Страница 205 из 555
— А может, это Мелинда? — подал голос Василий. — Решила отомстить, например. Лиз, ты же её вчера чуть не задушила. Чем тебе не мотив?
Я вспомнила её полные ненависти глаза, бьющие по мехапротезу слабенькие кулачки, хлипкое тело, которое я могла бы при желании переломить пополам. Это вполне могла быть Мелинда. Выпустив монстра, она рассчитывала на мою гибель, но поплатилась жизнью сама. Опасность, впрочем, никуда не исчезла, и нам предстояло найти Джона.
— Каков план действий? — спросила я.
— Брать живым – и только живым, — отчеканила Катрин Адлер. — Это образец для исследований, и я не могу позволить ему погибнуть. Слишком много сил вложено в этот проект… — Затем она отвернулась и едва слышно прошептала в пустоту: — Мелинда, как ты вообще до такого додумалась…
Что-то щёлкнуло в отдалении. Аварийные лампы ахнули багровым светом и погасли, погрузив мир в слепую, густую тьму на две секунды. В этой вспышке перед тем, как глаза ослепли, я почти увидела мелькнувший тёмный силуэт в коридоре. Но в этот же миг вспыхнул штатный свет, ударил по глазам яркими потоками фотонов. Там, в отдалении никого уже не было. Показалось…
Новый день расцветал над лабораторией…
* * *
При штатном освещении проявились немногочисленные следы босых ног, удалявшиеся в сторону лифтового зала, где была найдена Мелинда. Василий с Оливером проверяли нижние этажи, морг и подземную тюрьму. Мы с Софи обходили верхние помещения и заглянули почти в каждый уголок. Грузовой лифт, общий зал, столовая, оба жилых крыла, комната охраны, оба этажа склада с оборудованием, ботанический сад под куполом… Похоже, Джон затерялся в ветвистых коридорах комплекса и больше не показывался…
И в этот момент что-то щёлкнуло и замкнуло в руке, послав в мозг короткую, яркую вспышку – нейроинтерфейс взвыл ошибкой. Кисть на новом, «продвинутом» московском протезе застыла, обездвиженная, с холодным оповещением на деке: «ЗАКЛИНИВАНИЕ СЕРВОПРИВОДА. КИСТЕВОЙ УЗЕЛ».
Пришла беда, откуда не ждали…
— Крякнул протез, — раздосадованно пробормотала я. — А ведь даже месяца не прошло.
— Отказал сустав? Который? — отозвалась Софи.
— Кистевой, — уточнила я.
Тут же накатило ощущение голой, детской беспомощности. Усталый разум, лишённый привычного оружия в виде одной из конечностей, начал играть в кошки-мышки. Под веки лезли картинки – окровавленная зубастая пасть, испачканные пальцы с обломанными ногтями, тянущиеся из темноты. В ушах, поверх тихого гула вентиляции, зазвучали тихие, ритмичные шлепки босых ног по металлу. И сложно было понять, где – снаружи или в голове.
Я уже не помнила, когда удалось нормально выспаться – эти времена остались далеко позади. Вечная полудрёма, всплески адреналина и маячащая где-то вдалеке задача…
Кстати, какая задача передо мной стояла? Ах, да… Альберт хотел получить какую-то информацию, результаты неких экспериментов. Один из результатов прятался теперь где-то в недрах этой лаборатории, поджидая неосторожную добычу…
— Надо чинить, и чем быстрее – тем лучше, — заявила Софи.
— Это и так понятно, — нахмурилась я. — А ты что, умеешь?
— Ну, я не спец по мехмодификациям, если честно, — помялась она. — Но принцип работы понятен: суставы сгибаются, приводы сокращаются… Оливер, приём…
— Я здесь, — приглушённо пробубнил коммуникатор на её ухе.
— Нам нужно чинить Лизу. Протез не работает.
— Дождитесь нас возле лифта. Как у вас? Чисто? Следы никуда не привели?
— Может, он сплёл себе тихий кокон и ушёл на дневной сон, как мирметеры, — предположила Софи.
— Светобоязнь, наверное, — заметила я. — Как при бешенстве.
Ошибка не исчезала, а я тем временем вспомнила о плазменном мультитуле, который пару раз уже успел меня выручить. Как там это делается? Нужно вспомнить… С лёгким щелчком из запястья выдвинулось бирюзовое жерло, и лучом дрожащего раскалённого воздуха вспыхнула плазменная горелка.
— Балдёж! — с восторгом воскликнула Софи. — А сварку ею можно делать?
— Я не пробовала, но вот дырок точно можно понатыкать.
— Я вам устрою – «понатыкать»! — воскликнул Василий с лестницы, поднимаясь на наш этаж. — Вам что, одного этого беглеца мало?!
Пока он восстанавливал дыхание, Оливер, возникая за его спиной, резонно заметил:
— Нам бы Эмиля куда-нибудь отнести. Нехорошо его тут держать.
— Ну, пошли, — выдохнул Василий. — Гада этого потом найдём…
Мы покинули лифтовый зал и вернулись к лестнице в спальный блок, у подножия которой всё так же лежало неподвижное тело.
— Давай, я за руки, ты за ноги. — Василий уже стоял над телом Эмиля. — Готов?
— Да, взяли, — ответил Оливер и покрепче ухватил бездыханное тело за брюки.
Крякнув, мужчины подняли тяжёлого бойца и, пыхтя, поволокли его обратно к лифту. На стальном полу красными оттисками отпечатывались ребристые подошвы армейского ботинка Василия, вляпавшегося в багряную лужу.
— Нам бы починиться, — сообщила Софи Василию в спину. — У вас здесь есть инструменты?
— В комнату охраны идите, — бросил он, пыхтя с ногами тяжёлого Эмиля в руках. — Бледно-жёлтый шкаф справа на уровне глаз. Там, правда, подрастащили уже… Вы только закройтесь изнутри, я вас сам открою. Но если хоть одну брешь в обшивке увижу – пеняйте на себя…
* * *
В комнате охраны, разместившись на кресле, я переводила взгляд с одного экрана на другой, а Софи копалась в шкафчике с инструментами. Несколько мониторов были поделены на десятки изображений, и некоторые из них были под замком. Видимо, для их просмотра требовалась авторизация.
— Слушайте, нафига мы там бродим, если везде столько камер? — устало спросила я у коммуникатора, пытаясь сопоставить картинки со знакомыми местами в небольшом, но ветвистом комплексе. — Надо просто поднять записи и посмотреть, куда он пошёл.
— Ночью питание подаётся только на подвальную часть, — пояснил Василий в наушнике. — Если бы здесь всё не разваливалось на ходу, мы бы давно нашли гада.
Тем временем на одной из камер возникло движение. Шен Сяодан бесстрашно, словно ничего необычного не произошло, орудовал с пробирками в зоосаде. Вот он прошёл от одного стола к другому и в одном ему известном порядке выложил пробирки в центрифугу.
Оливер и Василий закатывали передвижные носилки в помещение с рядами квадратных люков в стене. В остальном на камерах царили тишина и спокойствие – не было видно лишь Катрин Адлер – она, возможно, находилась в своей личной комнате. Не исключено, что под одним из замочков.
— Интересно, лабораторию они проверили? — спросила Софи, возникнув рядом со мной, держа в руках универсальную отвёртку. — По-моему, это единственное помещение, куда мы не заглядывали.
— Здесь наверняка есть уровни ещё ниже, — заметила я.
— Не дёргайся, — неожиданно твёрдо и спокойно произнесла она, как хирург. — Расслабь кисть. Скажешь, если стрельнёт в нерв.
Воспользовавшись моментом, я решила дать отдых глазам, а Софи с тихими щелчками и шуршанием ковырялась в кисти руки, словно дантист в зубе под местным наркозом. Провернувшись, сустав аккуратно отделился, и сигнал с кисти пропал вовсе. Я представила себе, что нахожусь где-то далеко отсюда, но картинка почему-то не складывалась, всё происходило будто в пустоте.
— Нам просто необходимо как-то связаться с внешним миром, — вдруг заявила Софи из темноты. — Я так больше не могу. Просто не могу…
Распахнув дверь в комнату охраны, Василий раздражённо бросил:
— А чем я тут, по-твоему, занимаюсь ежедневно? Мы с Шеном дважды перебрали модуль дальней связи, но проблема не в нём, а в магнитных полях. Энергии сигнала не хватает через них пробиться.
— Может, стоит сгонять за передатчиком получше? — спросила я.