Гоньба

   Удивительно: постоянно повторяющееся на "Святой Руси" - "греческая вера", "греческое благочестие", "греческая древняя мудрость". Основание для искреннего восхищения, стремления приобщиться. И тут же устойчивое словосочетание, общая уверенность: "грек - лжец". Вероучители - обманщики? А - "истинная вера"? - Это же их, двуличных, проповеди!

   Антоний - грек. И пытался, хотя бы обманом боярской господы, возбуждением алчности князя-претендента, крохобора Гамзилы, заставить князей русских исполнять русский же - не греческий! - закон о наследовании. Как его противник, тоже грек, тридцатилетней давности. И снова не получилось.

   "Хотели как лучше, а получилось как всегда".

   И - ничего.

   Ни киевские князья с митрополитами, ни черниговские князья с боярами - не могут сдвинуть Антония. Ни церковный суд, ни народное мнение, ни княжья немилость - ничего не имеет власти над ним. Умирает, заморенный голодом в Киевских застенках Нифонт Новгородский - не на того князя нарвался, тонет в Дунае Леонтий Ростовский - добрался-таки до него "народный проповедник" Феодор.

   А Антоний, сидючи вблизи постоянно взрывающегося разным дерьмом Киева, на одном из основных военных путей, участвующий практически во всех княжеских и церковных сварах - живой и невредимый.

   Уникальная выживаемость. Всё время в самой гуще, в сердцевине двадцатилетней войны. Часто - на проигравшей стороне. И всё равно - выворачивается, снова поднимается.

   Мы были с ним в этой части схожи. Если Боголюбский привлекал меня способностью к новизне, к невиданным прежде решениям, сочетавшимися в нём с последовательностью, занудством, что и мне свойственно, то Антоний - живучестью, непотопляемостью. Это некоторое сходство позволило нам лучше понимать друг друга.

   Но об этом позже.

   ***

   Я "вошёл" в Муром серьёзно. Не только деньгами в строящееся училище. Фактория, племена на Мокше и дальше, ход по Оке... Мне нужна была "благосклонность" властей в этом городе. Илья и Иона - её обеспечивали. Не от богатых подношений, а сходством мыслей и целей. Иных начальников - мне здесь было не надобно.

   Передача мне земли для стройки была оформлена документально. Но все понимали - "филькина грамота". В любой момент власть может решить аннулировать сделку. Через три года Антоний признавался мне в Киеве, что не стал "поднимать волну" потому, что решил:

  -- Пусть построят. После, всё едино - заберу.

   Время. Черниговский епископ не учёл фактор времени. Того, что ситуация вокруг меня менялась значительно быстрее, чем было ему привычно. "Всеволжск взлетает как ракета".

   Через три года у нас уже об других заботах головы болели.

   Вот такая забавная история, девочка. Началась с глупого и грубого слова. Не там и не той сказанного. А обернулось... разнообразно.

   Изгнание Елизария из Мурома дало отдачу. Придя в Рязань, он, естественно, пожаловался наместнику Рязанскому. Тот, собрата защищаючи, побежал к князю. Живчик, конечно же, взволновался, возбудился, кинулся "спасать церковь святую православную от происков шпыня злобного лысого".

   В смысле: прислал мне сигналку. С укоризной. В смысле: ай-яй-яй.

   Я же вежливый человек! - Тут же извинился-покаялся. Типа: виноват, больше не буду.

   В смысле: попов из Мурома - Ильёй Муромцем вышибать.

   Да и то правда - у нас что, других богатырей нет? Я ещё до Васьки Буслая не дошёл. Вот тот - "да"! Зря он, что ли, аж в Иерусалим хаживал?

   Однако Живчик, увидев мою вежливость, начал проверять меня "на прогиб" дальше.

  -- А чегой-то купчики твои мыта не платят? Ни - за проход, ни - за торг. А давай-ка будут платить.

   ***

   На "Святой Руси" в ходу две налоговых системы.

   Подать, "урок", как по "Уставной грамоте" Ростика в Смоленске. "А с Елно - три гривны и лисица". И плевать - уродился ли в нонешнем годе хлебушек, хорошо ли рыбка в Десне ловилась.

   Другой вариант - мыто. "Ногата с головы, полугривна с лодки".

   Уточню: подоходный налог - крайняя редкость. Типа: "Десятинной церкви - десятину дохода от княжеских поместий". Обычно же доход невозможно подсчитать и проконтролировать со стороны.

   Реальная система - смешанная. Такая... двухпалубная. На верхнем уровне, в связке государь-город - "урок". На нижнем, в городе... по-разному.

   Домовладельцы, объединённые в городские сотни, платят "урочное". Крестьяне - сходно. "С дыма", "с рала". Торговцы, местные и пришлые - варианты мыта.

   Мыто берут местные власти. Им видеть как "богачество", товары мои - мимо носа пролетают - нож по сердцу острый. Власть Живчика на Рязанщине укрепляется. Прежде по городкам сидели люди Калауза, теперь - друзья-сотоварищи Живчика. Они ему в уши и дуют:

  -- Дай денег! Дай! Или хоть дозволь мыто с всеволжских брать.

   "Деньги - кровь государства".

   Государям "крови" всегда не хватает. Малокровные они какие-то...

   Государь мыта не видит. Одна лодка купеческая в Муром пришла или десять - без разницы. Должен городок полста гривен отдать - пусть отдаёт. Отчего его интерес к процветанию торговли... "Денег нет, но вы держитесь". Сами там как-нибудь.