Страница 68 из 80
Ещё одни не менее важные новости тоже вызывали озабоченность… В плен к османскому султану попал Крымских хан Менгли-Герей, который водил дружбу с Иваном III и часто по наущению первого устраивал набеги на Литву. А враг Московского князя, хан Большой Орды Ахмат, удачно пограбил земли пленённого хана и даже взял в какой-то мере над ними власть. И сейчас наступал тот момент, когда было просто необходимо столкнуть между собой две эти набирающие мощь силы (Москву и Большую Орду). Столкнув их между собой, Казимир IV тем самым хотел отвратить угрозу от своих южных и восточных границ. А то, что такая угроза существовала, сомнений не вызывало. Недаром же бывший ордынский данник Иван III ныне именует себя Государем всея Руси? Значит, претендует на все русские земли, что находятся сейчас под властью Литвы. А это как минимум Смоленск и Киев.
Хан Ахмат тоже может захотеть распространить своё влияние вплоть до самого Киева. Сбор дани и захват людей для последующей их продажи были основными источниками дохода, при помощи которых он пополнял свою казну. Значит, пришло время напомнить ему о гордости. Выдержит ли уязвлённое самолюбие Великого Воина новость о том, что бывший холоп и данник открыто насмехается над ним, а люди в московских землях разжирели до неприличия?.. Заодно нужно пообещать, что и он, Казимир IV, тоже не откажется от совместного похода с целью немного обогатиться…
Хорошенько взвесив всё "за и против", король приказал организовать тайное посольство в Большую Орду. С собой в дорогу, для "подмазывания" там нужных людей, посланникам выделялись значительные суммы и подарки. В Москву тоже было написано несколько писем, но не самим Казимиром IV. У него хватало служивых князей, которые имели родственные отношения с московским боярством. Требовалось более подробно узнать, что это за неизвестный император объявился?
Глава 4. Утилизация
1-ого августа 1476 года в кабинет к Павлу Андреевичу зашёл Марк Захарович Дундич в сопровождении двенадцати молодых мужчин, которые были облачены в церковные одежды. Каждый нёс пару объёмных спортивных сумок, помеченных цифрой. Аккуратно поставив сумки возле кресла, где расположился Владыка, они покинули кабинет.
Марк Захарович открыл сумку под номером 1(один), достал оттуда по очереди десять толстых папок и выложил их на стол перед императором, который терпеливо ждал комментариев от патриарха.
— Вот, Павел Андреевич, "наша" история, начиная с момента попадания корабля с воинами в далёкую страну и до нынешних дней.
— Солидно, — многозначительно произнёс Черныш, глядя на толстые папки. — А что в других сумках?
— Такие же папки, в которых собраны все знания, доставшиеся нам ОТТУДА. То есть скомпонованные материалы, по которым можно начинать печатать учебники. Они разделены на три группы. Первая — общеобразовательная, то есть для всех. Вторая — специальная, то есть для тех, кто допущен к получению высшего образования. Третья — особая. В ней хранятся все самые передовые знания и технологии, о которых известно лишь самым посвящённым.
— Да, Марк Захарович, грандиозную работу вы проделали, — уважительно произнёс император, глядя на сумки и папки.
— Благодарю, Павел Андреевич, — улыбнулся Дундич, сделав лёгкий поклон. — Надеюсь, мой труд принесёт нашей новой родине пользу и поможет её процветанию. Кстати, теперь НАМ всем придётся, как следовать изучить "нашу" историю. Так же хочу заметить, в неё я вписал людей, которыми были сделаны великие открытия. Как вы понимаете, менять буквы в формулах, например в той же физике, намного тяжелее, чем просто придумать человеку новую судьбу, обозначив его нашим соотечественником.
— Полностью согласен, — кивнул Черныш. — Тогда бы нам всем пришлось переучиваться заново, пытаясь вызубрить изменённые формулы.
— И ещё, Павел Андреевич… В книжном магазине, что нам достался вместе со всем "Олимпом" практически семьдесят процентов книг не представляют никакой ценности. Это ненужная беллетристика, занимающая много места. Прошу вашего разрешения её уничтожить. Пусть люди пишут новые книги…
— А что Бурков говорит по этому поводу и наши дамы? Они же любят иногда почитать…
— Я со всеми поговорил. Объяснил, что незачем держать у себя ненужный компромат. А самые известные классические произведения мы перепечатали и обозначили нынешними датами.
— Хорошо, — согласился император, — надо потихоньку избавляться от "старья". Учебные материалы ОТТУДА тоже будем утилизировать, как только напечатаем и красочно оформим всё, что вы мне сегодня принесли. Нужно спешить. Аппаратура из будущего потихоньку стареет и выходит из строя. Делать подобное мы ещё не умеем. Сейчас создаём всё заново. Только новые компьютеры, увы, будут построены не при нашей жизни. Возможно даже не при жизни наших детей…
— Вот поэтому, — улыбнулся Дундич, — я в своё время настаивал на организации типографии, которая бы эффективно функционировала на том оборудовании, которое нам сделать вполне по силам. Сейчас на ней трудиться уже тридцать человек.
— За это вам тоже спасибо, Марк Захарович. А вот Гладков нынче колдует над созданием простейших кинескопов и фотоаппаратов. Я за всю свою жизнь не встречал человека с более разносторонними интересами. Главное, за что ни возьмётся, всё у него получается.
— Ну, если брать всех НАШИХ, то каждый по-своему в чём-то талантлив. Просто нам выпал шанс проявить эти таланты. Взять ту же Елену Петровну… Что бы она делала в ТОЙ жизни? Продолжала бы работать за мизерную зарплату воспитательницей в детском саду, а по ночам подрабатывать уборщицей, чтобы иметь возможность выплачивать кредиты, которые на неё повесил сбежавший муженёк?.. А ведь у неё идеальный музыкальный слух…
— Это точно, — согласился император.
— Кстати, Павел Андреевич, — посерьёзнел Дундич, — помните, когда мы хотели ввести в заблуждение представителей других держав, то указывали им якобы наше месторасположение? А именно остров Кергелен…
— Хорошо помню, — немного удивился Черныш такой резкой смене разговора.
— Считаю необходимым послать туда корабль с самыми проверенными моряками.
— Зачем?
— Вы знаете такое слово "падран"? — вопросом на вопрос ответил Дундич.
— Это что типа обелисков, которые ставили на вновь открытых землях португальцы?..
— Совершенно верно. И нам бы не помешало установить подобные обелиски на том острове или даже статуи с датами. По нашей новой истории мы вначале жили там, но потом перебрались в ЮАР.
— Из-за чего мы это сделали?
— Потоп, Павел Андреевич, — улыбнулся Дундич. — Да и сейчас из-за погодных условий там жить нельзя — климат очень суровый.
— Понятно. А какие даты на тех обелисках должны быть? И какие скульптуры желательно установить?
— Вот отдельная папочка, где я всё указал, — ответил Дундич, подвигая к императору документы.
— Хорошо, — кивнул тот.
— И ещё, — продолжил Дундич, — раз мы официально считаем Австралию своей землёй, хотя там даже ещё не были, то и туда необходимо отвезти падраны. А так же задокументировать места их установки и тайные закладки, которые обнаружить случайно будет очень затруднительно. Главное везде поставить нужные даты.
— Я понял, Марк Захарович. В ближайшие годы всё это постараемся выполнить. В скором времени в Австралию на разведку отправиться экспедиция. А потом потихоньку начнём заселять её выходцами из Руси. Только переселенцам вначале придётся пройти в Звёздном как минимум полугодичный курс подготовки.
— Само собой, Павел Андреевич, — ответил патриарх.
— Кстати, как там переселенцы из Новгорода и боярские дети со своими сопровождающими? — поинтересовался император.
— Первое время мне все жаловались, — улыбнулся Дундич.
— Это из-за карантина?
— Совершенно верно. Во-первых: их всех насильно побрили и подстригли. Во-вторых: сожгли одежду, в которой они к нам прибыли.