Страница 25 из 97
А худенькая, длинненькая Варя Кольцова написала, что собирается стать президентом, «ведь русские женщины всегда отличались добротой, умом и силой духа! И я смогу помочь нашей бедной стране, вот только выучусь и справлюсь с заиканием!» Далее прилагался подробнейший план действий по осуществлению желаемого. Заканчивалось сочинение словами «а на инаугурацию (представьте себе, ни одной ошибочки в слове!) я обязательно приглашу Вас, Алиса Александровна, и Вашего мужа. Мне будет очень приятно видеть Ваше улыбающееся лицо и знать, что Вы помните это моё сочинение и думаете о том, что я выполнила своё обещание».
Очень много чего интересного написали они в своих работах. И даже те, от кого АлиСанна ожидала отписок, шутейности или просто пустых тетрадей, неожиданно увлеклись и поработали на славу. Вот вам и кошмарный восьмой «А», гроза и ужас всей школы.
Постепенно АлиСанна и тридцать восемь «ашек» совсем привыкли друг к другу, она узнавала всё больше и больше об их жизни, семьях, делах. И не переставала удивляться.
Очень красивый какой-то сказочно-принцевской красотой Серёжа Столетов оказался одним из шести братьев в большой многодетной семье. Все остальные братья учились хорошо, и только Серёжке-непоседе при всей его природной сообразительности учёба не давалась. Его старшие братья регулярно вылавливали АлиСанну на перемене и пытливо выясняли, что их «оболтусу» надо сделать, чтобы учиться получше. Сам Серёжка братьев уважал, гордился ими невероятно, но соответствовать им не мог. Ну, не мог – и всё тут! Правда, и не слишком переживал. Сам говорил частенько: «Зато я первый мамин помощник, Алиса Александровна! Я её так люблю, так люблю. Вот бы она нам ещё сестрёнку родила! Я бы всё по дому делал, да и братья бы с папой помогали. Но только чтобы сестрёнку нам!»
И остальные «ашки» были ничуть не хуже. Замечательные были. И АлиСанна полюбила их всей душой. Впрочем, она всех своих детей любила именно так – искренне и сильно, даже если поначалу и чувствовала себя тигром и дрессировщицей одновременно. И дети, кстати, отвечали ей взаимностью. Наверное, поэтому и получалось ладить даже с самыми сложными из них.