Страница 76 из 115
- Меня зовут, Глашенька, - голос девчушки был нежным и тонким, как звоночек серебряного колокольчика. – Мои братишки и сестрёнки отправили меня за хворостом. Мы собираем здесь его всегда. Обычно, тут тихо и спокойно. Но сегодня кто-то видно разбудил и потревожил турлахов. Слышите, как они ревут. Если они нас найдут, то нам не поздоровиться.
Наконец-то она окончательно высвободилась из пут кустарника и поспешно вырвалась наружу. На вид, ей было лет, пять… не больше. Юркая, бойкая, худощавая. Льняная рубаха, с чужого плеча, приходилась ей не по размеру и висела на ней мешком. Но зато, почти полностью прикрывала ноги. Похоже, что девочка стеснялась Гертруды. Отчего, избегала смотреть ей в глаза и постоянно отводила взгляд, скрывая лицо за растрёпанными волосами. Осторожно и нежно, чтобы её не спугнуть, Гертруда взяла Глашу за подбородок, подняла её голову и повернула к себе. И тут, поняла, в чём была причина… Кожа девочки напоминала цвета истлевшего пергамента. А её посиневшие губы и тёмно-бурые круги под впалыми глазами, говорили сами за себя. Перед Гертрудой стояла не девочка, а то, что от неё осталось. Глаша, которой она была раньше, умерла. А это был её призрак во плоти.
- Не пугайтесь меня, - сказала она нежным голосочком. – Я не кусаюсь. А если хотите отсюда выбраться живыми, то доверьтесь мне и следуйте за мной.
Ну, а что ещё им оставалось делать. В ситуации, в которой они оказались, выбирать не приходилось. Уж лучше довериться призраку маленькой девочки, чем бежать неизвестно куда, от чудовищ турлахов. Тут, хоть призрачная, но хоть, какая-то надежда. Тем более, когда понимаешь, что твои силы уже на исходе. Заручившись одобрением саламандры, Гертруда бросилась вдогонку, за исчезающей в пелене молочного тумана девочкой.
Они неслись со всех ног. Словно зайцы, петляли и путали следы. Огибали кусты и одинокие чахлые деревья. С точки зрения здравого смысла, такой маршрут мог бы показаться нелепым и абсурдным. Но, спустя несколько минут, Гертруда почувствовала, как ей стало легко бежать. Свинцовая тяжесть, сковывающая её движения, отпустила. В голове прояснилось. Тошнота прошла. Значит, Глаша ведала, что делала. В её замысловатых зигзагах и петлях, заключался, какой-то, неведомый и непостижимый смысл, который развеивал, наведённые на них чары турлахов.
- А кто, они такие, эти турлахи? - спросила Гертруда у девочки, когда они выбрались из тумана, и оказались снова на опушке леса.
- Не произноси их имени вслух, - предупредила Глашенька. – Они этого не любят. Сейчас мы в безопасности. Но, когда они слышат, как их зовут, они могут выйти за пределы своих владений. И если ты не знаешь, как от них спрятаться или защититься, то они найдут тебя, где бы ты ни была, и уволокут к себе.
- И что, дальше?..
- Тебе лучше, не знать, - спокойно ответила Глаша, как будто речь шла, о чём-то незначительном. – Тех, кого они забирали к себе, больше никто никогда не видел. Но зато слышали, их крики с мольбами о пощаде, которые разносились по всей Долине. Жуткие крики. От таких, даже призракам становилось не по себе. Ты заметила украшения из костей и волос, у того, что за вами гнался? Теперь догадываешься, откуда они?..
Дальше, какое-то время они шли молча. Гертруда следовала за Глашей, и следила за тем, не поджидает ли их кто-нибудь в засаде. Несмотря на то, что девочка вывела их заколдованного тумана и спасла им жизнь, доверяться ей полностью было бы на их месте опрометчиво. Кто, её знает, что там, у неё на уме.
- Куда мы идём? – поинтересовалась Гертруда, когда они свернули от опушки в сторону.
- Ты идёшь, за мной, - не поворачиваясь, ответила Глаша. – А я, к себе домой. Если, не хочешь, можешь идти, куда посчитаешь нужным. Я тебя не неволю. Здесь уже вам решать.
Ответ был прямым. Но, далеко, не исчерпывающим. Кто его знает, с чем им предстоит столкнуться. Успокаивало лишь одно - девочка не вызывала у них с Флаймой чувства опасности или неприязни. Если, не считать, конечно, того, что она была мертва.
Но, с другой стороны, стоило задуматься – отчего она так легко, отнеслась к тому, что они пойдут за ней. Для чего, их спасла? Ведь, если бы турлахи продолжили преследовать Гертруду с Флаймой, то велика вероятность, что на Глашу, они могли не обратить внимания. Даже, напротив - от этого, она бы только выиграла. И тем самым, обеспечила себе бы безопасность.
Значит, в том, что она их спасла, был свой резон. Остаётся узнать – зачем ей это нужно? Уходить от Глаши сейчас, пока она не представляет опасности, нет никакой нужды. Нужно добраться до места, где она живет. А там уже, будет видно.
- Далеко, ещё? – Гертруда решила уточнить.
Начинало смеркаться. И от этого, на душе становилось неуютно. Если они не доберутся к жилищу Глаши до темноты — значит, точно, от неё не стоит ожидать ничего хорошего.
- Уже, не далеко, - ответила она. - Мы живём, вон за тем холмом, в заброшенной избушке.
- Почему, в заброшенной?
- Потому, что мы призраки, - Глашу даже слегка позабавил такой нелепый вопрос. – Мы не строим себе домов. Вы когда-нибудь видели призраков строителей?
- Ну, конечно же, нет. Прости. Я просто, не так выразилась, - смутилась Гертруда. –Я к тому, что в избушке кроме вас никто не живёт… А, кто там жил до вас раньше?
- Не знаю, - призналась Глаша. – Да, и какое, это может иметь значение. Нам, нужен кров и немного тепла. Мы же тоже, в прошлом, были людьми. Поэтому, и подбираем себе жильё, к которому привыкли. Если бы вместо этой избушки была другая, то мы приютились бы, в другой. Впрочем, тебе, этого не понять. Ты же, не призрак…
Они стали взбираться на холм, петляя замысловатыми зигзагами. По прямой добраться к вершине было не удобно. Холм был не ровным. По склону, им тут и там им встречались обрывы от оползней, с торчащими из них узловатыми корнями, огромные валуны и глубокие рытвины, по всей видимости, оставшиеся после воды, которая когда-то стекала сверху.