Страница 69 из 95
— Я не знаю как, — Зарх посмотрел на меня и пожал плечами, — правда, не знаю.
— Можно ещё раз пойти по ней? — я наклонила к старику пылающее от счастья лицо.
— Сколько угодно, — ответил он.
— А куда она ведет?
— Я никогда не доходил до конца, — Зарх подмигнул мне, — я поднялся вслед за учителем.
— У тебя был учитель?
— Конечно. Пойдем обратно. Ветер, кажется, усилился.
— Можно я ещё чуть поднимусь? — на меня накатил бурный энтузиазм, будто я только что вылезла из проруби с ледяной водой, хотелось скакать от радости, кричать, петь. Ещё немного и я уже поднималась выше.
— Не торопись, — проворчал Зарх, хотя я видела, в душе он ликовал. У него получилось научить меня, — я смог осилить лестницу только через несколько лет упорной тренировки. А ты раз, и протанцевала. Я был настроен на долгую учёбу, а у тебя получилось сразу, — бедняга, он не рассчитывал, что всё произойдет так быстро, и теперь был счастлив.
Я запела, смело топая вверх, раскинув руки в стороны.
— Как называется эта лестница? — я оглянулась.
— Это Безымянная гора, — прокричал Зарх, голос его отразился от гор и эхом ударил в уши.
— Почему Безымянная? — я весело поднималась, задрав голову вверх.
— Не знаю, — гораздо тише откликнулся старик.
— Но кто-то выбил в ней ступени? — меня одолевало любопытство вперемешку с восторгом. Я вдыхала коктейль чувств, будто пила газировку с шипучими искристыми пузырьками.
— Спускайся, начинает темнеть, — голос Зарха ослаб. Я оглянулась, старик сидел на ступенях, как будто присел отдохнуть. Голова Зарха начала клониться вниз и через мгновение он уже лежал в пустоте на невидимой поверхности. Испуганно пискнув, я поскакала вниз. Прорицатель лежал на боку, закрыв глаза, я потрясла его, но он не ответил. Подхватив старика под мышки, я потащила его вниз к краю пропасти, на землю.
Волочить кругляша было тяжело, но ещё тяжелее оказались мысли, путаным хороводом кружившие в голове: «Неужели он умер? Ничего толком не рассказал. Меня обвинят в его смерти, — холодный ветер ещё больше раззадоривал сумятицу в голове, — что я скажу кругляшам, они меня и так ненавидят?»
Зарх застонал и открыл глаза, когда мы достигли земли.
— Почему ты потерял сознание?
— Гора, — чуть слышно ответил Зарх, — с ней надо осторожно. Замёрзла?
Только сейчас я поняла, что руки у меня ледяные, а тело сотрясает мелкая дрожь. Гора незаметно вытягивала тепло, когда я веселилась и пела.
— Неплохо бы согреться, — улыбнулась посиневшими губами, потом подтащила к Зарху небольшой поросший мхом камень и умостила голову старика на плоской твёдой подушке.
— Ничего, пройдет, — он улыбнулся благодарно, — ты молодая, а вот я стар для этой горы. Сейчас станет лучше. Земля вернёт силу, — старик опустил руку на траву, — землица наша.
Когда прорицатель оклемался и смог подняться, мы двинулись к селению кругляшей. Теперь шли не торопясь. Выпрямив ссутулившуюся спину, Зарх повеселел, в уголках его глаз разбежались глубокие борозды- смешинки. Он стал рассказывать о своей юности, о первом знакомстве с горой, о своём страхе и преображении. Я никогда бы не поверила, что Зарх когда- то испытывал такие муки. Я смеялась от души, когда он признался, что втайне от учителя, привязал верёвку и полез вниз, исследовать пропасть.
Да, он был еще тот сорванец. Любопытство Зарха было таково, что он пускался на самые рискованные поступки, и всё же не смог самостоятельно взойти на Безымянную гору.
— Я прикладывал неимоверные усилия, чтобы почувствовать ступени. Однажды просидел на краю пропасти целые сутки, пока не свалился в обморок. Спасибо, учителю, который вразумил меня, сказав, что не надо мучиться. К истинной победе приходит тот, кто спокоен и радостен.
— У тебя получилось, Зарх?
— Я смог шагнуть только вслед за учителем. А вот ты нашла радость в своём сердце, — улыбнулся старик, — и твой страх испарился, как лужа на солнце.
— Как волна, слизнувшая с берега мусор, — подхватила я, — остался только белый песочек.