Страница 84 из 103
Грейферные поля их уже зацепили.
Спасательные шлюпки росли, словно бы набухая, пока пятнышки света не выросли окончательно и не сделались даже больше "спидов" - безликие продолговатые штуковины, по форме вроде тыквенных семечек, лишь с несколькими вентиляционными отверстиями на корме, только благодаря которым и можно было сказать, что это в своем роде космические корабли. Яркие световые узоры вспыхнули на панелях полетной палубы, но не привычные ориентиры для "спидов", а новые, подогнанные под размеры спасательных шлюпок. Редер хмыкнул от удивления.
- Я с ними поработала, сэр, - сказала Роббинс. - Подумала, что это время сэкономит.
- Отлично, лейтенант, - похвалил Питер.
Спасательные шлюпки коснулись палубы - или, скорее, почти ее коснулись, удерживаемые грейферными полями над самой поверхностью. Фактически они были невесомы, но это не отменяло их многотонной инерции. Запуск их в движение требовал серьезной работы - то же самое и остановка.
- Ну, народ, за работу! - воскликнул Редер.
Мужчины и женщины бросились вперед с носилками и волокушами, а некоторые сидели в тягловых тележках. Самые предусмотрительные прихватили с собой стяжные крюки и эпоксидку. Стесненный скафандром, Редер тяжело проковылял вперед, схватил дозатор и принялся наносить мазки связующего реагента на "подбородки" спасательных шлюпок. Таким образом тягловые тележки могли прицепиться и тащить шлюпки дальше на борт.
- Рано! - крикнул Питер. - Сперва они остановиться должны!
Голос Питера по командному каналу заставил водителя тележки быстро поставить ногу на тормоз. И тележка из тягловой мигом превратилась в толкательную, когда многотонная инерция спасательной шлюпки неотвратимо поперла ее к дальней переборке полетной палубы. Редер вздрогнул, когда она боком уперлась в обшивку, слегка ее деформируя, а затем остановилась, переворачиваясь.
- Живей, живей!
Еще спасательные шлюпки, и еще - некоторые в такой тесноте, что они, садясь, аж друг о друга терлись, а одна вдруг перевернулась, точно большегрузная цистерна, и, лишенная трения, пошла крутиться колесом по просторной полости.
- Держи ее! - рявкнул Питер, хватаясь за дозатор со связующим.
Затем он как можно выше подпрыгнул с кабелем в одной руке и дозатором в другой, а вес скафандра тянул его вниз. Оба-на - и блямба реагента размером с кулак уже притягивала кабель к корпусу спасательной шлюпки. Сразу полсотни рук схватили кабель, а одна необычайно умелая пара прикрепила другой его конец к пиллерсу на палубе, к которому обычно привязывали "спиды". Пиллерс держался, хотя Питер ступнями чувствовал, как стонет его композитный материал; будь на полетной палубе воздух, от этого звука могли бы барабанные перепонки полопаться. А так ему был слышан только нестройный гомон в интеркоме скафандра, свист системы жизнеобеспечения, обдувающей холодным воздухом его потный загривок, да его собственное затрудненное дыхание.
Наконец Питер заковылял дальше, следя за огромным окном в космос и чувствуя ужас, что предательски крался по его позвоночнику при виде того, как массивные спасательные шлюпки буквально расталкивают друг друга на скате у самого входа... а потом великое облегчение, когда он понял, им там так тесно только потому, что все они уже внутри. Вся сорок одна штука.
- Давай, давай! - Питер не был уверен, чей голос он услышал, когда огромные створки наглухо захлопнулись и воздух ураганом ворвался на полетную палубу. Очень может быть, что и свой.
Благодарение Богу, спасательные шлюпки были сконструированы так, чтобы выгружаться как можно стремительней. Выпуклости их верхних палуб раскрывались точно цветки, а днища просто расщеплялись посередине, и две их половинки обвисали по бокам. Это мигом сгрузило раненую команду "Неустрашимого" на палубу. Люди с "Непобедимого" бросились вперед, загружая носилки и тут же волоча их к теперь уже открытым переходным шлюзам. Санитары бежали рядом с носилками, прилаживая дозаторы с кровью и делая инъекции. Временами кто-то из них останавливался, изрыгал проклятие или просто качал головой, после чего переходил к следующему пациенту. Питер открыл лицевую пластину шлема и тут же об этом пожалел. Множество ожогов и свежих ран даже огромную полость полетной палубы наполнили жутким запахом склепа.
Питер как раз направлял группу людей с носилками, которым, судя по их виду, самим бы носилки не помешали, когда Ван Чунь-мэй, старпом, тронула его за плечо.
- Простите, вы капитана Монтойю не видели? - спросила она.
- Она была в номере сорок первом, сэр, - ответил ей один из санитаров. - В самой последней шлюпке.
- Тогда она должна быть вон там, - сказал Редер, указывая и сразу же направляясь к наружной двери. - А что случилось, сэр? - спросил он, когда Ван торопливо зашагала бок о бок с ним.
- Один из шести баков с антиводородом на "Неустрашимом" совсем плох, сказала она. - Поле теряет.
- Ч-черт, - только и вымолвил Редер.
Его словно в поддых ударили. Предполагалось, что у "Неустрашимого" команда из трех тысяч человек. Если бы он вообще об этом задумался, на что у него, понятное дело, не было времени, он бы сообразил, что означает такое множество раненых. "И капитан с ними, - подумал Питер, чувствуя себя идиотом. - Тысяча погибших".
Это было несправедливо. Несправедливо было терять все то, за что те люди погибли. "Должен найтись какой-то способ спасти тот антиводород", подумал он.
Капитан Монтойя, когда они до нее добрались, раздавала указания кучке своих подчиненных. Она сумела захватить с собой несколько регенерационных блоков. Все они, как заметил Питер, были заняты. И эти тяжеленные штуковины было чертовски неловко передвигать.
- Мы их сперва отсюда уберем, - как раз говорила Монтойя. - А уже потом позаботимся о том, куда их судовой врач захочет доставить.
- Капитан Монтойя? Я Ван Чунь-мэй, старпом "Непобедимого". Капитан Каверс посылает вам свой привет и приглашает присоединиться к нему на капитанском мостике, как только ваши люди будут устроены.
- Мой привет капитану Каверсу, - немного задыхаясь, сказала Монтойя. Я почту за честь присоединиться к нему на мостике. - Тут она огляделась. Но боюсь, в скором времени не получится.