Страница 54 из 103
Сара перевела дыхание и оторвала глаза от убитого ею человека.
- Да, - мрачно согласилась она.
Питер взял ее под руку и повлек за собой. По-прежнему хмурясь, Сара окинула всю сцену последним взором, покачала головой и позволила ему себя увести.
Она какое-то время молчала, затем сказала:
- На меня уже пару раз нападали.
- Прискорбный факт, - отозвался Редер, разглядывая ее задумчивое лицо.
- Но здесь было совсем по-другому. Обычно бывает масса всяких заходов типа "эй, крошка" и тому подобного. Они вроде как друг друга подначивают. Потом ты делаешь им бо-бо, и они отстают. - Она покачала головой. - А эти ничем таким не занимались. Они как будто работали. Словно бы им дали задание, и они его выполняли. - Сара взглянула на Редера, пытаясь понять, что он по этому поводу думает.
- У меня тоже такое впечатление создалось, - согласился он. - Вот только я не могу придумать никого, кто бы на это решился.
- А ведь они за вами пришли, - сказала Сара, подталкивая его в бок. Вы тут главный злодей.
- Да, это мои позывные, - с удовольствием согласился Редер. - Как вы догадались?
- Так вы пилот? - Она явно удивилась.
"Очевидно, капитан-лейтенант до сегодняшнего вечера знала обо мне не больше, чем я о ней, - подумал Питер. - Надо бы как-то этот пробел восполнить".
- Ага, - подтвердил он. - Еще год назад я на "спиде" летал. Потом я был ранен. - Он показал ей искусственную руку. - Пришлось переквалифицироваться.
На лице у Сары появилось выражение человека, которому его знакомый только что свою любимую жабу представил.
- А что такое? - спросил Редер, чувствуя неловкость.
- Да нет, ничего, - быстро ответила Сара. - Просто мне... обычно я с пилотами "спидов" не лажу.
- В самом деле? - откликнулся Редер.
- Да, - сказала она, по-прежнему стараясь быть вежливой. - Они от нас, от "психов", очень отличаются. Совсем другая порода.
Все время, пока она говорила, Питер чувствовал ее отчуждение и был этим не на шутку смущен и раздосадован.
- Но, капитан-лейтенант, - осторожно возразил он. - Меня самым капитальным образом усмирили. Я физически неспособен на "спиде" летать. Чего вам еще нужно?
- Бросьте! - вдруг огрызнулась Сара. - Нечего приписывать мне слова и мысли, которых у меня и в помине нет. Если хотите себя пожалеть, я вам тут не помощница.
"Мои поздравления, Редер, - подумал он, глядя, как она уходит. Твой мальчишеский шарм еще одно чудо сотворил".
Он пустился следом, и через несколько мгновений ее догнал. Но Сара смотрела прямо перед собой, и глаза ее искрились гневом. Да и Редер вдруг понял, что слишком устал для продолжения разговора. "День был длинный и напряженный, - напомнил он себе. - Возможно, ты просто что-то не то сболтнул".
Хотя глубинный инстинкт подсказывал ему, что молчание тоже может быть неверно истолковано.
"О Господи, - подумал Редер, - все это так запутанно. Я просто хочу лечь в постель. А мир с его проблемами пусть куда подальше катится".
Редер сбросил второй ботинок и ненадолго присел на край койки, слишком усталый, чтобы так сразу снять носки. Они с Сарой доложили о нападении на гражданской стороне КПП, после чего со всем подобающим сочувствием оказались втянуты в тот самый бюрократический кошмар с заполнением всевозможных бланков, который так часто в художественных фильмах о дегуманизации человечества показывают.
Сотрудники гражданской службы безопасности казались так искренне расстроены инцидентом, что без конца продолжали извиняться и восклицать. Однако Редер поверил в их искренность, только когда они сказали:
- Здесь такого просто не бывает. Сами подумайте, куда им отсюда сбежать?
"Действительно, - устало подумал Питер, - куда?"
Они с Сарой приняли любезное предложение проводить их до корабля, после чего расстались с измученными пожеланиями доброй ночи, кривыми улыбками и неловкими жестами. Спать им до очередной вахты оставалось совсем немного.
"Ладно, - подумал Питер, - она уже взрослая девочка. И наверняка не нуждается в моей помощи, чтобы свою койку найти". Но все же компания Сары очень ему понравилась. И он искренне сожалел, что между ними вдруг такая кошка пробежала. "А, к черту, - подумал он затем. - Мне что, больше подумать не о чем? - Тут Питер потер лоб. - Если бы я только мог думать".
Тут затрезвонил интерком. Он опустил стол и нажал на кнопку. На тонком стенном экране появилась одна из сотрудниц службы безопасности станции, и Питер подавил мучительный стон.
- Простите, что так поздно вас беспокою, - сказала она, - но я подумала, что вы захотите это узнать. Убитый человек работал здесь грузчиком. Его документы оказались очень хорошей подделкой, иначе, уверяю вас, его бы на станцию не допустили. Хотела бы я вам больше рассказать. Женщина развела руками. - Но не похоже, что он с кем-то связан. Компания, на которую он работал, как раз должна была его уволить. А отсюда вытекает, что он автоматически отправился бы домой. Домой в данном случае означает - на Каттавасию. - Холодный маленький аванпост, прежде всего известный своей заброшенностью.
- Когда ему предполагалось отбыть? - спросил Редер.
- Завтра, - с мрачным видом сообщила женщина.
- А вы не могли бы...
- Проверить, нет ли на борту кого-то из его компаньонов? Да, сэр, мы об этом подумали, - натянуто кивнула она.
- Извините, - сказал Редер. - Я слишком устал, чтобы кому-то советы давать.
- Доброй ночи, сэр. Надеюсь, завтра мы сможем больше вам рассказать.
Он лишь махнул рукой и нажал кнопку отмены. А потом боком повалился на койку и заснул раньше, чем его голова шлепнулась на подушку.
- Дебилы! - орал человек в маске. - Идиоты, кретины! Еретики! Что было в ваших жалких мозгах?
- Мы хотели как лучше, Приближенный, - сказал Ступе Грехобор. Он злился на себя за низкопоклонство, но его страх одолевал злость. Приближенный мог приказать ему покончить с собой, и он был бы вынужден это сделать - или вечно страдать от адовых мук. - Нам представлялось, что смерть этого офицера была бы в высшей степени деморализующей.
- Верно, была бы, - подтвердил Приближенный. - Но она также была бы в высшей степени подозрительной! - Последнее слово он уже просто проревел. Наши враги далеко не такие безмозглые! - Подразумевалось, что Грехобор именно такой. - Когда они видят, что два офицера с одного и того же корабля, занятые на одном и том же посту, буквально один за другим встречают смерть, они об этом крепко задумываются. Не так ли, Ступе?