Страница 123 из 149
— Я готова! — ответила я, поднимаясь со стула.
— Ты бы хоть нормально прожевала! Венера, да что с тобой сегодня?
— Я проспала, а вчера забыла собрать вещи, — ответила я почти правду. — Идемте же!
Выйдя из замка, который я окинула тоскливым взглядом, мы трансгрессировали в порт Варны, где уже было много народу, как и в прошлом году.
Тяжело вздохнув, я вспомнила, как ровно год назад я стояла здесь со своими родителями. По крайней мере, я еще не знала, что они ими не являются, и собиралась отправиться в школу в надежде найти новых друзей.
Что-то получилось, а что-то нет. Друзей найти получилось, но кто же знал, что к ним в придачу получу и врагов. Да и вообще, я даже не знала, что за один день весь мой мир перевернется с ног на голову.
От мрачных размышлений отвлек голос Ирмы, которая нас звала. Улыбнувшись, мы направились в сторону Розье. Поприветствовав друг друга и, выслушав от взрослых наставления, мы направились к своим кораблям. Я пыталась найти в толпе Оливию или Виктора, но у меня это не получалось.
Теперь я была студенткой второй ступени, а значит и корабль, на котором придется добираться до Дурмстранга, будет другой, к тому же, на нем будет гораздо больше народу и студенты других ступеней.
Попрощавшись с Геллертом, мы с Ирмой прошли на корабль, который был гораздо больше, чем прошлогодний, но внутреннее убранство почти ничем не отличалось. Найдя в толпе Оливию и буквально выдернув ее из компании ее злобной близняшки, мы нашли свободный диван и принялись делиться новостями и впечатлениями, которые накопились за лето.
Оливия жаловалась, что родители не хотели ее никуда отпускать, а, наоборот, старались сделать все возможное, чтобы она больше проводила время со своей сестрой.
— Вы и представить себе не можете, как она мне надоела! Я с таким нетерпением ждала начала учебного года! — пожаловалась она, а нам с Ирмой оставалось только посочувствовать.
Но, про сочувствие мы совсем забыли, когда начали рассказывать про свое лето. Единственное о чем мы умолчали, так это события в Шварцвальде. Слава Мерлину, всю ту ситуацию списали разборки семей вампиров, и никому не пришло в голову отслеживать порталы, которые сработали в тот день в лесу, что было нам на руку.
— Вот это я понимаю — каникулы! — с легкой завистью сказала Оливия.
— Не грусти, — подбодрила подругу Ирма, — уверена, мы сможем что-нибудь придумать, чтобы в следующем году тебя выдернуть из дома.
— А может, и раньше, — пожав плечами, ответила я и рассказала про свою идею провести рождественский прием в замке. Девочки пришли в восторг и принялись рассуждать, как можно сделать так, чтобы Оливию отпустили на это мероприятие.
— Вот ты где! — раздался такой знакомый голос, от которого у меня мгновенно поднялась в груди волна злобы, а подняв взгляд, я увидела Камелию Геновски со своей неизменной свитой — Анной и Марийкой. Удивительно, что мужская часть этой компании сейчас отсутствовала.
— Да, я здесь и общаюсь со своими друзьями, которые у меня, в отличие от тебя, настоящие, — злобно глянув на сестру, ответила Оливия. — Поэтому свали отсюда. Ты и так мне надоела за это лето.
Камелия только фыркнула и перевела свой взгляд на меня, а я старалась принять спокойный вид.
— Здравствуй, Венера! — пропела своим елейным голосом она, а я огромными усилиями выдала из себя улыбку. — Как твои дела?
— Так мило, что ты спросила, — ответила я, сцепив руки перед собой, а то они начинали уже дрожать от переполняющих меня эмоций. — Неплохо, летом заявила права на свой родовой замок, а еще меня официально признали единственной представительницей рода Слизерин.
— Да, так что повежливее, дамы, с леди Слизерин разговариваете, — произнесла Ирма, натянув на губы высокомерную усмешку, которую оно, похоже, позаимствовала из арсенала своего брата. — Хотя, я не уверена, что вы знаете, как себя вести с высокопоставленными особами, поэтому свалите отсюда.
Послышался смешок Оливии, но я наблюдала за лицами Камелии и Марийки, стараясь не упустить ни одной эмоции на их лице.
Геновски злобно посмотрела на Ирму, а потом, окатив меня полным презрения взглядом, развернулась и пошла прочь, но Марийка только мерзко хмыкнула и спросила, самым невинным голосом:
— А где же твоя питомица, Слизерин? Что, ты настолько поглощена собой, что даже змее с тобой стало скучно?
Услышав это, я почувствовала, как по моей коже пробежали мурашки, но я не должна им показать, что мне все известно! Огромным усилием воли я заставила себя нахмуриться, а потом произнесла самым спокойным тоном, на который сейчас была способна:
— Не стоит беспокоиться, я вернула ее в свою привычную среду обитания.
Но на последних словах мой голос дрогнул, и я почувствовала, как глаза жгут слезы, а в сознании замелькали картинки, одна хуже другой. Не выдержав этого, я опустила голову и очень сильно прикусила внутреннюю сторону щеки, чтобы не расплакаться или не сделать что-нибудь похуже. Стараясь отвлечься, я представляла, что сейчас я выпущу свое любимое пламя, которое сожжет эту сволочь, но я даже для этого не буду призывать адское пламя, хватит и обычного, чтобы она дольше мучилась.
Представив, что теперь она будет меня умолять остановиться, а ее смех, что до сих пор иногда будил меня по ночам, сменится криком агонии, я выдохнула.
Стало немного легче, но от полного погружения в этот негатив меня спасла Ирма.
— Да пошла ты, Нацева, — прорычала подруга сквозь стиснутые зубы. — Что, мамуля не объяснила, как себя надо вести в приличном обществе? Или что, она у тебя может только с бутылкой вести душевные беседы?
— Да как ты смеешь?! — взвизгнула Марийка, выхватив свою палочку.
— О, серьезно? — рассмеялась Ирма, довольная, что удалось ее задеть. — А ты точно умеешь этим пользоваться, а то так легко и пораниться?
Марийка аж покраснела от злости, а с ее палочки сорвалось заклинание:
— Слагулус Эрукто!
Но я успела раньше, выставив перед нами щит, даже не доставая свою палочку, поэтому заклинание разбилось о щит.
— Что здесь происходит?! — раздался недовольный голос нашего декана.
— Кое-кто не умеет во время заткнуться, профессор, — подала я голос, понимая, что у меня будет явно меньше проблем, чем у Ирмы. — И госпожа Нацева решила показать свое мастерство в нападении на безоружных.
— Но у тебя была палочка! — воскликнула Марийка.
— О, я тебя умоляю, — фыркнула я, — мне не нужна палочка, чтобы пользоваться такими простыми заклинаниями, как Протего!
Вокруг раздались шепотки, а я только сейчас заметила, что зрителей у нас прибавилось и теперь многие с любопытством на меня поглядывали, а мне не оставалось ничего другого, как гордо вскинуть подбородок.
— Госпожа Нацева, отдайте мне вашу палочку и, будьте добры, отойдите от госпожи Слизерин в другой конец зала, чтобы не провоцировать больше конфликт. Завтра всех вас пятерых жду в своем кабинете, да-да, Камелия, вы не ослышались, вы тоже придете вместе с остальными.
И не сказав больше ни слова, профессор Илич забрала палочку у Марийки и удалилась.
Когда все зеваки разошлись, я позволила себе выдохнуть и только сейчас заметила, что так сильно сцепила вместе пальцы, что они у меня побелели.
Все-таки, это придурошная компания и не думала оставлять меня в покое. Что ж, они сами роют себе яму. И от них только и зависит, не станет ли она их могилой…