Страница 7 из 25
Нижний город был миниатюрой Верхнего, только дома были намного ниже, поэтому было не сложно подняться на последний этаж.
Никто не стал возражать.
– Всё чисто, мы здесь одни.
Девочка улыбнулась Блюму и Альфреду и блаженно закрыла глаза, облокотившись спиной о стену. Пусть и ненадолго, но они в безопасности.
– Ну и денёк… – сказала девочка.
Ребята содрогнулись от этого звука. На пороге в их временное убежище стоял высокий светловолосый незнакомец с книгами в руках.
– О, великий Рэймонд… – раздражено прошептал незнакомец.
Но незнакомца это ничуть не напугало, он пренебрежительно приподнял одну бровь.
Его голос звучал высокомерно и даже вызывающе.
– П-покинуть вас?! – опешил парень. – Это я попрошу вас покинуть меня! Я уже неделю как не могу насладиться долгожданным уединением! Пару дней назад на меня совершили налёт воришки, а сегодня не день, а сумасшествие какое-то! То стражи галопом носятся по улицам, то нахожу странную компашку в своей мастерской!
– Точно, он может побежать к Стражу… Останешься с нами, пока всё не уляжется. В полночь мы уйдём своей дорогой, – Блюм пытался говорить как можно серьёзнее, но из уст мальчика эти слова звучали не убедительно.
– У тебя нет выбора, – отозвался Альфред.
– Хорошо, – преспокойно ответил парень. – А так?
– Не может быть… – прошептала девочка. – Всё оружие…
– Ты прав, но только в руках человека оно обретает такой жестокий смысл, – серьёзным тоном ответил Блюм.
– Прости нас, пожалуйста, мы очень напуганы… За нами гонится Страж и его свора. Мы случайно оказались именно в этом здании. Не нужно оружия, прошу… – она выкинула кирпич и умоляюще посмотрела на незнакомца.
– Я тебя знаю, – внезапно сказал он с заинтересованным видом.
Он единственный из всей компании старался не подавать признаков тревоги или страха, хотя тоже был напуган.
– Я не сказочник, я Фантаст, – ответил Блюм.
– Подумай о своей душе, ей придётся расплачиваться за это. Всё плохое возвращается вдвойне, – попытался разбудить человечность в незнакомце Блюм.
– Я не верю в души, малыш. Ну а ты, что скажешь? – обратился он к девочке.
– Настоящая глупость в жестокости! Каждый может упрекать кого-то, держа в руках пистолет!
Её порыв был ошибочным, вот о чём она думала в тот момент. Нельзя было грубить ему. Если сейчас кто-то пострадает, то это будет её вина.
После этих слов парень спрятал пистолет за пазуху своих светлых джинсов и направился в дальний угол комнаты, совершенно не обращая внимания на оторопевших ребят.
Ребята только сейчас начали замечать, сколько всего находилось в этом помещении. Сначала усталость, затем угроза жизни не дали им возможности осмотреться.
По всей комнате были разбросаны отвёртки, гаечные ключи, неизвестные детали, а в углу комнаты стояли банки с какой-то тёмной жидкостью. Комната была большой, и света от свечей не хватало, чтобы рассмотреть всё, что здесь находилось.
Найдя спички, он подошел к столу и взял какую-то продолговатую стеклянную колбу, обрамлённую ржавым железом с ручкой. В мгновение ока комнату залил густой желтый свет, от чего ребята даже немного прижмурились.
– Только сейчас понял? Эх, а я надеялся, что я более узнаваемая персона.
Их голоса звучали добродушно, будто они были старыми друзьями, которые давно не виделись. Это совсем сбило с толку Фантаста и девочку.
– Так вы знакомы? – спросил Блюм.
– Вы тоже его знаете… – начал Лекарь. – Оглянитесь: книги, инструменты, лампа. Вы знаете много людей в мегаполисе, у кого есть лампа?
– Позвольте представиться, меня зовут ЭрДжей1-25-67-9.
– Да, моё имя не совсем в духе мегаполиса, но я как-то вычитал в одной книге, что в будущем, людей будут нумеровать, а не называть именами, и я подумал, вот же оно – будущее! И назвал себя этим кодовым именем. Оно легко расшифровывается. Буквы выбрал рандомно, просто понравилось, как звучит, а вот цифры имеют значение. Начну с первой: 1 – я первый пронумерованный человек, 2 – это…
Смех Лекаря перебил напряженную мыслительную работу девочки и Блюма.
После этих слов на лице незнакомца появилась неприкрытая гордость. Он сдержано улыбнулся и приподнял подбородок.
– Ты и есть… ты тот самый?.. – опешила девочка.
Лекарь уже полностью расслабился, а девочка и Блюм наоборот были настолько взволнованы, что даже забыли о том, что несколько минут назад он наставлял на них пистолет.
– Так это ты починил водоотвод в южной части мегаполиса? – восторженно спросила девочка.
– Это ты соорудил тот мост в районе Разлитых Берегов? – восхитился Блюм.
– И ты открыл те знаменитые двери в бункере?
– Ты вернул время горожанам из Горных Дорог!
– А, правда, что это ты устроил тот подрыв на площади стражей?
– Ничего себе… – прошептала девочка.
У Изобретателя были правильные черты лица, острые скулы, заострённый нос и выразительные светло-серые глаза. Короткие светлые волосы непослушно торчали в разные стороны, что только прибавляло крутизны его образу. Да и одет он был поприличнее, чем остальные. Светлые джинсы были на удивление чистыми, бордовый вязаный свитер был ему по размеру, а из-под свитера аккуратно выглядывало горлышко светлой футболки. Обут он был в красные кеды без единой дырочки, а запястье левой руки украшали настоящие часы. Не говоря уже о его знаменитой на весь мегаполис электрической лампе! Сделал он её из старого декоративного светильника в форме керосиновой лампы и солнечной батареи, прикреплённой сверху. Хотя горожане предпочитали думать, что он договорился с духами света.
– Моё имя Альфред.
– Ого. Ну а ты?
– Смотри, доиграешься, я ведь твой «старший». Как придумаю обидное имечко, и не сможешь отвертеться.
– В опасной ситуации человек показывает своё истинное лицо. Вы не струсили, это радует, но первоочерёдная причина, чтобы убедиться, что вы не новый ход Стража. Из-за моих подвигов мы с ним немного не в ладах, как вы сами, полагаю, догадываетесь. Да и вообще, многие зарятся на мои изобретения. Постоянно приходится менять место работы, а столько вещей не так-то просто переносить с места на место, – Изобретатель начал усаживаться на пол. Девочка и Блюм решили, что уже можно расслабиться и тоже присели. – Я только пару недель назад перебрался сюда, а тут вы. Конечно первое, что приходит в голову, что вы его ищейки! Сегодня стражи весь день носятся туда-сюда. По словам одной из моих прелестных почитательниц, всему виной двое нарушителей, посмевших наконец-то усомниться в Страже! Подарок судьбы – и вот они вы! Ну, рассказывай, как это, дать пощёчину самому опасному человеку в мегаполисе? – ЭрДжей лукаво посмотрел на девочку.
– Да ладно, не скромничай. Которую ты отвесила Стражу вчера днём, и теперь он грозится тебя убить, а за компанию и малыша, потому что он избил кого-то из стражей. Без обид, малыш, по правде говоря, ты не выглядишь, как борец, но в этом мире всё возможно! Слухи быстро расходятся. Не тушуйтесь, рассказывайте во всех красках!
– Ничего такого не было, ЭрДжей1 и 1… извини, я дальше не запомнила...
– Блюм не бил его, это Страж ударил Блюма ни за что, ни про что, а я просто нагрубила ему, – ответила девочка.
– Ох уж эти дамы с улицы Пьяной Розы, вечно всё преувеличивают! – раздосадовано сказал он. – Вчера ночью, как раз немного после вашего маленького приключения, пришлось мне выбраться в Верхний город, чтобы забрать у одного из моих поставщиков, имя упустим – на меня работать опасно, несколько весьма нужных мне деталей для одного моего нового проекта, который я пока что держу в секрете. Без обид, мы с вами не друзья. Но проект великой важности, поэтому к отбору деталей я подхожу с особой внимательностью. В Нижнем городе можно попытаться найти такие детали, но они старше, дольше лежали без дела, а значит хуже. Мне нужно лучшее, что может предложить мегаполис!
– Так вот, когда я забрал эти детали и сделал ещё несколько немало важных дел, уже было утро! Я хотел осторожно пойти обратно к спуску в Нижний город, но что я увидел? Стражи, как собачонки прочёсывали весь город в поисках чего-то или кого-то. Мне было опасно высовываться, ведь я понятия не имел, кого они ищут. Вдруг меня! И тогда-то мне на помощь пришла одна из моих прелестных почитательниц – Алисандра из улицы Пьяной Розы. Она несколько раз выказывала мне своё безмерное восхищение. Весьма искусно, по секрету скажу я вам.
– Да, можете звать меня так. Изобретатель мне тоже нравится, но как имя никуда не годится. И так, – он внимательно обвёл взглядом каждого, – главный вопрос – так что же так разгневало Стража, что заставило вас бежать в самое «прокля́тое» место мегаполиса? В Нижний город?..
– Ты серьёзно? – Изобретатель снова приподнял одну бровь.
– Яяясно… – Изобретатель не был человеком здешних суеверий. Такая реакция не сказать, что его удивила, ведь практически все здешние жители сделали бы точно так же, но в то же время он не любил подобные вещи, они его раздражали. – А менее эмоциональные ответы будут?
– Ну… – начал Блюм. – По некоторым причинам, нам понадобилось узнать у Стража, как добраться к… заброшенному Парку Развлечений…
ЭрДжей внимательно смотрел на Блюма, ожидая продолжения.
– Ну и ещё узнать, какие испытания ему пришлось там пройти.
– Всё? По-твоему этого мало? – возмутилась девочка.
Даже Лекарь выглядел удивлённо после его слов.
– Парк давно тревожит мой ум. Столько рассказов, мифов, страшилок об одном и том же месте. Самое интересное, что почти все они сходятся. Но я человек науки, поэтому знаю, что нет там никаких испытаний. В мире не существует волшебных желаний или магии!
– Что такое, малышка?
– Я знаю не всё, но в разы больше, чем некоторые недалёкие жители этого пыльного местечка. Верь голосу здравого смысла – там. ничего. нет.
– Ну, не дуйся, перчик.
– Верить или не нет – это твоё личное право, но что насчёт запада и других ориентиров? Как ты узнал? – вмешался Лекарь, пока спор не превратился в ссору.
– Они всегда открыты… – пробурчала под нос девочка.
– Со вторым вернувшимся? – Альфред задумался. – Думаешь, можно верить этим словам?
– Чего? Струсил? – не унималась девочка.
– Ни за что! – выкрикнула девочка.
Блюм внимательно смотрел на свечи и пытался истолковать это.
– В знаки я не верю, малыш, но кажется да, нам по пути.
– Твой брат пошел в Парк? – озадаченно переспросил ЭрДжей.
– Да, он пропал несколько дней назад... Он давно хотел туда отправиться за желанием. В нашей части города его нигде нет. Вряд ли он пошел в другую часть. Скорее всего, он отправился в Парк.
– Что, прости? – гнев снова нарастал.
– Что ты имеешь в виду?
ЭрДжей встал и взял с полки плату за информацию.
– Хромированный. Так что, перчик, мой моральный долг сопроводить тебя к твоему драгоценному брату, ведь вина лежит на мне, – он наиграно свёл брови, сделав огорчённый вид.
– Именно! – бодро ответил ЭрДжей. – И так, в поход нужно брать только самое необходимое! Я мигом! – он принялся энергично перебирать свои вещи. – Можешь не волноваться, малышка, не существует испытаний Парка, и я всем это докажу!
– Ммм, перчик, наконец-то пошли интересные аргументы! Но как я уже сказал – я человек науки. Я верю только тому, что увижу собственными глазами. Поэтому я быстро собираю вещи, и мы идём с вами развеивать этот глупый миф!
– Кстати, у вас пожевать ничего не найдётся? – вдруг спросил Изобретатель.
– Вот, держи, – он протянул ЭрДжею конфетку.
ЭрДжей кинул конфету в рот и принялся собирать вещи.
Девочка была не в восторге от того, что этот тип теперь идёт вместе с ними. Не смотря на то, что это знаменитый Изобретатель, особой симпатии к нему она не испытывала. Всё, что она о нём узнала за эти несколько часов, что он высокомерный, заносчивый, эгоистичный себялюб, который делает что хочет, не задумываясь о том, как это отразится на ком-то другом. Причём эпитеты: умный, талантливый, красивый, гениальный – у неё в голове уже не звучали. Она была полностью поглощена его выходкой с пистолетом, оскорбительным отношением к традициям и верованиям горожан, тем, какое прозвище он ей дал, и его сверхподвижной бровью, которую он то и дело, постоянно надменно поднимал.
– Такс, я всё собрал.
– А кто сказал, что это всё я буду нести один? – лукаво спросил ЭрДжей.
– Ну чего ты, перчик, ну вот ту, маленькую сумочку, – эта провокационная фраза сделала своё дело. Она была в бешенстве.
– Хватит, – перебил её Лекарь, – он нарочно провоцирует тебя, – Альфред перевел взгляд на ЭрДжея. – Столько вещей нам ни к чему. Всё, что не можешь унести сам, оставляй здесь, и точка.
Девочка стояла и сгорала со стыда всё ещё красная, как перец, но уже без того запала.
Блюм посмотрел на Изобретателя, а затем перевёл взгляд на вещи, как бы оценивая ситуацию.
Все ненадолго застыли. Когда человек с таким юным лицом говорит такие вещи, становится слегка не по себе. И хотя Блюм говорил о вещах, но почему-то каждый из ребят вспомнил что-то своё, с чем давно пора было бы расстаться.
– По ходу пути вещи можно обменять на что-то. Например, на еду, воду или ночлег. Эти штуки особой ценности не представляют, но это может спасти нас в какой-то момент.
– В этом ты прав, – Блюм приложил руку к подбородку, размышляя, как лучше поступить.
Не в силах бороться с собой она снова вспыхнула, но на этот раз решила быть умнее и не отвечать.
ЭрДжей подошел к небольшой книжной полке и снял её со стены. Все замерли в предвкушении нового сюрприза от Изобретателя. Тот взял с другой полки жесткую проволоку изогнутую крюком с одной стороны, просунул её в трещину в стене, повернул и потянул на себя, и чудо – кирпич начал выдвигаться.
– Я понимаю, на что ты их обменял, но не понимаю как, – сказал Альфред. – Тебя должны были схватить, как только ты появишься на пороге в бункер. Там ведь одни стражи.
– Все, кроме бункера, – невзначай подметила девочка, которая выглядела вполне довольной своим замечанием. Она лукаво посмотрела на Изобретателя.
– Нужно будет их взорвать…
– Кстати, говоря. Сейчас мне нужно, чтобы вы отвернулись.
– Есть кое-что, что до поры до времени я хочу сохранить в секрете, чтобы потом увидеть ваш неподдельный восторг, когда достану это в пути.
– Лучше, малыш, – ЭрДжей выглядел ещё хитрее и самодовольней.
Они отвернулись, и их любопытство подверглось неимоверным пыткам, пока ЭрДжей кряхтел и пыхтел, усердно запихивая это «что-то, что лучше, чем изобретение» к себе в рюкзак.
Они повернулись и увидели, что Изобретатель достал из тайника ещё один пистолет.
– Тяжело тебе наверно с таким чувством юмора, – безразлично подметил Альфред.
– Тот, который вы видели – игрушечный. Им даже муху не убить.
– А ты думала, я каждый день расхаживаю с полной обоймой? Оружия действительно нет, в Верхнем так точно... А если и получится здесь найти какую-нибудь пушку, то сначала её нужно ещё починить. Я уже молчу о том, как сложно найти патроны. В этом всего один, к примеру.
– И то верно, – ЭрДжей взвалил на свои плечи упакованный им рюкзак. – Возможно, я слегка перестарался…
– Перчик, ты отвечаешь за свет! Бери лампу.
– Ну, тогда скажи, как тебя зовут.
– И что мне тебя «никак» звать?
– Чего?.. Неужели старшие пришли в профнепригодность и больше не дают имена? – никто не ответил ему. – Ну а брат тоже без имени живёт?
– Как? Потти?.. Странная вы парочка…
Все, кто шли сейчас вниз по ступенькам, были в плену сомнений. Все, кроме ЭрДжея. Он даже не обернулся, когда выходил из помещения. Лекарь этому очень удивился. Его собственное сердце до сих пор щемило от мысли, что он покинул своё рабочее место, своё убежище, свой дом…
– О чём ты? – искренне удивился Изобретатель.
– Ал, сначала разрушение – затем воссоздание. Это не только науки касается. В этом принципе заключена сама жизни. Я не привязываюсь ни к кому и ни к чему, потому что прекрасно понимаю, что понятие «вечность» придумали романтики, а жизнь такое слово просто не знает. Всё созданное рано или поздно превращается в пепел, чтобы дать начало чему-то новому. Всё, что они уничтожат, я сотворю заново, все записи, которые они сожгут, я напишу ещё раз. Они не смогут ничего уничтожить, потому что на месте старого появится новое. И так будет всегда.
– А тебя что, беспокоят оставленные тобой вещи?
– Ну, так сидел бы дома и не рыпался.
– Но вот ты здесь. Спускаешься по ступенькам здания Нижнего города. Нижнего, Ал! Готов поспорить, что ты даже не предполагал, что когда-нибудь окажешься здесь! Какой с этого вывод? Твоя жизнь не там, где много вещей, над которыми ты трудился, а там, где ты есть сейчас. Там, где ты чувствуешь, что в эту самую минуту правильно быть. Так что, ни о чём не жалей. Прогуляемся в Парк, провертим мозги, вернёмся, и даже если стражи напакостят – ничего страшного! Нет ничего непоправимого, пока ты жив.
– Когда вернёмся, я сделаю тебе ноги, – Альфред чуть не споткнулся после услышанного. – Чуда не будет, но ходить станет легче, гарантирую.
– И я рад нашему знакомству, Альфред. Если быть откровенным, я восхищён твоими трудами.
– Я бы пожал тебе руку или похлопал по плечу, но, увы, они обе заняты.
Эти двое нашли общий язык. Оба талантливы, сильны духом и прошли через схожие испытания, чтобы стать теми, кем они стали. Борьба велась не только с непонимающими людьми вокруг, но и с самим собой. Трудности, лень или разочарования не смогли даже притронуться к сердцам этих двух. Они преодолели эти преграды самостоятельно и не потеряли себя.
Лекарю было довольно тяжело идти по этим ступенькам – они были очень рыхлыми и ненадёжными. Поручня не было, костыль он не использовал и опирался только на трость.
– Нормально, – Лекарь посмотрел на две огромные сумки в руках Изобретателя. – Ты сам-то как, не тяжело?
Хоть он и храбрился, но было видно, что он подустал от такой нагрузки. Благо уже виднелся выход, а значит, он скоро избавится от этой ноши.
Вокруг не было ни души. Лампа ЭрДжея горела очень ярко и хорошо освещала дорогу. Девочка вышла на середину улицы и внимательно что-то слушала, затем изрекла:
– О, великий Рэймонд… – взмолил ЭрДжей. – Ты меня в могилу сведёшь раньше Стража! Духи? Серьёзно? Я думал, ты слушаешь, не слышны ли чьи-то шаги, а ты духов выискивала?!
– Да я живу здесь почти всю жизнь! Здесь никого нет!
– Спасибо, малыш, может тебя она послушает.
– О нет, и ты туда же… – ЭрДжей умоляюще посмотрел на Альфреда, ища поддержки, но Лекарь, кажется, и не слушал.
– Ладно, суеверные вы мои, сейчас нужно спуститься немного вниз по этой улице к одному неприметному подвальчику. Там я свои вещи и оставлю.
– Почему? – удивлённо спросил Блюм.
– Мы без тебя не пойдём, – сказала девочка. – Как же мы тебя здесь оставим. А вдруг стражи вернутся?
– Это всё ужасно мило, Альфред, но мы идём вместе, – решительно сказал Изобретатель.
– Нет, – ответил он. – Наиболее рационально в опасном путешествии иметь с собой доктора.
– Не слушай его, – вмешалась она. – Теперь мы одна команда. Ты должен всегда быть с нами.
– Пффф… – отозвался Изобретатель. – Вселенная это конечно хорошо, но посмотри на всё с другой стороны. Нам ещё идти чёртову неделю к Парку Развлечений. Так что, считай, что это тренировка на малой дистанции. Да и мы прекрасно знали, на что идём, когда брали тебя с собой.
– Мы знали? То есть ты хочешь сказать, ты знал?!
– Да ты позже всех присоединился к нам! Ты вообще ничего не решал!
– Жаль я ничего не решаю, иначе не взяла бы тебя!
– Стоп! – прервал их Лекарь. – Так всё, я иду. Смотрите, я иду.
– Пойдёмте, чего встали, – сказал Альфред. – А куда идти, кстати?
Девочка залилась краской, но извиняться перед Изобретателем не собиралась. Она пошла первой, освещая путь, сразу за ней следовал Изобретатель, во всю показывая своей гордо поднятой головой, как он обижен. Блюм и Альфред шли позади них.
Лекарю было немного стыдно, что он не сразу пошел со всеми. Это был довольно не зрелый поступок – предложить разделиться, но нужно признаться, что где-то глубоко внутри он хотел посмотреть, что они скажут и как отреагируют. Оставят его и пойдут, или сделают то, что они и сделали.
– Перчик! Поворачиваем! – скомандовал ЭрДжей.
Ей, правда, не нравилось это прозвище и у неё были на то причины.
– Не нужно мне такое имя. Моё забрали…
Блюм обеспокоено наблюдал за их словесной перепалкой и видел, что они по-настоящему злятся. Будет тяжело в пути, если они постоянно будут устраивать подобное.
– Да, Блюм, придают. В этом наша величайшая слабость, но мы не можем не слушать окружающих.
– Перчи… – Изобретатель запнулся на полуслове. – Эх, а такое имя могло бы быть! Пошли, спустишься со мной, у меня обе руки заняты.
– Да уж… – сказал себе под нос Изобретатель и поспешно зашагал за источником света.
Блюм не видел сейчас лицо Альфреда, но отчётливо слышал грусть в его голосе.
– Я могу только представить, что тебе довелось слышать за свою жизнь, Альфред, но если ты, правда, познавал себя через других, поверь и в мои слова тоже – ты прекрасен во всём! Твоя жизнь, твои поступки, решения и ты сам – это всё восхищает меня. Сколько душ я видел – твоя чище всех.
Рука Фантаста легла ему на плечо.
Вдруг вдали показалось мерцание лампы. ЭрДжей и девочка уже шли к остальным, как вдруг она обратила внимание на само здание, с которого они только что вышли.
Лампа осветила нижнюю часть здания и ребятам открылись жуткие надписи и рисунки. На старой потрескавшейся стене было изображено нечто напоминающее обряд. Три стрелки образовывали треугольник, в верхнем углу которого находилось солнце, два нижних угла были отданы неизвестным символам, а в центре треугольника был изображен человек с пустым кругом внутри. Это было не единственное изображение здесь, но лишь оно уцелело.
– Твоё тело, разум и … бала... баланс нарушен… ты в руках См… оставь своё ди… – он внимательно смотрел на надписи, но они были слишком избиты временем, чтобы их можно было разобрать.
Изобретатель был вполне спокоен, ведь он привык к здешним видам, а вот остальные трое были глубоко поражены увиденным. Даже обрывки этих надписей наводили ужас. Было абсолютно не понятно, о чём здесь говорилось, но это было посвящено явно не хорошим вещам.
Ребята наконец-то оторвались от пугающих «посланий» и посмотрели на ЭрДжея. Он выглядел раздражающе оптимистично. Все были окутаны тревожными мыслями о предстоящей попытке бегства. Нужно снова подняться в Верхний город, да так, чтобы не попасться стражам, но, похоже, Изобретателя это не трогало. Он постоял со всеми молча за компанию, переводя дух, а затем решительно двинулся вверх по улице, откуда не так давно ребята пришли к этому зданию.
Но девочка не сдвинулась с места. Она держала фонарь, освещающий её удивлённое лицо.
Теперь Изобретатель выглядел растеряно.
– А как ты собрался покинуть город? Это единственный путь… – ответила девочка.
– Идти по Верхнему городу – гибель! А у меня ещё слишком много не воплощённых идей, чтобы умирать в столь юном возрасте! Идите за мной, я покажу вам другой путь.
– Та-дам! – Изобретатель указал рукой на его альтернативный способ побега.
– Мы спускались уже сегодня в такое место, оно залито водой, – сказал Блюм.
– Туннелях?.. – насторожено переспросила девочка.
– За пределы мегаполиса? – удивился Альфред.
– С ума сойти… – вырвалось у него.