Страница 131 из 133
- Зачем избавляться-то?
- В этом и загадка! – раскинул руки первый. – Значит, узнали то, что узнать не положено.
- Тьфу, бред какой, - Энью не открывал глаза, но по звуку понял, что парень облокотился на стену. – И что за хрен тебе рассказал это?
- Это все-е слышали! – он, кряхтя, громко почесал щетину на подбородке. – Я был тогда на главной улице, в столице. Года два назад, как раз после той битвы, знаешь о ней?
- Допустим.
- Какой-то безумный вышел на улицу и рассказывал. В тряпках такой, с бородой – оборванец. Что-то про «Ним» и судьбу, чёрт его знает. Никто особо не слушал.
- Во-от как.
- Тогда первую экспедицию и отправили, после того, как моряки якобы видели стену из света, – объяснил он. – И, говорят, что и трёх дней там никто не продержался. И половина погибла. И природа там другая, как будто не отсюда.
- Может, поприличнее соврёшь, не? Вот после таких слов у нас это… А, точно, «падает моральный дух», как говорит капитан.
- …А ещё, - он не заметил насмешки, но по тону было слышно, что и сам он верит не слишком, - Говорят, один из группы сбился с пути в буре, и видел очертания огромной башни, а потом какую-то фигуру, человеческую, вроде, и сам не понимает, как вернулся обратно, будто вывело что-то. Потому что на вытянутую руку ничего не разглядеть было. И мы теперь туда плывём…
- Ну стоит там что-то, - поднял глаза к небу парень. – Ну кто что не строил, а? Конечно, бывает, что остаются руины, или даже целые постройки со старых времён. Сами же сто раз видели.
- Так-то оно так… А про битву саму знаешь? – сменил тему первый. – Та самая, в Давиире.
- Начало-о-ось…
- Я сам сражался тогда, - он гордо похлопал себя по груди, потом показал руками, как сходились две армии. – Вот это битва! Казалось, вместо людей друг на друга идут две разноцветные тучи, и сотни флагов. Страшно!
- Этот шрам тоже оттуда? – поинтересовался парень.
- Нет, этот старый, - отмахнулся первый. – А вот этот – оттуда. Резанул по боку, тварь, я не заметил. Повезло, что оттащили.
- Ну?
- А когда вошли в город, - он рассказывал с энтузиазмом, и от этого Энью уже начинало подбешивать, будто с каждым словом они открывали какую-то дверь, которую открывать не следует. – Чёрт, такое даже из головы не выкинуть. Там как будто ураган прошёлся, и столько людей…
- Много убитых? – безразлично поинтересовался парень. – Ну, так ты привык, нет?
- Не к такому, наверное, - замялся тот. – Тут другое. Город дотла сгорел. И жителей не вывели всех, там, говорят, посреди бела дня всё началось. И сгорело… Люди, здания, войска, - всё вместе, а перед крепостью… Человек двести наверное, если не больше, а наверху, как будто жертвоприношение какое-то, девушка и…
- Ещё одно слово, - Энью мгновенно оказался у него, спрыгнув с койки и вытаскивая нож. Лезвие приставилось к горлу, и тот вскрикнул, поднимал руки.
- Какого хрена?! – взвился парень, вытаскивая меч, но Энью приставил палец к губам и немного прорезал кожу у шеи, наблюдая, как потекла по железу кровь. Его сразу чуть не вывернуло прямо на месте, наверное, от запаха.
- Заткнись… Не провоцируй, - Энью хрустнул шеей. Мышцы были на пределе, руки предательски дрожали, желая всадить хоть куда-нибудь этот чёртов нож
- Эй… - попробовал защититься тот, пробуя отодвинуться в сторону – не вышло.
- Ещё одно слово, ещё одно упоминание, ещё один грёбаный звук, - он со всей силы всадил нож в деревянную балку, на которую крепились гамаки, и та с треском сломалась пополам. – И вы покойники. Оба.
Энью хлопнул дверью, но как только вышел наружу, его снова вырвало. Колени подкосились, и он упал, подставив под себя руки. Всё тряслось, будто в параличе, и это тошнотворное чувство в пальцах – в пальцах, которые больше не могут принять магию. Жалкая мелкая сошка, скрючившаяся на палубе от собственной беспомощности. Энью с бешенством начал тереть пальцы об пол, как будто пытаясь убрать невидимый барьер, куском железа засевший в ногтях, но только засадил занозу под мизинец, и перевалился на спину, вытаскивая кусок дерева. Было больно, очень, но он не этой боли хотел, а другой, той, что синими венами взбирается по рукам, напитывая силой каждую клетку. Кровь хлестнула из раны, попадая на рукав. Запахло гнилью, что-то несильно дёрнулось в руке хлюпающей, клейкой чернотой, замерло, улыбаясь оскалившейся пастью, и Энью упал в обморок.
- Всё в порядке? – кто-то протягивал ему руку, но он только сбил её в сторону. Ладонь оказалась обжигающе холодной, так что он с усилием поднял голову. Солнце ударило прямо в глаза, и лица разглядеть не получилось, зато хорошо было видно белое, как снег, платье.
- Энн! – он одним рывком вскочил, так что голова закружилась от слабости, но думать об этом не было времени. – Энн! Ты? как?
- Идём, расскажу, - голос был успокаивающий, ласковый, и он пошёл вперёд, еле переступая ногами. Кто-то потянул его за руку, но он вырвался, перейдя на медленный бег, пока крики позади тонули в пелене видений. Энн поманила его рукой, и он протянул вперёд свою. Из-под ногтя всё ещё сочилась кровь. – Энью, идём.
- Всё хорошо, ты только не…
Он потянулся дальше, но в тот момент, когда их пальцы должны были соприкоснуться, что-то твёрдое попало выше колена, и он полетел вперёд, переваливаясь через борт. Секундная невесомость немного отрезвила, так что он успел вдохнуть, прежде чем удариться спиной об воду. Стало холодно, и металлические части одежды потянули вниз, но Энью не сопротивлялся, медленно погружаясь на дно, не хотел, голова была пустой, он только смотрел и смотрел, как пробиваются сверху исчезающие голубые лучи, как чернеет и смыкается пучина, хватаясь за одежду холодными женскими руками. Он не знал, как привёл в порядок давление, не знал, почему ещё не кончился воздух, может, рефлексы, но, вопреки ожиданиям, он не умер. Энью не понимал, хочет он умереть или нет, не понимал даже, где находится, кто он, каким было его прошлое и что собирается делать в следующую секунду. Он просто застыл в какой-то прострации, пока чернел далеко внизу песок, а кожу разъедали ядовитые капли.