Страница 15 из 20
Немедленный и жестокий отказ едва не сорвался с губ Джонатана. "Я не могу на это пойти" - ответил бы любой на его месте. Конечно, Торе сделал правильный расчет, приставив дуло к затылку девушки. Угроза собственной жизни никогда бы не остановила коммондера от единственно верного решения. Совсем другое дело приносить в жертву своей чести другого человека.
-Пусть стреляет, - неожиданно вмешалась Кэтрин.
Ее странное спокойствие удивило Торе, чей план, казалось, обрушился на глазах, а Джонатан получил возможность обдумать ситуацию.
-Мистер Хонортаун, мы идем на снижение. Подготовьте лодку. Я сам сяду на румпель. Если не вернусь через две склянки, то вы становитесь старшим офицером и вернетесь на прежний курс.
-Да, сэр, - подчинился Вильям.
-У нас с вами полчаса, - сухо подытожил коммондер.
-Она пойдет с нами.
-Как угодно.
-Не забудьте оставить свое оружие.
К неодобрению встревоженной команды Джонатан отстегнул от пояса шпагу и передал ее вместе со своим пистолетом ближайшему матросу.
Не теряя времени даром, матросы сняли с лодки чехол и подняли складную мачту. Покачиваясь на талях у борта, защищенного от соударения подвешенными кранцами, она ожидала троих седоков.
Дождавшись, когда до берега осталось не больше кабельтового, Джонатан занял последнюю скамью. Затем наступил черед Кэтрин. Ее руки все еще были связаны, и мужчинам пришлось оказать ей содействие. Торе запрыгнул на нос, и заскрипевшие тали опустили их вниз. Политимия спустила паруса и, повернувшись в ветру, легла в дрейф. Все кто находился на ее верхней палубе, выстроились у фальшборта, в молчании провожая командира.
Джонатан расправил треугольный парус и взялся за управление.
-Можете опустить пистолет. Даже холостой выстрел нас обнаружит и тогда у меня не останется выбора.
Торе опустил дуло, но не вернул собачку в безопасное положение. Кэтрин подарила ему презрительный взгляд и демонстративно отвернулась.
-Черт возьми, вы достойны друг друга! - Прорвало коммандера.
-Не знаю, в чем заключается провинность леди, но я не по своей воле поднялся на ваш корабль.
-Признаю поспешность моих людей. Им следовало оглушить вас и оставить посреди поля.
Спланировав вниз, лодка мягко коснулась земли и Джонатан обрасопил парус.
-Идите.
Торе нажал на спусковой крючок и бросил пистолет на дно, под ноги Кэтрин. Затем спрыгнул за борт и, сняв парик, потер зудящую кожу.
-Он был разряжен? - Не столько спрашивая, сколько констатируя очевидный факт, уточнил коммондер.
-Таким он мне достался. Не тянитесь к ящику. Я видел, как ваш помощник положил туда нож. Вы все равно не способны убить безоружного человека. Очень жаль, что мы оказались по разные стороны баррикады.
С этими словами он развернулся на пятках и размашисто зашагал прочь, продолжая держать в руке снятый парик.
Джонатан все-таки вынул нож.
-Он прав, - вздохнула девушка. - Ты не сможешь его убить.
-Да пусть идет ко всем чертям, - последовал ответ.
Он наклонился над ней и перерезал веревку, стягивающую ее руки.
-Ваш выход, мисс Хардман.
Кэтрин не сразу поняла, о чем идет речь.
-Ты отпускаешь меня? Думаешь, меня пугает виселица и все такое?
Джонатан потерял дар речи.
-Если я уйду, то тебе предъявят обвинения в измене.
-Так разве ты не хотела моей гибели?
-Ты так ничего и не понял.
Девушка обхватила его руками и поцеловала.
-Нам пора возвращаться, - напомнила она.
Мрачный коммондер поднял лодку в воздух и направил ее прямиком к выделяющейся на фоне рассвета Политимии. Наблюдая за умелыми действиями Джонатана, Кэтрин задумчиво обронила:
-Ты достоин уважения.
Его лицо буквально окаменело.
-Соблюдайте субординацию, мисс Хардман, - выдавил он из себя.
Иногда начинало казаться, что надоедливый порывистый промозглый ветер, давящее на голову свинцовое небо и густые туманы, покрывающие землю призрачным пологом, такое же достояние бриатского народа, как и славная история великой страны, колонизировавшей половину подлунного мира. Может быть, так и должна выглядеть Родина завоевателей, стремящихся получить нечто большее, чем они имели от рождения? Испытывая гордость от достижений пращуров, сердце начинало биться чаще, а мелькнувший вдали скалистый берег, подобно лучу, пробившемуся сквозь толщу облаков, обволакивал душу особым теплом, исходящим от домашнего очага. И тогда, увидев знакомые очертания пологих холмов, понимаешь, как в действительности любишь этот чертов промозглый ветер, ради которого готов отправить в поход на другую сторону мира, чтобы потом вернуться и подставить ему улыбающееся лицо.
-Курс фордевинд! Трави гика-шкоты! Снять спинакер!
Джонатан сам встал за штурвал и приказал старпому снижаться. Политимия попала под влияние северного ветра, жестоко наказывающего любителей прикасаться к открытому металлу голыми руками. Взяв курс бейдевинд, а затем, совершив поворот фордевинд, яхта накренилась, но Вильям не спускал глаз с уровня балансира и изменил угол антикрыла. Нос опустился, и корабль заскользил к земле, ежесекундно ускоряясь. Свистящий в вантах ветер трепал воротник и полы кожаного плаща коммандора, а родное жемчужно-серое небо и болотно-зеленая земля радовали глаз экипажа. Всегда приятно вернуться домой, в знакомые ангары после успешного выполнения боевого задания. Они подняли посадочные флаги и подали диспетчеру световой сигнал.