Страница 2 из 6
— Но я действительно думал, что ты куришь, — возмутился Часовой.
— Это были лечебные травы, дурак. И я их не курил, а просто поджег. Так делают на Востоке, знаешь.
— Откуда мне было знать?
— Ладно, забыли, — примирительно вздохнул Хронист. — Так проигрался ты, и что дальше?
Часовой, походя на рассерженного быка, выдохнул через нос, но все же ответил:
— Чернокнижник сказал, что он забудет о моем немаленьком долге, если я украду для него Принцессу.
— Какую из? — изображая заинтересованность, уточнил Хронист. На деле он сосредоточенно замазывал ошибку, допущенную в слове, и все больше убеждался в том, что весь лист придется переписывать.
Черт подери этого Часового, с ним никогда не выходит нормально работать.
— Белокурую, естественно, — ответил Часовой так, будто была непреложная истина в том, что чернокнижники обязательно пылают желанием к белокурым принцессам.
— Белоснежку? — не расслышал Хронист.
— У Белоснежки белая кожа, а волосы темные, ты с ума сошел?
— Я не расслышал, извини.
— Потому что ты не слушаешь, вот ты и не расслышал.
— Белокурая Принцесса… — задумчиво пробормотал Хронист так, словно пропустил мимо ушей все упреки Часового. На самом деле, он просто не мог вспомнить ни одной Белокурой Принцессы в их королевстве. Вероятно, она была новенькой или что-то в этом роде. Потому что, конечно же, Хронист не мог не знать всех в стране, ведь он обязан документировать каждого важного жителя. — И что ты собираешься делать?
— Ну не могу же я украсть Принцессу, работая на Короля. Я сразу же потеряю свою работу.
— То есть, это единственное, что останавливает тебя от похищения Принцессы?
— Какого же ты обо мне плохого мнения, друг, — покачал головой Часовой и наконец-то повернулся к Хронисту лицом. Хронист, кажется, в сотый раз за свою жизнь хмуро оглядел правильные черты лица Часового и опять вернулся к работе. — Нет, конечно же, еще меня останавливает то, что конкретно та Принцесса, которая нужна Чернокнижнику, при этом является довольно сильным магом.
— А, Принцесса-Волшебница, что же ты сразу не сказал?
— Мне показалось, ты понял, о ком я.
— Разве у нее белые волосы?
— Они у нее русые, а не белые. Когда ты последний раз видел женщин?
Хронист опешил и опять сделал непоправимую ошибку. После он раздраженно смял листок в руках и мысленно поплакал над ним, так как бумаги ему присылали все еще мало.
— К чему этот вопрос вообще? — оскорбленно поинтересовался Хронист.
Часовой недоуменно пожал плечами.
— Не знаю, просто вдруг захотелось спросить.
На самом деле, в привычках Часового, помимо стояния спиной к собеседнику, также была и привычка неожиданно переводить тему разговора, ссылаясь на свое «хочу».
— Я вижу женщин каждый день, Часовой, — серьезно посмотрев на друга, медленно ответил Хронист. — И не переводи тему. Что ты собираешься делать с Принцессой? Чернокнижник проклянет тебя, если ты не принесешь ему ее на блюдечке.
Часовой сложил руки на груди, отчего на его идеальном черном мундире появились складки, и терпеливо проговорил:
— Вообще-то, возвращаясь к началу нашего разговора… Я хотел попросить тебя о помощи.
— Подожди, но мы начинали с разговора об ангелах и демонах.
— Я пытался подвести.
— В смысле «подвести»? — Хронист потянулся за новым листом, надеясь закончить хоть что-нибудь к концу дня.
— Чернокнижник сказал, что ему нужна Принцесса потому, что она невинна и добра, как ангел. А я сказал, что ангелы скучны.
— Но я бы не назвал судьбу Принцессы скучной, — возразил Хронист.
— Но она скучна. Принцесса идеальна, за ней незаметно никаких грехов. Она лечит больных своей магией и активно участвует в политической жизни королевства. Сравни ее с Принцессой-Генералом и поймешь, о чем я.
— Они близняшки.
— Я знаю. Я предлагаю сравнить их судьбы, а не внешность.
— Погоди… я сказал «близняшки»! — воодушевленно перебил Хронист.
— Да, ты сказал «близняшки», — Часовой закатил глаза.
— Мы можем их подменить. Сговориться с Принцессой-Генералом. Она убьет Чернокнижника, потому что она не ангел!
— Ты с ума сошел, — скепсиса в голоса Часового было столько же, сколько и уверенности в действительном сумасшествии его друга.
Хронист хлопнул себя по лбу и задел локтем чернильницу. Пузырек покатился по столу и разлился, на что, впрочем, уже никто не обращал внимания.
— Это отличный план, Часовой! Принцесса-Генерал борется с магией всю свою жизнь! Она уж точно не откажется расправиться с Чернокнижником.
— И почему у тебя энтузиазма больше, чем у меня? Эй, вообще-то это я проигрался в карты.
— Помолчал бы уж, повеса, — вскакивая со своего места, запричитал Хронист. Часовой поразился такой активности, ведь в обычное время летописец мог просидеть на одном месте не один день.
— Куда это ты собрался? — менторски поинтересовался Часовой.
— К Генералу, дурень. Пошли! — Хронист потянул его за рукав мундира прямо к выходу из кельи.
— Ты сдурел? Нет, ты точно сдурел.
Впрочем, отказываться не было никакого смысла.
Хронист ведь безвылазно сидел в башне уже второй десяток лет, а Часовой никогда не мог отказать ему в минутной передышке от работы.
҉ ҉ ҉
Улицы города встретили Хрониста и Часового запахом гари и видом дымящихся баррикад. Впереди по улице люди сновали туда-сюда, разбирая завалы и вытаскивая из-под них своих погибших товарищей.
Восстание закончилось.
Пока мужчины спускались с башенного холма, Хронист вновь заговорил:
— Меня все-таки не покидают мысли об ангелах и демонах.
Часовой усмехнулся, поправляя на голове свою высокую гвардейскую шляпу, и ответил ему в своей обычной насмешливой манере:
— О, похоже, я что-то задел в твоем сердце, мой друг? Не тяни, скажи, что тебя волнует.
— Ты сказал, что ангелы скучны, потому что добры от природы. Но разве демоны не могут быть злы, потому что они злы?
— Конечно же, могут, Хронист, — кивнул Часовой и скользнул взглядом по открытым ставням домов, откуда выглядывали заинтересованные недавним восстанием люди. Несколько женщин замахали Часовому руками, и он замахал им в ответ. Хронист скривился, но промолчал. — Конечно же, демоны могут быть злыми от природы. Вспомни хотя бы нашего славного Чернокнижника — он является негодяем по своей прихоти, а не под гнетом обстоятельств…
— И поэтому ты играешь с ним в карты, — совершенно не обвиняюще произнес Хронист.
— Я играл с ним в карты, потому что меня пригласил Поэт. Он, знаешь ли, оказался неплохим другом Чернокнижника.
— Я бы сказал, собутыльником.
— Не все ли равно? Так или иначе, я не закончил свою мысль.
— О, прости, что перебил, — Хронист вновь скривил лицо и нарочно чуть отстал от Часового, чтобы тот ушел вперед.
Часовой, тем не менее, никуда не пошел и остановился, развернувшись к Хронисту.
— Ты сегодня встал не с той ноги? Дай мне договорить, раз уж эта проблема тебя так волнует.
Хронист вздохнул и потупил взгляд.
— Да-да, договаривай. Я просто не понимаю, как ты можешь так принижать добро и возвышать зло.
— Я ничего не возвышаю. Я говорю лишь о том, что интересует людей больше. В самом деле, разве ты не замечал, что причины злых поступков всегда волнуют нас больше, чем добрых? Было бы забавно, если бы вдруг учредили суд по добрым делам. Тогда бы определенно вскрылось, что все добрые дела делаются с корыстным умыслом.
Хронист задумался, а затем поднял голову и вгляделся в спокойное лицо Часового.
— Но тогда окажется, что ангелы и не ангелы вовсе, — протянул он и пошел дальше по улице. Как только Хронист поравнялся с Часовым, тот подхватил его под локоть и, чуть наклонившись, улыбнулся:
— Так может, ангелов и нет, а нас окружают одни демоны?
— Ты говоришь очень странные вещи, Часовой.
— А я рад, что ты их слушаешь, мой друг.
Принцесса-Генерал обнаружилась у небольшого строя солдат, присланных на улицы для подавления мятежа. Хронист попытался выпрямить свою сутулость, но ничего не получилось — спина его оставалась все такой же кривой и в сравнение не шла с солдатской осанкой Часового.