Страница 122 из 149
Старое в новом
Утро первого сентября выдалось отличным, ярко светило солнце и, несмотря на то, что уснула я поздно, я выспалась и уже в восемь часов была на ногах. Но из-за того, что я вчера не собрала вещи, пришлось этим заниматься сейчас, носясь по всей комнате и закидывая все в чемодан. В самый последний момент, я поняла, что книги, которые я хотела взять с собой, остались в северном крыле.
— Вот дьявол, — прошипела я, понимая, что уже осталось мало времени.
Выскочив из своей комнаты, я уперлась носом в чью-то грудь.
— Эй, осторожнее, — произнес Геллерт, поддерживая меня за локоть, когда я потеряла равновесие. — Что, от дементоров бежишь?
— Хуже, — ответила я, обходя Геллерта и быстро направляясь в северное крыло. — Я вчера забыла собрать вещи и теперь ничего не успеваю!
— Понятно, — хмыкнул он. — Я даже и не удивлен.
Бросив на парня раздраженный взгляд, я ускорила шаг, прикидывая, что еще мне нужно взять. Розье шел за мной, похоже, его вся сложившаяся ситуация только позабавила.
Уже распахнув двери лаборатории, я вдруг вспомнила, что нахожусь в северном крыле, А Геллерт стоит у меня за спиной! Посмотрев в угол, где стоял котел с тихо кипящим зельем, я тихо выругалась, но когда мой взгляд наткнулся на василиска, лежащего у открытых дверей, ведущих на балкон, я пришла в ужас. Неприятным бонусом был портрет отца, который в этот момент не пустовал.
— И чего ты замерла, — раздался позади меня насмешливый голос Геллерта, а я резко сделала шаг назад, закрывая дверь и прижимаясь к ней спиной.
— Тебе туда нельзя! — быстро выпалила я, испуганно посмотрев на друга, который только скептически поднял бровь.
— Какие-то секреты? Опять? — недовольно скрестив руки на груди, произнес Розье. — Мы ведь вроде договаривались, помнишь?
— Ты не понимаешь, то, что там находится, никто не должен видеть! — ответила я, отчетливо слыша, как в моем голосе слышны истеричные нотки.
— Венера, — вкрадчивый голос и нахмуренные брови были не к добру, а я судорожно придумывала пути к отступлению. — Неужели ты думаешь, что я выдам твои тайны кому-то? Ты такого плохого обо мне мнения?
— Геллерт, пожалуйста, не заходи туда, — произнесла я, умоляюще глядя на него, но в ответ парень только скрестил руки на груди и недовольно на меня уставился, а я разозлилась!
— Ладно, как хочешь! Но потом не говори, что я не предупреждала, — ответила я, приоткрыв немного дверь.
Просунув только голову, я произнесла на парселтанге:
— Аскук! З-з-закрой глаза и не с-с-смей их открывать, пока я не разрешу, иначе пущу на ингредиенты!
Змей поднял голову, но потом послушно закрыл глаза и снова вернулся в прежнюю позу.
— И не двигайся ни на дюйм!
Вздохнув, я повернулась обратно к Геллерту, который только вопросительно поднял брови, а потом махнула на него рукой и зашла в лабораторию, оставив дверь открытой.
Кинувшись к столу, я принялась собирать книги, краем глаза наблюдая, как Геллерт вошел в комнату.
— Мерлинова борода! — послышался громкий возглас.
Повернувшись, я увидела, как Геллерт шарахнулся к стене и теперь широко распахнутыми глазами смотрел на василиска, который поднял голову и высунул язык, пробуя воздух на вкус.
Увидев, что змей поднялся еще выше и зашевелился, я снова на него прикрикнула:
— Я с-с-сказала не двигаться! Ляг обратно или я тебя с-с-снова запру в подземельях!
— Как с-с-скажешь, — послужил мне ответ, а потом змей выполз на балкон, отвернувшись от нас.
— Какого хрена? — взревел Геллерт, сделав несколько шагов в мою сторону, опасливо косясь на балкон.
— Это — василиск, — ответила я, пожав плечами, продолжая собирать вещи.
— Это я вижу! Ты ведь говорила, что он не покидает подземелья.
— Но ему там скучно! А здесь есть свежий воздух и солнышко.
Геллерт только пораженно замер, посмотрев так, словно у меня выросла еще одна пара рук, или я просто сошла с ума, что возможно, было недалеко от истины. Он уже открыл рот, я уверена, чтобы сказать какую-то колкость, но нашу перебранку прервал голос.
— Мне несказанно жаль прерывать вашу милую беседу, но, Венера, может, представишь меня своему… другу?
Одновременно вздрогнув, мы с Геллертом повернулись к портрету, но, если я только недовольно закатила глаза, то Розье нервно сглотнул и ошарашенно принялся разглядывать отца, который вальяжно сидел в кресле, и задумчиво стучал пальцем по губам, искривив их в легкой усмешке.
А ведь я его предупреждала, что не стоит идти со мной. Ничего, небольшое потрясение пойдет ему на пользу!
— Конечно, отец, — мило улыбнувшись Геллерту, ответила я, с удовольствием заметила, как он перевел осторожный взгляд на меня. — Геллерт, познакомься — Салазар Слизерин, собственной персоной. Ну, почти собственной. Скорее уж во всем великолепии своего посмертия, или как у вас, портретов, это называется?
Салазар только еще больше развеселился, наблюдая за этим спектаклем.
— Отец, это мой друг Геллерт Розье, студент Дурмстранга, а теперь извините меня, мне нужно ещё вещи собрать, — ответила я, возвращаясь к своей беготне по комнате, мимолетом, посмотрев, в каком состоянии находится зелье.
— Эм, здравствуйте, сэр, — неуверенно начал Геллерт, но потом взял себя в руки. — Прошу прощения за столько нелицеприятную сцену, невольным свидетелем которой вы стали.
— Доброе утро, молодой человек, — ответил отец, окинув Розье оценивающим взглядом. — Рад познакомиться с друзьями Венеры, пусть вы и первый, кого она сюда привела.
— Извините, скорее уж я сам за ней увязался, — слегка улыбнувшись, ответил Геллерт. Стоит отдать ему должное, держался он неплохо, только изредка посматривал на балкон, где нежился на солнце василиск. Похоже, его он побаивался больше, чем моего отца.
— Ничего страшного, — отмахнулся отец, — надеюсь, у вас хватит здравого смысла оставить это все в тайне.
— Естественно, сэр.
Снова закатив глаза, я окинула комнату быстрым взглядом и проверила стопку книг, которую собиралась взять с собой и с досадой заметила, что здесь не всё. Похоже, придется наведаться в библиотеку.
— Побудь здесь, сейчас вернусь, — кинула я Геллерту, двигаясь к выходу, молясь, чтобы его тут не сожрал василиск или отец чего-нибудь не наговорил.
Быстро забежав в библиотеку, и объяснив Архивариусу, что именно мне нужно, я принялась ждать, барабаня пальцами по столу и недовольно смотря, как Атанасиус едва передвигается, а когда увидела его со стопкой необходимых мне книг, то встретила его на полпути и, забрав книги, быстро попрощалась, и бегом вернулась в лабораторию.
Каково же было мое удивление, когда я застала там Геллерта и отца, и оба над чем-то смеялись.
Удивленно вскинув брови, я собрала книги и, всучив их Розье, стала толкать его в сторону выхода.
Попрощавшись с отцом и пообещав, что вернусь на Рождество, я быстро направилась в комнату, бросая странные взгляды на рядом идущего парня.
— И над чем вы там смеялись? — спросила я, не выдержав.
— Да было над чем, — неопределенно отозвался Геллерт. — А у тебя крутой отец.
— Ага, был.
— Ну, ты поняла, что я имел в виду, — немного посерьезнев, ответил он, а я только отмахнулась.
— Не бери в голову.
Вернувшись в комнату, я с горем пополам, закончила сборы и теперь на всех парах летела вниз, где меня встретила Елена, окинув недовольным взглядом.
— Доброе утро, — пожелала я ей.
— Доброе, — было ответом мне, а потом ведьма снова вернулась к газете.
Посмотрев на часы, я поняла, что до отправления кораблей осталось чуть меньше получаса. Быстро запихав в рот бутерброд и запив все чаем, я объявила, что готова и мы можем отправляться.