Страница 29 из 49
Открыв глаза, я увидела ясное голубое небо в огромном окне спальни. Нет, это определенно не та квартира, в которой я живу с Петей и Лесей. А значит, что всё случилось по-настоящему. Я заулыбалась как идиотка и тут же скривилась, когда ощутила тянущую боль внизу живота. Вадим дал мне обезболивающе, и пока я купалась, оно начало действовать, но теперь всё снова пошло по кругу. Но кто же знал, что занятие сексом может оказаться настолько трудным и болезненным процессом?
С другой стороны мне не впервой, когда в теле что-то ноет. Пройдет и не такое переживала. Медленно сев на кровати, я четко почувствовала, как комок боли будто бы провалился куда-то еще ниже, болела и грудь, которую ночью Вадим тоже не оставил без внимания. Но мне всё это в определенной степени было в кайф. Я ощущала боль оттого, что начала превращаться в женщину, а не от побоев. Даже как-то не верилось в это, если честно.
Вадима в спальни не оказалось, и я этому особо не удивилась. Конечно, мне хотелось надеяться на то, что теперь между нами всё станет иначе, но я хорошо была знакома с реальностью. Вероятно, Воронов просто дал слабину и всё. Его уже нет дома, он ездит где-нибудь по делам, а молчаливый охранник отвезет меня сразу же домой, как только я выйду из спальни. И всё начнется, вернее, продолжится в привычном темпе. Это меня злило, но я всячески пыталась подавить эту злость в себе, понимая, что она ничего не изменит. Вадим вроде как ничего мне и не обещал, а превращаться в назойливую муху вообще никак не хотелось – дурацкая гордость не позволяла.
Встав на ноги, я поискала свои вещи и, найдя их быстро оделась. Растрепанные волосы нечем было расчесать, поэтому я распутала некоторые пряди пальцами и стянула резинкой, вечно хранившейся у меня в заднем кармане джинсов. Желудок заурчал, и перед глазами возникли всякие яркие картинки с едой. Это теперь пока я попаду домой, пока что-нибудь приготовлю, то и рак на горе раз сто уже свистнет. Может, поискать еды в холодильнике Вадима? Надеюсь, он против не будет.
Выйдя из спальни, я очутилась в небольшом коридоре, и на ходу соображая, каким путем вчера сюда попала, пошла, искать выход. Внутренняя сторона бедер тоже болела, будто меня учили садиться на шпагат, мышцы больше были похожи на желе. Кое-как перебирая ногами, я почти вышла в зал, но тут же остановилась и спряталась, когда увидела, что комната не свободна. На диване сидели трое мужчин, все как один одетые в одинаковые черные костюмы с белыми рубашками. В кресле, закинув ногу на ногу, сидела светловолосая женщина, тоже наряженная в черный строгий костюм. Я сразу ее узнала, это именно она мне подсказала взять салфетку для стакана с виски, когда Вадим решил примерять на мне роль девочки на побегушках. Сам же Воронов расхаживал по комнате, спрятав руки в карманах брюк, белая немного смятая рубашка явно была накинута наспех: пуговицы не все застегнуты, а рукава небрежно закатаны до локтей.
- Мне плевать, - вдруг жестким, каким-то совсем чужим и незнакомым голосом заявил Вадим. – Я сказал, что не дам согласия и мне похер на их мнение.
- Чего ты так уперся? – спросил светловолосый мужик, которого я тоже узнала. Он присутствовал в кабинете Вадима в тот день, когда по ошибке решили, что я и мои друзья подсунули в машину бомбу. – Сдалась тебе та земля.
- Это дело принципа, - повысив голос, ответил Воронов и, остановившись, впился пронзительным взглядом в своего помощника или кто он там такой. – Ни мэр, ни его вшивые «шестерки» правят городом, а я! Он только и умеет, что деньги по карманам пихать, а я привожу этот свинарник в божеский вид.
- Мэр покрывает наш бизнес, - спокойным тоном заявила женщина.
- Его покрывает полиция, а мэр только закрывает глаза, - Вадим продолжил расхаживать туда-сюда. – Давно надо убрать его и поставить своего человека.
- Так сам же знаешь, что некого, - произнес светловолосый мужчина, на вид он был одногодкой Воронова, может, чуть младше.
- Да и политика вся эта – полное дерьмо, - Вадим глубоко вздохнул. – Мне вообще она даром не сдалась. Короче, Ир, напряги всех наших юристов, пусть разрулят дело, состряпают бумажку, которая подтвердит мое право на владение землей. Дай взятку, кому надо. С нашим мэром я сам попробую договориться. Даня, - он обратился к блондину, - а ты с Ромой, - кивок головой в сторону худощавого мужчины с рыжими курчавыми волосами, - узнайте, кто там воду мутит и настраивает мэра против нас.
- Всё сделаем, Ворон. Можешь даже не волноваться, - твердо проговорил Данил.
- А теперь проваливайте. Встретимся уже вечером в «Корвине».
- Что делать с должниками? – вдруг спросил крупный лысый мужчина, который всё это время молчал и вел себя как-то отстраненно от общего разговора.
- Выбей с парнями деньги, если надо будет, то вышиби мозги, а квартиру возьмем в качестве уплаты долга.
- Хорошо.
Когда все покинули квартиру, Вадим стал у окна, вероятно что-то разглядывая в нем.
- Выходи уже, - вдруг услышала я голос Воронова, явно обращенный ко мне. Он всё еще сквозил неким металлом, но не таким отчетливым и колючим, как это было еще пару секунд назад, когда Вадим разговаривал со своими людьми.
- Весело тут у вас, - мрачно произнесла я, покидая пределы своего временного убежища.
- Очень, - Воронов повернулся и окинул мою фигуру изучающим взглядом. – Не болит?
- Болит, но я так хочу есть, что мне уже плевать на всё, - я отчего-то заулыбалась, но Вадим остался серьезным.
- Тогда идем, я накормлю тебя, - он пошел в сторону кухни, а я как цыпленок последовала за курочкой-мамой. От такого сравнения стало еще смешней. – Ты почему смеешься? – спросил Вадим, пока я пыталась усесться на барный табурет. Так просто эта штука от меня не избавится, пока не научусь на ней нормально сидеть.
- Просто, - ответила я, с любопытством рассматривая, что там Воронов достает из холодильника.
- Не тяни шею, на пол упадешь, - с полуулыбкой проговорил Вадим, ставя передо мной тарелки с какими-то салатами, мясом, кажется, курица и целую кастрюлю вареной картошки.
Хоть теперь я совсем не нуждаюсь в еде, но привычка осталась, и мне хотелось немедленно наброситься на всё, что предложил Воронов.
- Подожди, - он не больно шлепает меня по рукам, которые уже тянулись к мясу. – Дай разогреть, нетерпеливая девчонка, - улыбка на его лице становится шире и мое опасение, что между нами всё вернется в привычное нудное русло – растаяло.
Я послушно убрала руки только потому, что этого хотел Вадим. Любому другому уже давно лицо расцарапала бы.
- А кто были все те люди? – вдруг спросила я, пока мой завтрак подогревался.
- Мои помощники.
- А я знаю ту женщину и этого… Как его? Данила.
- Женщину зовут Ира, она работает в моей администрации, а Данил – моя правая рука, большего тебе знать не положено, - спокойно, но с некоторой долей жесткости заявил Вадим.
- Подумаешь, - фыркаю и скрещиваю руки на груди. – Больно надо знать историю вашего бандитского клана.
- Остренький у тебя язычок, Алиса, - Воронов кратко смотрит на меня, а после продолжает переворачивать мясо на сковороде.
- Ну, так, - гордо выпячиваю грудь. – Правда, часто этот самый язычок мне хотели оторвать.
- Теперь пусть только попробуют, - как бы невзначай произнес Вадим, продолжая заниматься своим делом, а я как умалишенная улыбаюсь во все тридцать два… Нет тридцать, два зуба мне как-то выбили, когда я встряла в очередную драку.
- Слушай, а что это у тебя под рубашкой? – я присмотрелась и увидела, как под тонкой белой тканью четко прослеживается черные контуры, судя по всему татуировки. Не знаю почему, но мне было сейчас крайне интересно узнавать всё, что касается Вадима.
- Татуировка, - ответил он и, отставив сковородку с плиты, спустил рубашку, оголяя плечи и спину.
Огромная татуировка в виде большого черного ворона с расправленными крыльями и открытым клювом оказалась до невозможности реалистичной. Удивительно, как такую махину я не увидела раньше. Подняв взгляд чуть выше, я увидела на правом плече Вадима багрово-синий след от зубов. Черт! Это же я его ночью укусила и кажется, уж очень сильно. Стало как-то неловко.