Страница 291 из 555
«Везде – кроме того места, где я ещё могла бы быть нормальной», — подумала я. — «Всегда – кроме того времени, когда я могла бы сказать «я выхожу замуж» без боли в груди».
— Пожалуйста… не надо… — мой шёпот тонул в рокоте волн, распалявшихся под нами. — Ты же знаешь, что это не так. Ничто не вечно. Всё имеет свой конец… А этот туннель со светом в конце… Это не звезда. Ты видишь фонарь у входа в шахту…
— Перестань ломать, — её голос был хриплым от слёз и ветра. — Хватит, я прошу тебя, хватит. Давай… давай что-нибудь построим. Хоть шалаш из слов. На пять минут. Пожалуйста.
— Слова… — Я сжалась, боясь до дрожи, что это мгновение ускользнёт. — Мы все жонглируем словами, но разве способны они подарить чувства? Это дурацкое слово «всегда»… — Хаотичные воспоминания кружились в голове, потери затмевали приобретения, и я никак не могла ухватить это мгновение, чтобы оставить его с собой – оставить навсегда. — Это слово… оно как последний крик знаменосца в проигранной битве со временем. В той, которую я проигрываю с самого первого дня…
Софи прижалась ко мне ещё плотнее, и теперь я согревалась её жарким дыханием, силой живого тела, лучащейся сквозь кожу. Не просто страстью – но лихорадкой.
— Ты не представляешь, на что способны искренние слова, — сипло произнесла она. — Особенно в минуту, которая предназначена именно для них. Это синергия момента, звука и мысли, и она способна выйти за пределы времени… И даже если мы останемся только вдвоём… давай сражаться вместе.
«Сражаться?» — подумала я, ощущая, как её жар прожигает мне кожу. — «Мы не будем сражаться. Мы будем гореть, и я уже вижу, как твои крылья, такие яркие и живые, обугливаются в моём пламени».
Раскалываясь пополам оглушительным громом, над головой треснуло небо, и из разлома хлынула вода – она барабанила по куполу, ветер швырял её, хлестал брызгами по мутным от времени стенкам камеры, а мы с Софи жались друг к дружке – два острова в бушующем океане времени.
Мы застыли, пригвождённые страхом отпустить друг друга. Ничего больше не осталось. Ни мира, ни времени – лишь только мы одни, обернувшиеся друг для друга единственной вселенной – маленькой, тёмной и обречённой. И мысль о её конце была уже не страшна. Она была сладостна, потому что это означало бы: падение наконец-то закончится…