Страница 60 из 62
"Мне надо было взять его с собой! Как я мог оставить мальчика одного во враждебном городе? Какой я был эгоист!" — мысленно клял себя Дэниэл.
— Не кори себя, — Сандр положил в рот последний кусочек хлеба.
— Ты о чем?
— О том, что ты ругаешь себя за то, что не взял меня тогда с собой!
— Ах, вот ты о чем, — Дэн смутился. Мальчик вырос, перестал смотреть на него преданным щенком и… поумнел. Теперь это был взрослый, самостоятельный парень, не нуждающийся ни в чьей опеке.
— И не ври мне, что думал про красотку у стойки.
— Где? — Дэн поискал глазами заявленную красотку, но обнаружил только хозяйку заведения, Матушку Ку, собирающую посуду по столам.
— Она и впрямь, ничего! А если учесть, как готовит! — Дэн подмигнул хозяйке. Она погрозила ему пухлым пальчиком и проплыла с кружками в подсобку. — У Матушки Ку мы с ребятами первый раз попробовали пиво, — вспомнил он свою юность, — уже тогда она была таких потрясающих габаритов! И рука у нее, о-го-го! Валит с одного удара!
— Серьезно? — удивился Сандр.
— А то! Это единственное заведение в городе, в котором нет вышибалы. Стоит Матушке только глянуть на нарушителя спокойствия, и тот становится тихим и смирным, как ягненок.
В Аркусе считалось позором получить тумак от хозяйки заведения, в то время как быть вышибленным из любого другого трактира, расценивалось, чуть ли не как доблестное поведение. Такое положение дел сложилось в те незапамятные времена, когда Матушка Ку была юной девицей, гораздо меньших, но все же весьма солидных размеров. Один разбуянившийся посетитель, бурно отреагировавший на замечание подавальщицы, неосторожно пригрозил ей физической расправой. И расправа состоялась. Макуся, как тогда именовалась девица, за шиворот выволокла забияку в центр трактира, придала ему вертикальное положение и смачно приложила кулаком в лоб. Парень очухался только на следующее утро и не мог поверить, что так вырубить его смогла пухленькая девушка. Потом нашлось еще несколько смельчаков, испытавших на себе действие убойной конечности работницы питейного заведения, на том в этом трактире навеки воцарилась спокойная обстановка. Отсутствие драк и погромов никак не сказалось на популярности трактира, так как кухня и пиво здесь были самые лучшие. Хозяин воспылал к своей работнице неземной любовью и, будучи человеком еще молодым и неженатым, сделал Макусе предложение руки, сердца и недвижимости. После свадьбы название сменили, и с тех пор слава приличного, даже респектабельного заведения навсегда закрепилось за трактиром.
Сандр в первый раз попал в "Матушку Ку", так как цены здесь были весьма высокие, да и находился трактир в районе, прилегающем к дворцу канцлера. А Сандр старался избегать этих мест. Но сегодня с Дэном ему было все равно куда идти, тем более после недельного заточения. Дэниэл воспользовался суматохой, возникшей из-за неразберихи с канцлерами и освободил брата из тюрьмы. Но в застенках еще осталось много людей, арестованных только за то, что они посмели общаться с годсами. Надо было дождаться решения городского Совета, хотя оно лежало на поверхности. Но Дэниэл забыл, что из себя представлял нынешний Совет. Решение затянулось на долгие часы, и коротать время они отправились к Матушке Ку.
— А я ходил в "Беретту", там весело, — Сандр осторожно отхлебывал пиво.
— В "Беретте"? Снетки там приличные, но пиво поганое, — согласился Дэн, принимаясь за вторую кружку. Сдул с пива пенную шапку, сделал хороший глоток и чуть не подавился…
Звук набата, прозвучавшего с городской ратуши, был столь неожиданным, что Дэн чуть не задохнулся от глотка пива.
— Что случилось? — спросил перепуганный Сандр.
— Эти старые зад… господа не смогли решить вопрос, — обреченно вздохнул Дэниэл, — собирают весь город на референдум. Ты сиди здесь, — приказал он, встающему вслед за ним, Сандру, — или нет. Иди в дом к отшельнику. Там встретимся.
— А как же ты?
— Я, в случае чего, выкручусь, — Дэниэл поправил перевязь с мечом, — твои вещи где?
— Конфисковали…
— Ну и ладно! Давай, иди! Через ворота не ходи…
— Понял.
Выйдя из таверны, братья разошлись в разные стороны. Сандру пришлось идти против общего потока, но люди, обеспокоенные редким явлением, не особо обращали внимание на парня, идущего в обратную сторону. Дэниэл одним из первых прибыл на дворцовую площадь, но занимать первые ряды под балконом Законов не спешил. Напротив, он занял достаточно удаленное место в арке флигеля, в котором располагался корпус оруженосцев. Использовав затененную сторону, он старался быть как можно незаметнее. Площадь быстро заполнялась народом. По толпе прошло несколько волн взаимоисключающих слухов, от отречения Крона до объявления его пожизненным правителем с правом наследования. Толпа роптала, недовольные голоса, то тут, то там призывали народ к неповиновению. Вдруг, в каком-то очаге волнений возникло имя Фьерна, и как круги от брошенного в воду камня, понеслось имя старого канцлера к краям площади.
Наконец на балкон вышли члены городского Совета, сопровождаемые стражей. Площадь замерла. К народу вышел начальник стражи Трой и огласил решение Совета. Отчего-то сами члены свое решение озвучивать отказались.
— Народ свободного города Аркуса, — прокричал Ади-Уди, — на ваш суд городской Совет выносит решение о законности притязаний на должность канцлера между Кассием Кроном, — на балкон под стражей вывели Кассия. Толпа неодобрительно загудела, — и Робертом Фьерном! — на балконе появился старый канцлер.
Сначала площадь замерла, и в этой тишине раздался голос какой-то женщины.
— Ой, мамочка! Живой!
А потом тишина лопнула под гулом сотен глоток, радостно приветствующих Фьерна.
— Я дождался этого! — услышал Дэн рядом с собой старческий голос.
— Господин Юрген! Я про вас совсем забыл! Простите меня, ради всего святого!
— Дэниэл, вам не за что извиняться! Вы сделали меня счастливым перед смертью! Этот негодный мальчишка получил по заслугам!
— Но ведь решение еще не приняли?
— Вы сомневаетесь, за кого проголосуют горожане? А разве не ясно? Я плохо вижу, мой друг, но даже отсюда я чувствую, как перекошена физиономия узурпатора!
Дэниэлу тоже показалось, что у Кассия снова случился нервный тик. Движение рукой канцлера к правой щеке подтвердило его догадку.
— Горожане! — пытался перекричать толпу Ади-Уди. — Сейчас вам надо проголосовать за истинного правителя! Кто считает законным канцлером Роберта Фьерна?
Вся площадь вскинула руки в едином порыве.
"Очень умно! Браво, Трой!", — Дэниэл мысленно поаплодировал начальнику стражи.
— Кто считает законным канцлером Кассия Крона? — продолжил начальник стражи.
— У-у-у! — понеслось в толпе и две или три поднятые руки трусливо спрятались обратно. Немногочисленные сторонники Кассия не посмели высказать своего мнения. А осмелевшие жители стали слать в его адрес накопившиеся проклятия.
— Да здравствует законный правитель Аркуса, Роберт Фьерн! — прокричал счастливый Трой, и толпа подхватила его радость.
На плечо Дэна опустилась тяжелая рука.
— Ты не послушался? — не оборачиваясь, спросил Дэн.
— Как я мог тебя оставить? — улыбнулся Сандр. — Толпа так ликовала… Я понял, что все хорошо! За Кассия так бы не радовались!
— Это точно! Ну, что, — Дэн, наконец, оглянулся на брата, — пойдем, поздравим Фьерна с возвращением!
Озлобленного Кассия под охраной выводили с балкона. Он пытался что-то крикнуть, но Ади-Уди бесцеремонно толкнул его в спину. Все-таки Крону удалось вырваться от стражников. Он стремительно выбежал на балкон и, перекрывая гомон толпы, прокричал:
— Сразись со мной, Кондор!
Народ на площади затих, удивленный поступком свергнутого градоправителя. В первые мгновения все смотрели на Кассия, а потом, догадавшись, к кому взывал Крон, стали искать в толпе того, кого похоронили два года назад. Кассий вместе со всеми взглядом обшаривал толпу, пока не встретился глазами с Дэниэлом. Кондор покинул затененную арку, демонстрируя свою персону землякам. Новый вздох удивления прокатился по площади. Дэн медленно, по образовавшемуся живому коридору, вышел в центр площади. Жители Аркуса, кто с восхищением, кто с недоверием, провожали его взглядами. Многие помнили, что когда-то Дэниэл Кондор был правой рукой канцлера. Что же произошло между ними?