Страница 2 из 8
Ирка бессознательно убрала руки за спину и, поймав пальцами дверную ручку, чуть качнулась вперед-назад.
— Терминология расплывчатая, потому что случай… мм… нестандартный, — спохватившись, поспешила пояснить она. — Я сейчас объясню, ты… тапочки надень. Они вон там, в ящике.
— Смотрю, ты уже успела тут обжиться! — заметил Валялкин, доставая вылинявшие тапочки из красной в цветочек ткани — впрочем, вполне подошедшие ему по размеру.
— Вроде как. Даже суп вчера сварила! Ну, попыталась, — она смущенно почесала нос кончиком пальца. Суп вышел таким невозможно солёным, что его пришлось слить в только чудом не забившуюся канализацию старого дома. — Ой, а ты, наверно, есть хочешь?
Валялкин отчего-то развеселился, потёр ладонью светлую щетину на подбородке.
— Вопрос некорректен: есть я всегда хочу! Но я сам себя обслужу, не переживай — мне не привыкать, — успокоил он, вешай на крючок в прихожей куртку, под которой оказалась синяя водолазка без горла, и скрылся в тесной ванной.
Там Валялкин вымыл руки, пока Ирка, юркнувшая на кухню, ставила на газовую конфорку чайник (электрического в квартире не было). Затем, с интересом оглядываясь, гость присоединился к ней.
Пока закипал чайник, сели за круглый стол — Ирка на стул, Ванька на табурет, уперев локти в края столешницы. Дева Надежды снова заправила волосы за уши, случайно зацепив при этом пальцами болтающуюся серьгу-цепочку.
— Так ты не маг? — на всякий случай ещё раз уточнила Ирка, обеими руками поправляя расстегнувшуюся сережку. Она до сих пор была удивлена, что для решения подобных дел Свет привлек обычного лопухоида.
— Бывший маг. Уже долго без магии живу, — спокойно уточнил Валялкин. — Но до сих пор немного странно ходить без магического перстня. В смысле, я с детства привык, что он постоянно у меня на пальце… — усмехнувшись, зачем-то добавил он, кинув взгляд на правую руку, ладонь которой лежала на столе. Сжал и разжал кулак, затем снова поглядел на Ирку.
— Ира, слушай, я ветеринар, и я действительно могу поладить с магическим существами, даже с некоторой нежитью — до сих пор. Но при чем тут… ээ… призрак?
— Ну, понимаешь… — Ирка, которой неожиданно понравилось, как мягко Ванька только что произнес её имя (ей вообще нравился его голос, глубокий и в то же время как будто всегда ласковый), сложила вместе ладони и качнула ими из стороны в сторону. — Это призрак кота.
Светлые Ванькины брови удивленно взлетели вверх.
— У животных не бывает призраков.
— А это и не животное — по сути. Это человек.
Ирка вздохнула и принялась объяснять.
— Жил тут один маг, Антон Заболотный. Любил экспериментировать со сменами ипостаси. Ты, конечно, в курсе, что в животных по своей воле могут обращаться только оборотни и валькирии-одиночки. И еще тебя могут таким образом проклясть, как всех этих заколдованных принцев, но выйти из этого состояния потом, во-первых, самостоятельно не выйдет, во-вторых — та ещё морока! Он ни оборотнем, ни проклятым, ни тем более Одиночкой, разумеется, не являлся, но, как говорится, год за годом упрямо шагал к своей мечте широкими шагами… по кругу. Пока однажды чего-то там его не озарило. Заболотный изобрел заклинание временной трансформации. И спустя пять лет работы над ним наконец успешно обратил себя в кота. Но, видно, в этом состоянии животные инстинкты перевешивали человеческий разум, потому что кот через открытое окно (этаж, видишь, второй, карниз широкий, перед окном липа растёт) сразу удрал гулять, и буквально через десять минут за углом его сбила машина. Не насмерть, так что кот ещё смог вернуться в квартиру… Но дожить до момента, когда заклинание выветрится, и помочь себе не успел. В общем он умер, физически и, судя по всему, ментально в большей части будучи котом. Тело потом, по истечении срока действия заклинания, снова в человеческое обратилось, а душа так и застряла в прежней форме.
— Обидно.
— Ага. Теперь он тут хулиганит. Устраивает жильцам «нехорошую» квартиру, её уже третий раз перепродают, а последняя хозяйка тут вовсе не живет. Пытается сдавать в аренду, но всё больше посуточно, потому что дольше тут оставаться отказываются.
— А с чего вдруг Свет так озаботился мелкими проделками полтергейста, что лично занялся его перевоспитанием? Это же как если бы хулиган кинул камень в чье-то окно, а на вызов вместо полиции отправили отряд спецназа и вертолет, обеспечивающий поддержку с воздуха.
— Ну, ещё зависит от того, что за хулиган и чье это было окно… — улыбнувшись, заметила Ирка. — Но ты прав: обычно в таких случаях мы не вмешиваемся, даже не обращаем внимание. Можно подумать, делать Свету больше нечего — каждую пакостную нежить воспитывать! Но эта квартира теперь стала стратегически важна. Через две недели сюда должна заселиться одна девушка, которая вскоре после этого подружиться с женщиной из квартиры выше и должна будет помочь той в новом начинании, которое будет иметь пока что неизвестные, но значительные и благоприятные последствия для Света. Так что она ни в коем случае не должна удрать отсюда на вторую же ночь, напуганная до смерти шипением под кроватью и скрежетом стачиваемых о ножку кресла когтей! Котона позарез нужно призвать у порядку. Но я здесь уже неделю, а он мне на глаза даже не показывается. Сроки начинают поджимать, вот я и спросила, не может ли мне кто-то… Ты чего?
— «Котона»? — всё ещё посмеиваясь, переспросил Ванька.
— Ну да, — Ирка немного смутилась. — Я его так называю. Он кот и он же Антон. Если сложить вместе, получается Котон.
— А почему нельзя просто звать его Антоном? — искренне заинтересовался бывший маг. — Это ведь его имя.
Ирка категорично мотнула головой.
— Я хорошо разбираюсь в том, как работают смены ипостаси, и как бывает, когда теряешь над этим процессом контроль. Антоном звали человека, а кот — это уже совсем другая личность. Значит, и имя у него должно быть своё.
Ванька чуть сощурил на девушку свои ну прямо поразительного василькового цвета глаза, но ничего больше не спросил.
Наконец закипел чайник. Пока Ирка, прихватив горячую железную ручку валявшейся на батарее тряпкой, разливала кипяток по красным в горошек чашкам, Валялкин вытащил из кармана и расстелил на столе небольшой потертый обрывок скатерти. Как оказалось минутой позже — самобранки.
— Угощайся, пожалуйста, — с удовольствием нападая на предоставленный той бутерброд с колбасой, предложи он Ирке.
Дева Надежды пожала плечами и угостилась хрустящим малосольным огурцом, не погнушавшись запить его разбавленным холодной водой чаем. Настроение к тому времени у неё было странно приподнятым.
***
— Кис-кис-кис!..
Ирка сокрушенно вздохнула. Ванька высунул вихрастую светлую голову из-под шкафа, ладонью стряхивая с макушки комки пыли и одного таракана.
— Мда, упрямый… котик, — пожевав губу, констатировал бывший маг.
Ирка, за неимением, что добавить, снова вздохнула и вгрызлась в грушу. Совместными усилиями они с Ванькой старались выманить призрака уже третий день, но особых успехов Валялкин, как и она ранее, ещё не добился. Ночью кот шуршал в комнатах, мяукал, скреб когтями о половицы и даже уронил с окна горшок, в котором ещё год назад умерла фиалка, но всё ещё осталась земля, которую сердитой Ирке пришлось утром сметать в совок. В первую ночь он даже нагло прошёлся спящему на диване Ваньке по широкой груди — Валялкин в полудреме различил смутно белеющий кошачий силуэт — но по арктически спокойной реакции нового квартиранта сообразив, что тот птица стреляная и до инфаркта его так просто не доведешь, больше Ваньке на глаза не показывался.
— Нам всего-то надо нацепить на него эту штуку. Секундочка дела… — раздраженно бурчала Ирка, вертя в пальцах тонкий кошачий ошейник, подозрительно похожий на ошейник от блох.
— А что это, конкретно? — так и сидя на корточках перед шкафом, заинтересовался Ванька.
— Успокоительное, — коротко пояснила она.
По чуть сошедшимся светлым бровями видя, что Валялкин не удовлетворен ответом, Ирка пожала плечами и добавила: