Не придумал

Поймав такси, Штопор предложил водителю поехать в Сирию, чтобы воевать за ИГИЛ. У таксиста на этот счёт было другое мнение, которое он изложил вызванным санитарам психушки. Против поездки в психиатрическую больницу Гена Штопор не возражал.

— …выбежал пьяный в халате, и съебался на улицу. Я его в квартире часа два прождал, жратвы, блядь, никакой, одна спидуха да водка. Пришлось напиваться. Ну а через два часа мне из больницы звонят, мол, ваш сын у нас, приезжайте, — закончил объяснения произошедшего Миро.

— «Сын»? — угорая, переспросил Дойчлянд.

— Да, блядь, сын! Он меня батей своим в дурке, похоже, представил! Ебать он дебил, конечно, — похлёбывая принесённое Дойчляндом пиво, улыбался Миро.

— И чё будем делать?

— Поехали вызволять, что тут поделаешь, — решил Миро.

— Алисе сказать, может? — предложил Дойч.

— А вы как с ней? Не перегрызётесь? — лукаво ухмыляясь, спросил цыган.

— А я тут останусь, хату постерегу и посплю, заебался я что-то…

— Вот ты рожа-то охуевшая, а?! Как водяру штопоровскую жрать, так ты первый, а как на помощь прийти… эх ты! — на этих словах Миро стал трепать Дойчлянда за щёки и выкручивать соски.

— Да отъебись ты! — Дойч вяло оборонялся. — Звони Алисе, порешайте уже эту хуйню.

Спустя полчаса Дойчлянд закрыл за Миро дверь, и отправился досматривать свои поздние сны на ту кровать, где некогда умерла его любовь.

7 октября

Проклятиям, которые слал Дойчлянд всему сущему в этом мире, казалось, нет предела. Во рту не то что разово нассали кошки – там будто бы неделю квартировался зверинец Куклачёва. И вместо ласкового, как весеннее солнце, пробуждения от того, что организм готов к новому дню, Дойчлянда разбудил телефонный звонок.

— Паскуда, ты где? — в своей гнусной манере поздоровался Миро.

— Я… не ебу… — не в силах поднять тяжёлую голову привставший на локте Дойчлянд снова развалился в кровати. — На како… кхе-кхе-кхе… блядь! На какой-то хате.

— Ты там совсем что ли охуел, срака рваная. Тебя тоже в дурку сдать? — напирал Миро. — Ты же собирался сторожить обитель Генкину. Давай вспоминай, куда ты там схуйнул, творог ты подзалупный.

— … — вопрос «куда» никак не мог встроиться в цепь вчерашних событий, которые пережил Дойчлянд, и будто спрашивая у самого себя, предположил: — Никуда?

— Что значит «никуда», псина подзаборная? Тогда где ты? — Миро уже сам запутался.

— Похоже… э-э-э, у Штопора на квартире, бля… Нихуя не помню, — Дойчлянд с надеждой поднял пластиковую бутылку, которую рукой нашарил на полу, но вместо питьевой воды там плескалась прогорклая жижа, которая выливалась из отверстия чуть выше дна бутылки. — Фу, бля!

— Мамке своей фукать будешь, ослица, — принял на свой счёт Миро. — Короче, у Штопора параноидная шиза, он там выстраивает в голове своей дурной миры разные, в которых он жертва и крыша от этого течёт. Так пока лечащий врач говорит. А привезли его с алкогольным психозом. Собираются полгода у себя держать.

— Ух! А чего так долго-то? — не на шутку взволновался Дойч.

— Штопор совсем головой пизданулся, реально, — голос Миро был серьёзным. — Он мне в палате знаешь что выдал? Говорит, «у меня под кроватью есть человек, иногда я смотрю туда и он есть, а иногда его там нет. Хочешь, я вас познакомлю?»

— Ну и как? Познакомился? — съязвил Дойч.

— Да, его зовут Пётр, — Миро ждал этот вопрос.

— В смысле?

— Что?

— Да ты меня троллишь, — неуверенно произнёс Дойчлянд.

— И не говори, серьёзно троллю? — Миро уже откровенно ржал. — Короче, перхоть, не тупи, проспись там, чтобы завтра был готов…

— К чему?

— Я тебя придушу сейчас, проститутка! — голосом травести-артиста пригрозил Миро. — У меня день рождения завтра!

— Ох… — жалобно выдохнул Дойч.

8 октября

Дойчлянд позвонил Миро в тот час, когда Солнце уже грело другие народы. Приходить на начало вечеринки было ему не по рангу.

— Алло…

— Шлюха, ты скоро доиграешься! Мы выпьем всю водку, если ты не поторопишься, — начал затравливать Миро.

— Да я только раздуплился, — оправдался Дойчлянд, — ща, оденусь, и поеду.

— Ага, давай, заодно Алису увидишь, — скучающим голосом предупредил цыган.

— Тогда не приеду, — решительно ответ Дойч.

— А… — будто только этого и ждал Миро, — тогда мы сами всё разопьём и вынюхаем…

— А что… вы… будете нюхать? — сглотнул Дойчлянд.

— Тебе-то что? Мефедрон только для тех, кто соизволил прийти, — так же буднично ответил Миро, хотя в душе чертовски злорадствовал.

— Позвони тогда, если Алиса уйдёт, — с долей надежды в голосе попросил Дойч.

— Когда «быстрые» приходят, то с Праздника быстро не уходят, ты же знаешь, — Миро уже не сдерживал наслаждения, которое он испытывал из-за поражения друга. — Пока!

У Дойчлянда в кармане лежали какие-то незначительные купюры, поэтому он захотел сделать собственный Праздник, сбегал к хачам и наклюкался у себя дома.

Прибухнув, герой осмелел, да так возгордился, что намеревался посмотреть своим страхам в лицо. Дойч достал из заначки последнюю пятихатку (хотя полгода назад в этом «неприкосновенном запасе» было пять тысяч), сладко хрустнул конечностями, растягивая их, зловонно пёрнул и вызвал такси, чтобы отправиться на «Владимирскую».

Однако встреча со страхами отменялась уже хотя бы потому, что Дойчлянд возлагал большие надежды на мефедрон, который был выбран как инструмент раскрепощения, но ещё с порога хорошенько вмазанный Миро разочаровал героя – наркота закончилась, осталась только водка.

Желание Дойчлянда отложить встречу с Алисой хозяин вписки во внимание не принимал. Миро делал всё, чтобы они встретились. Цыганский мерзавец истинно кайфовал, когда бывал свидетелем спектаклей Судьбы. А что может быть приятнее акта Разлуки?

Сначала Миро действовал открыто и немного по-детски. Будучи гораздо крупнее хрупкой Алисы, Миро просто силой вталкивал её в комнату, где расслаблялся Дойчлянд, но оба участника цыганских розыгрышей делали вид, что ничего не происходит, и снова расходились по разным комнатам. Но Миро не был так прост и прибегнул к более тонкому, хотя и весьма грязному приёму: он начал спаивать Дойчлянда, попутно нашёптывая ему свой план действий. И это сработало, но не в пользу Миро: пока парни пили, Алиса умудрилась ускользнуть из квартиры. Несмотря на это, решимость Дойчлянда поговорить с бывшей возлюбленной только возросла!

Раздосадованный своей неудачей Миро отчалил веселиться в другие комнаты, а Дойчлянд вышел в подъезд и набрал номер Алисы. После того как девушка сказала «алло», Дойч разрыдался и несколько минут не мог остановиться.

— …ыхм, прости пьяного дурака, — всхлипывал Дойчлянд. — Я хочу встретиться с тобой, поговорить…

— Всё нормально, Дойч, — в голосе Алисы звучали нотки сочувствия. — О чём ты хочешь поговорить?

— Я не знаю, — после некоторого замешательства ответил герой. — Я сейчас напился, как полный кретин и быдло, я не знаю, зачем я тебе звоню…

— Если хочешь, мы можем поехать и где-нибудь поебаться. Может, тебя попустит, — предложила Алиса.

— Да… хотя нет! Я обещал Штопору, типа мужская солидарность, вся хуйня, — Дойчлянд из последних сил выпихивал наружу своё благородство, опасаясь, что ублюдок внутри него наломает дров.

— А с тобой он тоже из солидарности ебался за моей спиной? — вспылила Алиса.

— Что? — удивился Дойч. — Со мной? К-когда?

— На ваших репетициях. Рок звёзды, блядь!

— Со мной он не ебался, — с долей грусти отверг обвинения Дойчлянд.