку Николь.
Обменявшись несколькими любезностями, мистер Ковальский спросил Макса, что они собираются делать.
- Мы с миссис Уэйкфилд едем перекусить, - непринужденно ответил Макс.
- Но ведь сейчас еще общее время, - человек, улыбнувшись, посмотрел на часы. - Почему бы вам не подождать еще сорок пять минут, тогда мы с Рене присоединимся к вам... Как членам Совета, нам бы очень хотелось переговорить с миссис Уэйкфилд о наших делах... Совет хотел бы заслушать ее в самое ближайшее время.
- Спасибо за предложение, Стивен, - сказал Макс. - Но мы голодны и хотим немедленно поесть.
Чело мистера Ковальского нахмурилось.
- На вашем месте, Макс, я бы этого не делал. После вчерашнего случая в плавательном бассейне повсюду такая напряженность. Совет единогласно проголосовал за бойкот всех коллективных мероприятий в ближайшие два дня... Эмили особенно подчеркнула, что Большой Блок забрал Гарланда на проверку и не принял никаких дисциплинарных мер против агрессора-октопаука; словом, уже четыре раза подряд кирпичеголовые решили не в нашу пользу.
- Не надо, Стивен, - возразил Макс, - я слыхал все подробности вчера за обедом... Гарланд задержался в бассейне на пятнадцать минут _после_ окончания отведенного нам времени. И он первым вцепился в октопаука.
- Но тот преднамеренно, учинил провокацию, - вступила в разговор Рене Дюпон. - В бассейне было всего три октопаука... зачем одному из них понадобилось пересекать дорожку, по которой плыл Гарланд.
- К тому же, - отозвался Стивен, - как мы говорили вчера на заседании Совета, нас волнуют не оба участника этого конкретного инцидента. Мы намереваемся выступить с общим заявлением, чтобы кирпичеголовые и октопауки знали, что среди людей существует единое мнение. Совет проведет специальную сессию и уже сегодня вечером составит список наших претензий...
Макс начинал сердиться.
- Спасибо за информацию, Стивен, - сказал он отрывисто. - А теперь, если ты шагнешь в сторону, мы охотно отправимся есть.
- Вы делаете ошибку, - заявил мистер Ковальский. Кроме вас, в кафетерии людей не будет... и, уж конечно, мы сообщим о вашем поступке всем членам Совета.
- Валяй! - ответил Макс.
Эпонина, Николь и Макс вышли в главный коридор, огибающий центральную часть "морской звезды".
- Что представляет собой Совет? - спросила Николь.
- Это группа, добровольно вызвавшаяся представлять интересы всех людей, - проговорил Макс. - Сперва от них были одни неприятности, но за последние несколько месяцев они сумели завоевать кое-какой авторитет... Они даже завлекли в свои ряды бедняжку Наи, посулив ей уладить вопрос с Галилеем.
В двадцати метрах справа от них остановился большой вагончик, из него вышла пара игуан. Два кубико-робота, державшиеся в сторонке, вышли в коридор, разделяя людей и странных животных со страшными зубами. Пока игуаны шествовали вдоль стены, Николь вспомнила нападение на Никки в День Изобилия.
- Почему они здесь, Макс? - поинтересовалась Николь. - Я полагала, что для этого они чересчур агрессивны...
- Большой Блок и Орел объясняли общему собранию людей целых два раза, что игуаны играют важную роль в производстве растения, поставляющего какой-то там баррикан, без которого общество октопауков рухнет... Мы не знаем, как там обстоит дело, но я помню, что для этого процесса огромное значение имеют свежие яйца игуан... Орел всегда подчеркивал, что в Гранд-отеле находится минимальное количество игуан.
Они оказались перед входом в кафетерий.
- А не случалось ли уже неприятностей с игуанами? - спросила Николь.
- Случалось, - ответил Макс. - Они могут быть опасными, как ты помнишь, но, если разобраться во всей этой чепухе, которой спекулирует Совет, нетрудно понять, что неспровоцированных нападений со стороны игуан почти не было... В основном в них повинны люди... Кстати, наш милый Галилей однажды вечером в кафетерии убил двоих в очередном припадке ярости.