Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 68 из 95

 — Завтра пойдём к горе, нечего тянуть, — буркнул прорицатель и продолжил строгать.

Про камни он не спросил, хотя я заготовила бодренькую сказку, несколько раз прорепетировав её для закрепления нужного эффекта. Общение с ведьмой пошло мне на пользу, держалась я уверенно. Раз бабуся навела морок на камни и признала меня их владелицей, не стоит щемиться в свой угол с виноватым видом.

Зарх, бросив взгляд на мой вздёрнутый нос, кивнул на кухню.

 — Поешь и отдыхай. Уйдём на целый день.

Мы стояли на краю огромной пропасти, дно которой даже терялось в тёмной глубине каменной расщелины. Невольно я отодвинулась, поняв, что ноги предательски задрожали. В слезящихся глазах Зарха мелькнул испуг, но в ту же секунду он взял себя в руки. Он привёл меня сюда не для того, чтобы пугаться при виде моего страха. Сейчас как никогда ему требовалась уверенность, ведь я должна совершить прыжок в другую реальность.

 — Я хочу передать тебе то, что знаю сам. Я ждал избранного, а явилась избранная, — Зарх улыбнулся и стёр с глаз набежавшие слёзы, — здесь перед тобой лестница. Она есть. Надо подняться по ней.

 — Где? — я непроизвольно отступила от края пропасти, споткнувшись о подвернувшийся камень.

 — Она здесь.

 — А ты не можешь показать, где?

 — Не могу.

 — Почему?

 — Просто поверь, что она есть.

Я подняла камень с земли, размахнулась и бросила в пропасть. Камень полетел в бездну, туда же улетело моё радостное ожидание. В бездну.

 — Лестницы нет, — я постаралась ответить спокойно, но дрожь от ног передалась всему телу, — её нет!

 — У лестницы мощные каменные ступени, она выдержит не только тебя. Она очень крепкая, просто невидимая.

 Еще один камень полетел в пропасть.

 — Там пустота, — мой голос вибрировал. Старик хочет убить меня? Может это ритуальная жертва, и я сама должна шагнуть туда.

 — Я не хочу причинить тебе вред. Не думай так.

 — Чтобы научиться летать, надо туда прыгнуть? Прыгнуть в неведомое. Ты недавно это говорил, — я с ужасом глядела на прорицателя. Он к этому готовил меня?

 — Чтобы ступить на лестницу не надо быть героем. Надо принять.

 — Что принять, что принять? — мои зубы выбивали чечётку при каждом слове, я даже больно прикусила язык.

 — Неужели ты думаешь, я привёл тебя, чтобы столкнуть в пропасть? — голос Зарха звучал мягко. Мне показалось, он гипнотизирует меня. Точно, гипнотизирует. От страха всё поплыло перед глазами.

— Если бы рядом был Горыныч или Стрела, я бы шагнула, — мне необходимо что-нибудь придумать, отвертеться, отвлечь Зарха от этой ужасной мысли.

 — Тебя выбрал цветок, — он вздохнул, — мой долг научить.

 — Прости, не могу, — я умоляюще сложила руки на груди. Я никогда не решусь ступить в пропасть. Прорицатель ошибся, у меня не хватит мужества.

— Всё было бы гораздо проще, если бы шиану стал мужчина кругляш. Но мудрость цветка превыше наших знаний, он выбрал тебя. Я должен передать тебе своё наследие.

Я отрицательно затрясла головой, мне не нужно такое наследство. Я не хочу в пропасть. Солнце светило прямо над нами, нежно обволакивая теплом. Ветер небрежно играл с листвой на деревьях, негромкий щебет птиц умиротворял, но я ощущала безмерный ужас, до рези в глазах всматривалась в пустоту перед собой.

 — Ничего не вижу. Там ничего нет.

 — Закрой глаза и представь лестницу.

Мои глаза упорно не закрывались, пришлось приложить дрожащие ладони к лицу и наклонить голову, чтобы не смотреть. Успокоиться, отрешиться. Голос Зарха отвлекал от пугающих мыслей, направлял внимание в другую сторону.

 — Представь большую каменную лестницу с широкими ступенями. Почувствуй её.

 — Не получается, — упрямо мотнула головой.

 — Хорошо, представь пустоту, по которой ты легко двигаешься.

 — В пустоте? Легко двигаюсь. Танцую? — для меня танцевать в пустоте было привычным делом, в пустоте я частенько двигалась, кружилась, летала, танцевала. Для меня это простая задача.

 — Хорошо, — в голосе Зарха я почувствовала улыбку, — ты танцуешь, поднимаясь все выше. Хочешь — кружись, качайся, тянись вверх. Тебе не надо опираться, тебе хочется танцевать. Двигайся в танце свободно.

 — Танцевать мне нравится, — мой голос перестал вибрировать.

 — Не говори ничего, просто танцуй, — откликнулся Зарх.

В памяти всплыла тропинка в лесу, Горыныч, высоко переставляющий лапы вслед за мной, песенка, которую я тогда пела: « Эрвин, чей он парень? Эрвин — мой парень».

От воспоминаний стало легче дышать, воздух наполнился ароматами трав, цветов и нагретой коры. Хотелось запеть во весь голос, счастливая улыбка расплылась на моём лице. Глупая и счастливая. Я представляла, что танцую легко и свободно. Я танцевала, шагая все выше и выше. Раскинув руки, я порхала, не чувствуя своего тела. Ветер растрепал волосы, ласково гладил по лицу, и я откликнулась на эту неожиданную нежность. «Это мой парень, Эрвин — мой парень — звучало в голове в такт движению, — это мой парень».

Как будто издалека я услышала голос Зарха.

 — Соня, Соня, — звал прорицатель.

Куда он ушёл, почему я издалека слышу его голос? Радостно улыбаясь, я открыла глаза и не поверила тому, что увидела. Я стояла над пропастью в пустоте, стояла и не падала. А намного ниже, так же над бездной, тяжело дыша, стоял Зарх, его хламида трепетала от ветра, а сам прорицатель еле держался на ногах.

 — Подожди, я не могу угнаться за тобой, — крикнул Зарх, одолевая еще одну крутую ступеньку.

Вид старика, карабкающегося по невидимым ступеням, рассмешил меня, и я не удержалась от смеха. Нервное напряжение, возникшее минуту назад от созерцания бездны, ушло. Сердце перестало биться, как воробушек в клетке.

 — Я же говорил, лестница есть, — пропыхтел Зарх, поднимаясь ко мне.

 — Даже не почувствовала её. Как это произошло? — я завороженно оглядывалась по сторонам. Мы стояли в пустоте, и под нами где- то далеко внизу чернело дно пропасти.