Ромовый пунш

К Джеки это отношения не имело, так что она просто промолчала.

- Он открыл одну из дверей, - продолжил свой рассказ Николет, чнова обращаясь к ней, - вытащил из багажника машины картонный ящик, и занес его внутрь. Затем он вышел, сел в машину, и возвратился в дом на 30-й улице. В половине четвертого сегодняшнего дня он сел в машину и приехал в ту квартиру на побережье, о которой вы уже говорили.

Это её удивило.

- Тогда вы должны были видеть, как туда входила я.

- Лично меня там не было, - ответил ей Николет. - Как раз в это время я в компании хорошего слесаря был на том складе с ордером на обыск. Мы вошли - весь тайник забит оружием до потолка. Чего там только нет, даже вооружение из военного арсенала... Кое-что из находящегося там, по нашей информации, было вывезено с того ранчо близ Локсахатчи, где в понедельник произошло тройное убийство.

- И один из убитых, - предположила Джеки, - оказался отъявленным белым националистом по имени Джеральд какой-то?

- Да, вчера об этом уже заговорили, в утренней газете этому происшествию была отведена первая полоса. И сегодня тоже.

- Я не читала газет, - возразила Джеки. - Одна женщина, которую зовут Мелани, ещё одна подружка Орделла, рассказала мне, что это она убила Джеральда четырьмя выстрелами в сердце. Это действительно так?

Теперь оба они молча уставились на нее.

- Четыре, верно, - сказал наконец Николет, - но только не в сердце.

- Я и сама так думала.

- И что же, она сама призналась тебе? Когда это было.

- Примерно часа полтора назад, в баре "У Кейси", как раз после того, как я ушла из квартиры на побережье. Она там живет. А ещё она сказала, что - вот её слова в точности - "придурочные черномазые, которые выполняют за него всю грязную работу. Они-то и убили двух других мужиков."

Тайлер с Николетом снова переглянулись между собой, и Николет сказал:

- А она не назвала их имен?

Джеки покачала головой, затягиваясь сигаретой.

- Я даже фамилии это Мелани не знаю, - сказала она, и заметила, что Николет опять посмотрел на Тайлера.

- Вы знакомы с Мелани?

- Скорее всего нет, - ответил Тайлер. - А какая она из себя?

- Ну... у неё очень большая грудь..., - начала Джеки.

- Правда? - оживился Тайлер.

- Светлые волосы. Ей, должно быть, около тридцати, но выглядит она гораздо старше своих лет.

- А зачем ей понадобилось рассказывать тебе обо всем? - спросил Николет.

- Потому что она терпеть не может Орделла. Она, видите ли, застрелила мужика, который его самого чуть жизни не лишил, а Орделл не разрешил ей присутствовать на сходке, посвященной "Дню Расплаты". Орделл любит всему давать кодовые названия. Так, свои аферы с колумбийцами он называет "Ром-Пунш".

- У нас тоже один раз проходила операция под таким названием, - сказал Николет. - "Ромпунш", в одно слово. Тогда производились облавы на вооруженные группировки, состоявших из выходцев с Ямайки. Значит, и там без Орделла не обошлось. А как насчет Луиса? Он был там?

- Об этом она ничего не сказала.

Николет задумался.

- Если уж эта Мелани до такой степени ненавидит Орделла...

- Она не уйдет от него, - возразила Джеки. - Я в этом уверена.

Николет перевел взгляд на Тайлера.

- Сам знаешь, что говорят бабы, стоит лишь им только однажды переспать с негром... Но готов поспорить, что мне он теперь гораздо нужней, чем этой Мелани. Так что все бои ещё впереди, - он обернулся к Джеки. - Что ж, посмотрим, кому он теперь достанется: отделу по борьбе с контрабандой или же людям Ферона и шерифу. Так, значит, говоришь, планируется ещё одна поставка оружия?

Джеки кивнула.

- Это то, что он мне сказал.

- Если на складе товара у них достаточно, то это может случиться в любое время. Запахло жареным, а значит, пришла пора сматывать удочки.

- А что если Орделл не при чем? - спросила Джеки.

- Теперь мне это уже все равно. Главное, что теперь мы знаем, где он держит свой хлам, - сказал Николет. - Мы в два счета можем доказать, что оружие было вывезено из дома Джеральда и арестовать Орделла за убийство и заодно повесить на него и оружие. Теперь все складывается гораздо удачнее, чем мы рассчитывали раньше, и черт возьми, мне это нравится. Зато потом можно будет засадить его в тюрьму в Мэрион, и это будет просто замечательно. Уж там-то его будут держать под замком все двадцать четыре часа в сутки.

Поставив пивную банку на пол, Джеки встала, подошла к двери в туалет, и бросила окурок сигареты в унитаз. Затем она снова вышла в палату, и встала у двери в коридор.

- А когда я вновь смогу обрести полную свободу?

- Когда все будет кончено, - сказал Николет.

Она обернулась к Тайлеру.

- Но ведь моим делом, кажется, занимаешься ты, а не он.

- Точно так, - согласился Тайлер, - и я завтра же позвною атторнею штата, и добьюсь того, чтобы он согласился прекратить дело.

- По А-99?

Тайлер улыбнулся ей.

- А почему бы тебе не задержаться ещё ненадолго? Тогда осталось бы только избавиться от Рея...

* * *

Луис свренул с Виндзор-Авеню на 30-ю улицу, и Орделл, который сидел в машине вместе с ним, приказал:

- Не останавливайся, проезжай дальше. Что-то не нравится мне вон тот "Шевроле" позади нас. В нем сидит какой-то мужик.

- А я и внимания не обратил, - признался Луис, взглянув в зеркало. Он белый или негр?

- Как, по-твоему, я мог разглядеть это в темноте?

- Но в этом квартале живут в основном негры, - заметил Луис.

- Это я и сам знаю. Но, к твоему сведению, и среди полицейских есть негров. Гляди-ка, в окнах света нет. Она так рано спать не ложится. Поехали вокруг квартала.

Луис свернул на Саут-Террес, затем на 29-ю улицу, и наконец снова выехал на ту улицу, где стоял дом, в котором жила Симона. Они снова проехали мимо припаркованного у обочины "Шевроле", и Орделл оглянулся в его сторону.

- Черт возьми, ни хрена не видно. Поехали к Шеронде, это вон в той стороне. Тридцать первая улица.

- Я знаю это место.

- Нет, что-то здесь не так. Вот что, проезжай подальше вон туда и поворачивай обратно. Мы возвращаемся. Я немедленно должен выяснить, в чем дело. Свет не горит во всем доме... В конце концов мужик в "Шевроле" может торчать там просто так. Или может быть он девку свою дожидается. Копы тебя не знают, так как тогда они могли прознать, что ты здесь живешь?