Страница 108 из 144
Тут пока кого рассмотришь кого – самого насквозь разглядят. А что за этим будет – так лучше и не представлять.
В общем, выжидал Леонтий, выжидал, да на секунду и прикорнул.
Тут надо бы пояснить, уважаемый читатель, что домовые – народ вообще-то добродушный (в большинстве своём), хотя и склонный к шкодничеству, ибо сказывается происхождение от нечистой силы, но и притом – довольно легкомысленный.
И если добродушие у Леонтия присутствовало в рамках принятой среди домовых нормы, то вот со шкодничеством и легкомыслием он заметно перебирал.
Вот и тут, никак не находя выхода для лихой натуры, согрелся ненароком под солнышком, да засопел в бороду.
И чуть было не приснилась ему Дементьевна, настрополившаяся было блинков напечь, румяных да с маслицем.
Сон обещал быть вкусный и долгий.
Но прервался он быстро: чьими-то безобразными криками, скрипом балконной двери и удивлённым возгласом: «…мать, что это за чудище?!!»
Пока второй водил взглядом по комнате, Петровна успели втихаря нажать кнопку на рации.
В микроавтобус пошёл тревожный сигнал.
- А вы, граждане, что здесь делаете? – спросил полицейский у сидевших на диване.
- Живём мы здесь, - ответил Сергей. – Паспорт показать?
- Валяй, - поощрил полицейский.
Петровна хищно поводила челюстью.
Сергей достал из нагрудного кармана паспорт.
Полицейский полистал книжицу, проверил страницу со пропиской.
Хмыкнул и вернул Сергей.
- А это – моя семья, - пояснил Сергей.
- Кроме неё! – и он показал на скривившую губы Петровну.
- Мы эту гражданку сюда не приглашали, - добавила Татьяна. – Она ребёнка обманом из садика забрала и в квартиру проникла, вместе с бандой своей!
- Врут, врут, - затараторила Петровна. – Я задание выполняю!
- А ваши документы, гражданка? – спросил полицейский, повернувшись к ней.
Петровна тут же затихла.
- Так вы зачем сюда пришли? – не отставал от неё служивый.
- А дядя и тётя папу убивать пришли, - ответил ему Павлик.
- Что ты врёшь, паршивец! – и Петровна попыталась вскочить с места. – Мы кого из вас хоть пальцем тронули?!
- Сидеть! – скомандовал ей первый, заводя остальную компанию в комнату.
И уточнил у второго:
- А ты балкон проверял? Проникновение через балкон было.
- А вот это – враньё, - с радостной улыбкой заявил Костя. – Вот тут, граждане, я вам со всей ответственностью заявляю: через балкон сюда никто не проникал. Вот чего не было…
Второй, не слушая уверения атамана, подошёл к балконной двери…
- Да дайте с начальством связаться! – возопил Костя в отчаянии.
- Заткнись! – прикрикнул на него первый.
…и, открыв её, отшатнулся с криком: Твою мать, что это за чудище?!!»
Сергей впоследствии сам толком не мог вспомнить, в какой последовательности развивались события.
Кажется, сначала в комнату вбежал растрёпанный и отчего-то помятого вида, будто с прямиком с тёплой печки спрыгнувший Леонтий. Оттолкнув опешившего служивого, домовой отчего-то кинулся прямиком на единственного одетого в штатское бандита с криком: «Я тебя, охальник, сейчас к сотоварищу твоему отправлю!»
Полицейский кинулся за ним следом и приподнял автомат, нацелив его в волшебную спину…
Вот тут Сергей, воспользовавшись суматохой, схватил домашних в охапку и потащил на балкон, вполне правильно рассудив, что безопасней места сейчас в квартире нет.
…но выстрелить, похоже, не успел, потому что выстрелы прогремели не в комнате, а в прихожей.
Сергей, конечно, и понятия не имел, что это явились на бой вызванные Петровной для подкрепления разбойники из микроавтобуса.
И уж точно не ведал, что было их трое, включая и присоединившегося к группе поддержки водителя.
После первых автоматных очередей грянули ответом вторые, а потом и вовсе начался дикий грохот вперемешку с отборным матом и совершенно бессвязными криками, от стен полетели куски штукатурки, а с потолка посыпалась густым снегом извёстка и ошмётки белого пластикового декора.
Сергей, спрятав семью в относительно безопасном, хотя и, к сожалению, почти безвыходном месте, на четвереньках сунулся в комнату и, вытянув руку, схватил чудом мелькнувшую перед его носом грязнющую пятку домового.
«Лео-о-нтий!» с лёгким взвоем затянул Сергей, едва ли надеясь перекричать нарастающий рёв боя и надеясь лишь на тонкость слуха домового да на помощь свыше. «Уходи отсюда, ползи за мной. Помоги семью спасти!»
Домовой, похоже, не столь услышал, сколь среагировал на пяточный рефлекс, а может и просто – наитием ситуацию постиг.
Он шустро развернулся и быстро заполз на балкон вслед за Сергеем.
Сергей быстро захлопнул дверь…
- Вот дела, она же вовнутрь открывается, - сокрушённо промолвил домовой.
…и, поднатужившись, стал передвигать, перекрывая дверной проём, старый рассохшийся шкаф, который из скопидомства не стал год назад выносить на помойку (тем более, что для этого пришлось бы часа два потратить на разборку досок и полок, ибо ни в какой дверной и лестничный проём этот дубовый бегемот ни боком, ни с наклоном не пролезал), а просто (хотя не совсем просто, а с превеликими усилиями) перетащил на балкон.
За что теперь сам себя мысленно поблагодарил.
- Помогай! – крикнул он домовому, который от обилия выстрелов и дерущего ноздри порохового дыма секунд на несколько оглох и ошалел.
Леонтий затряс головой, заорал что-то неуместно-развесёлое и, одной рукой схватившись за угол, рывком двинул шкаф на себя и тут же слегка подтолкнул его вперёд, наглухо завалив проход.
И тут же, словно реагируя на движение и треск дерева, кто-то выстрелил в их сторону и пуля, пробив навылет дубовую стенку, с коротким хлопком швырнула на балконный пол горсть искрошенных щепок и улетела куда-то в шальную и синюю предосеннюю даль.