Страница 156 из 169
15 А. де Кюстин, т. i 449
Комментарии
по мысли великой княжны Ольги Николаевны, служил постоянным источником легочных заболеваний ее родных (см.: Сон юности. С. 117; ср.: Там же. С. 132). Недостатки восстановленного дворца не были тайной и для посторонних; Гагерн замечает (в августе 1839 г.): "Невыгодные последствия столь большой поспешности повсюду видны в Зимнем дворце: сырые, нездоровые стены; все комнаты летом много топились для просушки, поэтому уже во многих апартаментах стало невозможно жить" (Россия. С. 671). Таким образом, сбылись предсказания о том, что "от чрезмерно скорой отделки неминуемо должно во вновь возведенных стенах и каменных сводах остаться много сырости", которые зафиксировало III отделение еще в 1838 году (ГАРФ. Ф. 109. On. 223. No 3л- i6a об.).
С. 125. ...бракосочетания великой княжны...-- Марии Николаевны (1819-- 1876), старшей дочери императора, которой предстояло стать женой герцога Максимилиана Лейхтенбергского (1817--1852). Об этой свадьбе, на которой Кюстин присутствовал, подробнее см. ниже, в письме одиннадцатом.
С. 126. Герберштейн Сигизмунд фон (1486--1566) -- немецкий дипломат, побывавший в России, при дворе великого князя московского Василия III Ивановича (i479--'533) в '517 ч 15'2^ п"- и оставивший "Записки о моско-витских делах" (см.: Россия XV--XVIII вв. глазами иностранцев. Л., 1986. С. 3i--15н); был п()слс)м Максимилыша I Габсбурга (i459--l5l9) -австрийского эрцгерцога, с 1493 г- императора "Священной Римской империи". ...в истории Карамзина...-- Кюстин читал "Историю государства Российского" во французском переводе Жоффре и Сен-Тома, начавшем выходить в 1819 г., еще при жизни Карамзина, под названием "История России" (см.: Быкова Т. А. Переводы произведений Карамзина//ХУШ век. Сб. 8. Л., 1969. С. 337; Corbet Ch. L'opinion franyaise face a 1'inco
"(Царь) скажем, и сделано"...-- Карамзин. Т. VII. гл. IV. С. 127. "Удивительно ли... что Великий князь богат?.." -- Карамзин. Т. VII. гл. IV. Диккенс... о путешествии в Америку...-- "Американские заметки" Чарлза Диккенса (1822--1870) вышли в 1842 г. в Лондоне и в том же году (тоже по-английски) в Париже. ...соучастниками и жертвами которых они являются.-- Примечание Кю-стина к изданию 1854 r" "У нас работа дает человеку жить; в России она его убивает, если, конечно, не ведется медленно и осторожно".
Письмо девятое С. 128. Петербург, is июля...-- По старому стилю 30 июня. "Дрожка" -- В первом и втором издании Кюстин употребляет это слово именно в такой форме; ему указали на ошибку (см., например, Chaudes-Aieues. П. 341--342)' и он стал чисать "дрожки" (см. т. 2, Дополнение i). В настоящем переводе слово употребляется так, как принято в русском языке. ...либо плоская шляпа с маленькими полями... -- Речь идет о так называемом кучерском цилиндре -- "жесткой шляпе с низкой, сильно расширяющейся кверху тульей" и донышком из лакированной кожи (Кирсанова. С. 313)
450
Комментарии
С. 132. Когда Петр Великий ввел то, что называют здесь чином... в полк немых солдат...-- Представления о России как о государстве полностью военизированном, где деспотическая власть уподобляет всех подданных-рабов солдатам и нещадно эксплуатирует их честолюбие, бытовали во французской словесности от "Путешествия в Сибирь" аббата Шаппа д'0троша (1768) до Ансело, писавшего: "Табель о рангах превратила все дворянство в один нескончаемый полк, а империю -- в просторную казарму" (Ancelot. Р. 88--89), и даже обсуждались в Палате депутатов (например, в дискуссии о намерении приравнять военных чиновников к кадровым офицерам 30 апреля 1838 г. Россия была упомянута как страна, существенным изъяном которой является подчинение всей системы управления воинскому уставу). В кюстиновском описании "чина" можно различить и отзвук бесед с Козловским, который в "Опыте истории России" констатировал: "Стремясь заставить всех служить, Петр I возымел сумасбродное намерение уравнять все виды службы при помощи ни с чем не сообразной условной классификации. Он создал табель о рангах: так, титулярный советник приравнен к капитану, коллежский асессор-- к майору. ( ') Это-- звания в абсолютном смысле, как в военном сословии, и обладатели их переходят из одного ведомства в другое, как из одного полка в другой. а в l7^ Т- благодаря поддержке русской императрицы был избран польским королем. Польские патриоты, движимые антирусскими настроениями (Барская конфедерация), объявили Понятовского низвергнутым; подавление их восстания окончилось первым разделом Польши (i773);
Понятовский был вынужден примкнуть к Тарговицкой конфедерации польской знати, стоявшей на стороне России и способствовавшей второму разделу Польши (1793); после третьего раздела (1795) Понятовский отрекся от престола, жил уединенно в Гродно, а после смерти Екатерины по приглашению Павла I приехал в Петербург, где и скончался. С. 141. Моро Жан Виктор (1763--1813)-- французский полководец, сподвижник Наполеона; разочаровавшись в первом консуле, Моро примкнул к роялистскому заговору Кадудаля и Пишегрю, за участие в котором был в 1804 г. арестован и выслан из Франции; жил в Америке, в 1813 г. вернулся в Европу и получил от Александра I должность военного советника;
был смертельно ранен в бою под Дрезденом. В начале i820-x гг. за Кюстина сватали-неудачно-- дочь Моро; в 1829 г. Кюстин выпустил отдельной брошюрой стихотворное послание "На могилу генерала Моро". Кюстин, мысливший параллелями и антитезами, упоминает могилы обоих изгнанников (польского короля и французского генерала); предшественник же Кюстина Ансело ограничился описанием могилы Моро, "которую ни один француз не может видеть без боли. Разве в Петербурге следовало покоиться праху этого полководца, столь славно сражавшегося на поле брани и столь мужественно сносившего удары судьбы?" (Ancelot. P. 227--229).
...при въезде в город, только что покинутый Наполеоном.-- у марта 1814 г. вместе с прусским королем и австрийским фельдмаршалом Шварценбергом во главе союзных войск. Наполеон в это время находился в Фонтенбло. Кюстин не присутствовал при въезде союзников в столицу, так как с середины февраля до ю апреля оставался в Нанси среди сторонников графа